Прп. Силуан Афонский: святой и природа

Имея дело с гениальными людьми и святыми, читая их труды, приобщаясь к их мысли и произведениям, можно заметить, как в немногих словах такие люди концентрируют многие смыслы и открытия. А после исследователи и ценители жизни великих, читая их, разворачивают сказанное ими в новые осмысления мира.

Свт. Иустин Сербский писал: «Святые люди говорили Духом Святым, и поэтому мысль их верна».

А святитель Николай Сербский советовал по крупицам собирать всё, что говорили старцы и подвижники, потому что когда великий человек рассуждает даже о природе или режиме работы трамваев в городе – в его размышлениях присутствует Небо. Его слова помогут другим видеть большее.

Вот всего несколько эпизодов из жизни святого Силуана Афонского, всего несколько малых фрагментов, но посмотрим, сколько в них значения не только этического, но и научного, причём такого уровня, который не был известен человечеству при жизни святого.

В отношении к животным прп. Силуан проявлял сострадание и нежность. В его записях есть такие строки о всеми не любимом насекомом: «Один раз без нужды я убил муху, и она, бедная, ползала по земле больная с выпавшими внутренностями, и трое суток я плакал за свою жестокость к твари, и до сих пор все помню этот случай…»

И ещё одна запись о столь же неприятной многим змее: «Однажды, идя в Старый (Нагорный) Русик из Монастыря, я увидел на дороге убитую змию, порезанную на куски, и каждый кусок ее судорожно бился, и стало мне жалко всю тварь, и всякое творение страдающее, и я много рыдал пред Богом».

Жалость Силуана к природе невероятна и потрясающа. Но одновременно Силуан советует, как пишет митрополит Каллист Уэр, «не привязываться чрезмерно к животным и не уделять им ту любовь, которую мы скорее должны проявлять по отношению к Богу и ближним».

Обратимся вновь к запискам Силуана: «Животному и скотине дай пищу и не бей их, в этом милость к ним человека, но привязываться, любить, гладить и разговаривать – есть неразумие души. Душа, познавшая Господа, всегда в любви и страхе предстоит Ему, и как возможно при этом любить, и гладить, и говорить со скотом, с кошками, собаками?».

Каллист Уэр вспоминал, как однажды преподобный Софроний Сахаров сказал ему об этом фрагменте: «Я не включил этот текст в английское издание писаний Старца. Я знал, что англичане никогда не поймут этого».

И действительно, люди, далёкие от всемирной жалости Силуана, готовы возмутиться этими словами: «Как можно не говорить с любимой собакой?». Всякий готов рассказать о преданности четвероногого друга, об уме и верности, о том внимании, с которым собака слушает хозяина.

Долгое время слово Силуана воспринималось читателями в этическом ключе: чтоб любовь к животным изливалась у нас сквозь любовь к Богу и другому человеку.

Но о том, насколько совет Силуана научно-практичен, стало возможно говорить лишь теперь, в свете последних открытий.

Для нас, людей, кажется естественным, что наименование предмета к предмету и относится. Человек, слыша имя предмета, воспринимает объект в целом. И лишь исследования последних 20 лет показали, что собака мыслит не так, сосредотачиваясь на свойствах объекта, а не на его целостности.

Известный специалист английского университета Линкольна Даниэль Миллс, автор множества научных статей о воспринимающих способностях у собак, замечает, что человек мыслит существительными, а собака – глаголами. Это открытие было подтверждено и томографической работой с собаками у исследователя Грегори Бернса.
Когда человек слышит слово «ёж», он воспринимает ежа, в речевой форме выраженного для нас существительным. А собака, слыша слово «ёж», воспринимает его как глагольную форму – «найди ежа».

Мы говорим псу: «Белка», а он слышит: «Поймать и покусать», говорим: «Мяч», а он слышит: «Поймать и принести».

Потому собаки легко обучаются командам, ведь команды обозначают действие.  Ученые открыли, что собака не видит связи между человеческим словом и предметом. Для неё продемонстрировать нам понимание слова означает вступить в действие с называемым объектом. Проще говоря, собака воспринимает человеческие существительные как глаголы, как команды что-то сделать.

Не стоит удивляться данному факту: мозг существует у животных, чтобы действовать. Это относится не только к собакам, но и к другим животным. Лишь дельфины демонстрируют более высокие языковые способности (конечно, тоже далёкие от сложности человеческой речи).

А теперь в связи с изложенным рассмотрим мысль преподобного Силуана о том, что говорить с животными необязательно. Конечно, слова святого не запрет, да и были святые и вообще добрые люди, говорившие с животными. Но удивляет, как Силуан за 80 лет до научных открытий в данном направлении дает людям понять, что животные слышат нас не так, как это кажется людям.

У наших собак и кошек есть клички. Но как воспринимают их сами животные?  У животных отсутствует способность воспринимать слова как символ. Грегори Бернс пишет: «Маловероятно, что оно [животное. – Прим. ред.] трансформирует свою кличку в элемент  самосознания.  Скорее всего, оно просто усваивает, что определенное сочетание звуков сулит нечто интересное, поэтому на него хорошо отреагировать. Внимание собаки обеспечено любому, кто её окликнет, но у меня  никогда не возникало ощущения, что кличка для неё равнозначно ‟я”».

Иными словами, кличка для животного – это сигнал, которым человек привлекает его внимание. Но мозг животных таков, что мы не в силах отождествить для них существительное, которым его именуем, с ним самим в его личном восприятии.

Об этом факте мы можем прочесть и в воспоминаниях и дневниках цирковых дрессировщиков. Например, «Рекс, сидеть!» воздействует на собаку быстрее и эффективнее, чем «Сидеть, Рекс!».

Для человека в перестановке слов в фразе нет никакой сложности, а для собаки есть, и не просто больша́я, а решающая. Потому что кличка, которой мы её именуем, ею воспринимается как слово, которым мы привлекаем её внимание. То есть собака слышит свою кличку как глагол, а нам кажется, что она слышит её как существительное.

Конечно, любая собака знает своё тело, ощущает его границы, никогда не спутает себя с другими живыми существами. Она понимает, что она это она. Но одновременно собака не связывает свою кличку со своим психологическим «я».
Таковы выводы учёных мужей, таковы новейшие открытия в области психологии животных, ставшие возможными благодаря исследовательской аппаратуре, появившейся (или приобретшей современный вид) в медицине уже в XXI  веке.

В завершение я хотел бы заметить, что таково свойство гениальных людей и святых. Несколько слов Силуана Афонского, сказанных им в 30-х годах XX века, могут быть развёрнуты в удивительные исследования и открытия, сделанные наукой уже в 2010-х годах века XXI.

Гёте говорил, что гениальному человеку необязательно даже путешествовать и изучать что-либо – все открытия и осмысления мира уже содержатся в нём.

Они, добавим, содержатся в Духе Святом. И те люди, кто, по Григорию Богослову, «очистил или очищает себя для Бога», могут несколькими словами вскрывать и разъяснять такие пласты бытия, для осмысления которых человечеству могут понадобиться десятилетия и столетия. Как в случае тех нескольких слов Силуана о собаках, указывающих в том числе и на то, что животные слышат нашу речь иначе…

Артём Перлик

 

Опубликовано: пт, 25/09/2020 - 14:52

Статистика

Всего просмотров 1,241

Автор(ы) материала

Реклама

Реклама:
Социальные комментарии Cackle