Мови

  • Русский
  • Українська

Как подготовить пожилого родственника к смерти?

Тіло

сайт Горловской и Славянской епархии

Тяжёлая болезнь, преклонный возраст, поверхностное отношение к духовной жизни — причин поговорить о смерти с родственником может быть масса. Как сделать это деликатно? Стоит ли вообще начинать такой разговор? Как быть, если родственник не знает, что смертельно болен? Чем помочь тому, кто знать о Боге не хочет? Что делать, если бабушка молодится и ведёт себя так, будто собралась жить вечно? На эти и многие другие вопросы ответил протоиерей Владимир Шутов, настоятель храма святых Царственных мучеников с. Александро-Калиново.

 

Надо ли в общении с близкими касаться такой деликатной темы, как смерть? Как быть, если они не проявляют инициативы в обсуждении?

Вопрос предстоит обсудить сложный и очень серьёзный. Существует несколько вариантов поведения, когда верующий человек хочет подготовить близкого к переходу в жизнь вечную. Родственник может быть верующим или нет, воцерковлённым или нет, разными могут быть родственные связи. В каждом случае нужен свой подход, однако есть универсальные рекомендации, которые помогут, если вы столкнулись с такого рода проблемой.

Прежде всего, надо начать с самого себя — разобраться, как вы живёте и относитесь к смерти. Если верите в жизнь будущего века, если согласны с апостолом Павлом в том, что «жизнь — Христос и смерть — приобретение» (Фил. 1:21), если не боитесь самого слова «смерть», то будет однозначно легче объяснить всё это человеку, который стоит на пороге вечности. Правильное отношение к смерти поможет поговорить о том, что ждёт его за порогом жизни.

К такому разговору нужно готовиться заранее. Каждый человек знает, что смерть неизбежна, что когда-то ему придётся это пройти. Откладывать разговоры об этом не надо — ни с собой, ни внутри своей семьи. Все мы под Богом ходим и не ведаем, кто и когда предстанет пред Ним. Бывает, что молодые уходят раньше пожилых, и потому желательно проработать ситуацию — как это делали многие поколения христиан, в том числе наши бабушки и дедушки, у которых всё было к смерти приготовлено заранее. Их это не ужасало, поскольку они готовились не к смерти, а к новой жизни.

Как говорить с больным человеком, который не знает, что дни его жизни сочтены?

Хотелось бы дать практический совет. Митрополит Антоний Сурожский однажды сказал, что это настоящее искусство — подготовить человека к вечности. Если мы узнали, что наш близкий стоит на пороге смерти, то начать надо с молитвы. Хотя начинать молиться о родственниках, конечно же, нужно раньше. Каждое утро мы молимся, поминая своих родных и близких — как живых, так и усопших, в результате у нас с ними устанавливаются добрые отношения. Мы молимся о них, наши Ангелы Хранители дружат, и даже если мы какое-то время не имеем возможности с ними общаться, то добрые отношения сохраняются, что в дальнейшем нам всем обязательно поможет. Поэтому молитва о человеке очень важна.

Если человек не знает, что смертельно болен, сказать ему об этом надо. Я в этом глубоко убеждён. Но сделать это должен самый близкий ему человек — не врач, медсестра или священник, а тот, с кем у него самое тесное душевное родство. У меня осталось мало родственников: уже и родители отошли ко Господу, и сестра. Я помню, что когда уходил папа, он мог общаться только с сестрой. У них были очень доверительные отношения, и она находила возможность сказать ему, что пора готовиться к вечности — несмотря на то, что он воспитывался в атеистическом государстве. Меня он не понимал, к моим словам не прислушивался. Именно сестра, а не мы с мамой, была для папы самым близким человеком.

В таком разговоре нужно избегать двух крайностей. Во-первых, радикализма — то есть нельзя прийти и сказать: «Ты знаешь, врачи сказали, тебе осталось несколько месяцев, нужно готовиться! Надо исповедоваться, причащаться — вот тебе книжки. Когда надумаешь — звони. Я пошёл». Это тупик: человек замкнётся в себе, испугается, это ведь действительно страшно. Другая крайность — лицемерная ложь, когда говорят: «Да не бойся, врач сказал, всё будет хорошо, скоро ты будешь бегать, поедем с тобой на рыбалку!» А человек видит, что глаза у вас заплаканные, чувствует ложь. Это приведёт к тем же последствиям: он замкнётся. Ему нужна правда — пусть горькая, но правда. Однако она не должна быть резкой. Надо растворить её милосердием, состраданием, чуткостью, молитвой. Сообщать её нужно трепетно и благоговейно.

Важно выждать определённый момент, инициатива такого разговора должна исходить от самого человека. Ведь как часто бывает? Мы берём стандартный набор — три апельсина, пакет сока, — приходим в больницу, посидим на стульчике, спросим, как дела, поговорим ни о чём — и с чувством выполненного долга уходим. Понятно, мы спешим, наша жизнь течёт в совсем другом русле, но раз уж пришли — на полчаса, на час — надо погрузиться в жизнь больного, переключиться на его волну. Не надо лишних слов, можно даже просто помолчать, внутренне помолиться об этом человеке и ждать момента, когда он первый даст знак, что готов к беседе.

 

Есть слова и вопросы, которые могли бы человека пробудить — но, опять же, они должны быть очень осторожными, чтобы ни в коем случае не навредить. Можно спросить: «Может быть, тебя что-то тревожит?», «что-то в твоём состоянии пугает тебя?», «как я могу тебе помочь?» Не надо искать умные формулировки, факты и доказательства о загробной жизни. Нужно говорить не устами, а сердцем. Человек должен увидеть и почувствовать, что вы действительно способны его понять. Нам, здоровым, понять состояние человека, находящегося на пороге вечности, невозможно — пока сами не окажемся на его месте. Мы не знаем, о чём он думает в бессонные ночи, когда лежит один, вокруг темнота, а мысли текут, и невозможно с ними справиться.

Если ситуация позволяет, не нужно спешить. Человек сам даст нам понять, что готов к серьёзному разговору, и в этот момент надо потихоньку коснуться духовных вопросов. Не стоит его грузить: «Раз ты готов, значит, надо собороваться, причаститься». Если быть деликатным, то каждый человек найдёт нужные слова, они сами родятся в его душе, от избытка сердца будут говорить уста — от любви, от сострадания. В этом вопросе не нужен профессионализм, нужны боль, сострадание, переживание. Они не должны заканчиваться, когда мы выходим из палаты больного, надо постараться унести с собой часть его боли. Пусть он не готов к серьёзному разговору о его дальнейшей судьбе, но мы должны постараться взять на себя толику его страха, молитвенно поддерживать. Надо меньше говорить человеку о Боге, но больше — Богу об этом человеке. Господь, даже если у нас нет каких-то особых знаний и умения красиво говорить, дарует нам те слова, которыми мы сможем достучаться до сердца.

Потом, когда раскроется его душа, можно будет пригласить священника. Тогда больной его не испугается, но увидит в нём помощника и друга. Будут исповедь, причастие, соборование. Если же он очень далёк от всего, о чём мы говорим, и душа его закрыта, если мысли о Боге ему противны — мы всегда можем тайно, про себя предстательствовать о нём пред Господом. Вспомним четырёх друзей, о которых рассказывает Евангелие: они принесли своего больного товарища и, разобрав крышу, опустили его к ногам Спасителя. Видя их веру, Господь исцелил этого человека. Поэтому, если вы сказали что-то о Боге или загробной жизни, а человек начал нервничать, злиться — не надо больше ничего говорить. Он ведь не может запретить вам молиться о нём! Наша молитва — всегда определённый шанс для этого человека. Если он уйдёт в вечность, а мы будем о нём молиться, Господь по нашим молитвам управит его загробную участь.

Как быть, если пожилой родственник молодится, избегает разговоров о смерти?

Конечно, и в такой ситуации главное — молитва. Когда мы молимся о своих родных, близких, знакомых — включая старушку с соседней улицы, которая нас не любит, — между нами возникает духовная связь. Христианин понимает, что он свет этому миру и соль земли. Он должен брать на себя немного боли этого мира, иначе станет солью, которая теряет свою силу.

Второй момент: когда мы начинаем усиленно молиться о человеке, который уже приблизился к вечности, но не хочет задумываться об этом, то через определённое время у нас возникнут доверительные отношения, и мы сможем поговорить. В этом случае не надо допускать ошибки, о которых я уже напоминал: быть прямолинейным или, наоборот, потакать его заблуждениям. Можно аккуратно рассказать о том, что где-то человек его возраста ушёл в вечность, осторожно сообщить факты о каких-то общих знакомых. Так поступал святой великомученик Пантелеимон, который своего отца-язычника сделал христианином. Он задавал ему вопросы о языческих богах, но не ждал ответа, просто бросал в почву его разума семена для размышлений. Отец думал — и в итоге обрёл веру.

У пожилого человека обязательно появляется чувство неизбежности смерти, не надо думать, что он беспечен. Надо очень осторожно выяснить, что тяготит эту душу, но здесь важна аккуратность уровня микрохирурга. Действовать надо трепетно, осторожно. Человек — это образ и подобие Божие, и обходиться с ним нужно так же. Есть у вас в храме дорогие иконы? Как вы относитесь к ним? Благоговейно! Относитесь и к человеку так, как относитесь к иконе, которая вам дорога. Чувствуйте ту грань, за которой человек закроется. Говорить о духовном нужно, но осторожно и деликатно. Прежде всего надо молиться о человеке.

Наши слова должны быть растворены любовью. Если мы не готовы от избытка сердца говорить, нужно просто проявить участие. Порой достаточно просто прийти и посидеть с человеком, выслушать его. Если делать это не раз или два, вы сможете расположить его своим вниманием, ведь огромное число пожилых людей испытывает чувство одиночества. Им не с кем говорить. Они живут одни десятилетиями и привыкли никому ничего не рассказывать, потому что рассказывать некому. Тем, кто живёт в больших семьях, с детьми, это сложно представить: практически весь день мы общаемся. А эти люди замыкаются в себе.

Если же приходить к ним, разговаривать, периодически приглашать куда-то — может быть, он и придёт. В церковный праздник можно прийти и принести яблочко освящённое, например, или ещё что-то — и ненавязчиво поговорить о празднике. Возможно, человек раскроется. Конечно, и здесь нужен постоянный молитвенный труд, одним наскоком эту пропасть не возьмёшь. Надо заслужить расположение этого человека, потому что без доверия вас не услышат. Это касается не только малознакомых людей, но и родственников. А когда человек начнёт вам доверять, то непременно расскажет, что его тревожит. В итоге вы сможете поговорить о том, что всё дурное надо оставить здесь, а к Богу прийти с чистым сердцем, полным любви.

Беседовала Екатерина Щербакова

Опубликовано: ср, 03/07/2019 - 11:54

Статистика

Всего просмотров 456

Реклама

Реклама:
Социальные комментарии Cackle