Самосвятские и раскольнические движения в Украине в ХХ веке как предтечи ПЦУ

В церковной публицистике и некоторых научных изданиях сегодня много говорят о современном расколе в Украине и назревших проблемах в мировом Православии. Но давайте обратим наш взгляд немного вспять и обрисуем историю самосвятского движения в нашем Отечестве в ХХ веке.

Как всё начиналось. Первая «автокефальная церковь»

Это краткое повествование можно начать с 1917 года, когда националистически настроенный протоиерей Василий Липковский организовывает «Братство воскресения», давшее импульс идее об особой украинской «церкви», совершающей свои «богослужения» на украинском языке.

Для реализации намеченных планов самочинно была создана «Всеукраинская Православная Церковная Рада». Первый конфликт между каноническим Священноначалием и этой самой «Радой» произошел Великим постом в 1919 году. Возник он из-за того, что представители «Рады» потребовали от управляющего тогда Киевской митрополией епископа Черкасского Назария (Блинова) выделить им храм для совершения богослужений на украинском языке. Получив отказ, с этой же просьбой ВПЦР обратилась за помощью уже к советской власти, которая и удовлетворила их пожелания, выделив бывший военный собор св. Николая.

Пытаясь как-то уладить ситуацию и не желая обострять конфликт в и так сложный для Церкви исторический период, владыка Назарий благословляет протоиереям Василию Липковскому, Мануилу Тарнавскому, Нестору Шараевскому, а также дьякону Дурдуковскому совершение отдельных богослужебных песнопений и молитв на украинском языке при условии использования церковнославянского как основного.

Однако же этих мер для представителей «Рады» было недостаточно. Они стремились к полной украинизации Церкви и вскоре получили дополнительные храмы от большевистской власти, которая таким образом стремилась ослабить позиции Русской Православной Церкви (одновременно в Москве большевики с той же целью поддерживали «обновленческое движение», борющееся с канонической Церковью). Нужно отметить, что сотрудничество с любой враждебной Церкви властью – это визитная карточка всех раскольников.

Постепенно «Рада» добивается и своей главной цели – захвата Софийского собора – древнейшего кафедрального собора Киевских Митрополитов (давняя мечта всех «альтернативных» церквей от раскольников до униатов). Видя наметившуюся беду, владыка Назарий запрещает совершение богослужений на украинском языке в Святой Софии. В этом решении его поддерживают и другие иерархи, действующие на территории Украины: епископ Каневский Василий (Богдашевский) и епископ Уманский Димитрий (Вербицкий). Однако представители «Рады» проявили здесь непослушание, чем и положили начало историческому бытию украинского раскола.

В декабре 1919 года, после установления в Киеве власти Петлюры, «Всеукраинская Православная Церковная Рада» получила дополнительную поддержку. 5 мая 1920 года ее члены отвергли все прещения, наложенные владыкой Назарием, и объявили о создании «Украинской Автокефальной Православной Церкви» (УАПЦ). Однако данная инициатива не нашла поддержки как в народе, так и среди епископата. Поэтому эта новая «церковь» не имела даже иерархии.

Урегулировать эту проблему предполагалось на «Всеукраинском церковном соборе», который и состоялся в 1921 году. Принятое решение было более чем экстраординарным. Бывший выпускник Духовной академии Владимир Чеховский выдвинул своеобразную теорию о возможности рукоположения епископа священниками. Первым таким «архиереем» и стал протоиерей Василий Липковский, на которого во время «богослужения» возложили руки не только священники, но и миряне. После этого самосвятского действа «Всеукраинский собор» избрал еще семнадцать кандидатов в «епископы». Этот раскол по фамилии его предводителя получил название «липковского раскола».

Стоит отметить, что сотрудничество раскольников с большевиками на ранних этапах своего развития в дальнейшем пользы не принесло: рост новообразованной УАПЦ был фактически прерван во второй половине 20-х гг. жесткими репрессиями со стороны советской власти, которая на тот момент, войдя в силу, боролась с любым проявлением религиозности. В 1930 г. на «Первом чрезвычайном соборе» УАПЦ под давлением ГПУ было принято решение о самоликвидации этой структуры. Далее последовало незначительное возобновление ее работы и окончательное расформирование в 1935–1937 годах.

Вторая «автокефальная церковь»

Следующее возрождение деятельности раскольнической УАПЦ связывают с именем Поликарпа Сикорского. В 1917 году, будучи мелким чиновником Киевской духовной консистории, он работал в министерстве вероисповеданий петлюровского правительства. В 1921 году эмигрировал в Польшу и вошел в юрисдикцию Польской Церкви, где в 1932 году получил рукоположение в епископский сан. Националистические взгляды Сикорского были довольно радикальны, говорили даже, что он отказывался кадить в храме Казанскому образу Богородицы, аргументируя такое поведение тем, что тот «москальский».

После начала Второй мировой войны Сикорский переходит под омофор Русской Православной церкви, а затем, с началом оккупации, снова возвращается в Польскую Церковь. В созданном 20 августа 1941 нацистскими оккупационными властями рейхскомиссариате «Украина» 24 декабря 1941 года митрополитом Дионисием (Валединским) был назначен «временным администратором Православной автокефальной церкви на освобождённых землях Украины». А в 1942 году на соборе в Пинске с одобрения того же митрополита Дионисия (в 1939 году письменно отказавшегося от епархий на территориях западной Украины и Беларуси) было провозглашено возобновление деятельности «Украинской автокефальной православной церкви», которую Поликарп Сикорский и возглавил. За эти антиканонические действия на территории другой Церкви Синод РПЦ от 28 марта 1942 года постановил запретить Сикорского в служении, а в случае его неповиновения «признать епископа Поликарпа лишившим себя сана и монашества и всякого духовного звания». Естественно, что всех этих определений он не выполнил.

С наступлением советских войск Поликарп Сикорский был вынужден бежать на Запад. Там его УАПЦ объединилась с частью старой самосвятской УАПЦ образца 20-х годов. И здесь тоже можно провести параллель с сегодняшним днем: тогда тоже идеология превалировала над канонами и под омофор принимались самосвяты с сомнительным «священством».  

А дальше, как это часто и бывает в случае с раскольниками, они все перессорились и организовали параллельные структуры, которые то проклинали друг друга, то объединялись, то распадались снова. Интересно, что часть этих структур, «Украинская греко-православная церковь Канады», восходящая еще к «липковской церкви», затем вошла в состав Константинопольского Патриархата, и, что весьма характерно, вопрос каноничности священства вошедших не особо кого-то интересовал. Таким образом, можно утверждать, что для Константинопольского Патриархата последнего времени такая практика вполне традиционна.

Третья Автокефальная Церковь

Следующий виток развития УАПЦ получила в 1989 году, когда с подачи националистического «Народного Руху України», в Киеве начал действовать комитет по ее восстановлению и подтвердивший преемственную связь с раскольниками образца 1921 года. Возглавил все это движение священник из Рижской епархии Богдан Михайлечко. Особую силу раскол начал набирать с того времени, как львовский священник прот. Владимир Ярема объявил о своем выходе из РПЦ. Он возглавил возобновленное раскольническое движение и, чтобы придать легитимность своей структуре, стал искать возможности формирования иерархии. Для этого было выбрано два вектора действий: наладить контакты с эмиграцией и найти перебежчика в РПЦ.

Первых успехов они добились на Родине, так как заштатный епископ Житомирский и Овручский Иоанн (Боднарчук) согласился помочь раскольникам. Не заставили себя ждать и новости с эмиграции. По требованию автокефалистов Боднарчук направляет обращение Мстиславу Скрыпнику, племяннику Петлюры и «иерарху», получившему «рукоположение» еще во время Второй мировой войны в структурах Поликарпа Сикорского. 30 сентября 1989 года, оставаясь в США, Мстислав был провозглашен главой УАПЦ. 1 ноября епископ Иоанн официально объявил Синоду о своем выходе из РПЦ и после ряда увещаний был лишен сана и монашества. Несмотря на видимость «иерархии», реально управлять расколом продолжал Ярема.

Официальная «интронизация» Мстислава Скрыпника в «патриархи» произошла 18 ноября 1990 года в Киеве. Со скидкой на 90-летний возраст он попытался взять бразды правления в свои руки, возвел в «епископы» и назначил управляющим УАПЦ 29-летнего Антония Масендича и отбыл в более уютные США. Вскоре между Боднарчуком и Масендичем возник конфликт на почве властных притязаний, разрешившийся в пользу последнего.

К уже существующему церковному расколу добавился новый, более масштабный. В 1992 году его инициатором стал ныне лишенный сана митрополит Филарет (Денисенко). Обиженный невозможностью стать Патриархом Московским, он, используя националистические настроения в Украине и вопреки постановлениям Архиерейского Собора РПЦ 1992 года, начал продвигать идею отделения от Материнской Церкви. За эти схизматические действия Филарет был низложен, а в 1997 году лишен сана.

К этому времени даже в УАПЦ все забыли о Мстиславе, а он, исполнивший свое неблаговидное дело, доживал последние дни в США. Большинство раскольников было согласно с узурпацией власти Филаретом Денисенко, а окончательное размежевание УПЦ КП и УАПЦ произошло после смерти Скрыпника, последовавшей 11 июня 1993 года.

Противостоящая Филарету группа избрала главой УАПЦ прот. Владимира Ярему, которого спешно развели с женой, «постригли» в «монашество» с именем Дмитрий и возвели в «патриарший сан». В самой же УПЦ КП также не все хотели видеть главой Филарета. Оппозиционная ему партия, возглавляемая Антонием Масендичем, на пару лет протолкнула своего кандидата – Владимира Романюка, который впоследствии был убит при загадочных обстоятельствах. В конце концов Филарет занял столь вожделенное им место.

В УАПЦ Ярема проправил до 2000 года, после чего на пост главы этой организации, уже с «митрополичьим» титулом, был избран Мефодий Кудряков, а за ним и Макарий Малетич.

В качестве вывода ко всему сказанному приведем слова историка Владислава Игоревича Петрушко, справедливо отметившего следующее: «Интриги и распри, ставшие в УАПЦ [и в УПЦ КП] основным содержанием их деятельности наряду с пропагандой националистических идей, только лишний раз подтверждают подлинную причину раскола: полнейшую бездуховность его лидеров, стремление сделать из Церкви средство для достижения материальных благ и реализации честолюбивых амбиций».

Дальнейшая история нам всем уже известна, так как развивалась совсем недавно прямо у нас на глазах. Но ряд моментов можно подчеркнуть. История повторяется раз за разом. Раскольники готовы на всё, чтобы удержаться на плаву, даже сотрудничать с откровенно богоборческой властью. Однако при этом сами в себе не могут сохранить единство, постоянно распадаясь на мелкие деноминации. Так и сейчас: новосозданная с помпой «ПЦУ» не может сохранить своего единства. Расколы порождают только расколы. И еще один важный момент.  Идеология нового папства, к сожалению, распространенная в Константинопольском Патриархате ныне, ставит во главу угла властолюбие и любоначалие, ради которого закрываются глаза на каноничность. Но Бог и история всё расставляют на свои места.

Протоиерей Владимир Долгих

Теги

Опубликовано: чт, 12/03/2020 - 16:30

Статистика

Всего просмотров 2,139

Автор(ы) материала

Реклама

Реклама:
Социальные комментарии Cackle