Как не нужно «расшифровывать» иконы

Сейчас очень много публикуется статей на тему:  «Что символизирует икона?». Читая многие подобные опусы, можно подумать, что авторы только переиначивают статьи друг друга, не пытаясь глубже вникнуть в вопрос. И самое удивительное, что тезисы этих статей часто полностью противоречат тому, что мы видим на иконе.

Вот ряд характерных тезисов, взятых в одной из упомянутых выше статей (ресурс, на котором статья опубликована, из соображений корректности, мы не называем).
О жестах.
«Рука, протянутая вперед с раскрытой ладонью – знак повиновения и покорности».

Прп. Феодосия. Икона. Византия. XIII век. Египет. Синай. Монастырь св. Екатерины

Вот классическая византийская икона святой Феодосии.  Неужели кто-то всерьез станет утверждать, что святая, раскрыв перед молящимся свою ладонь, тем самым  проявляет по отношению к нему "повиновение и покорность"?  Анализируя же групповые иконные изображения с данным жестом, можно сделать вывод, что он означает слышание собеседника, как, например, на византийской миниатюре из Евангелия  XI века, изображающей беседу Христа с самарянкой.

Евангелие. Рукопись. Византия. XI век. Греция. Афон. Дионисиат

«Две руки, поднятые вверх – моление о мире».
Почему непременно о мире? Вот изображение пророка Даниила во рву со львами.

Мозаика. Византия. XI век. Греция. Фокида. Осиос Лукас

Совершенно очевидно, о чем молится пророк, окруженный хищниками. Это, конечно, можно было бы с натяжкой назвать «молитвой о мире», но в действительности, воздетые вверх руки, это – древнейший жест молитвы, как таковой.

Или вот такая расшифровка иконных символов: «Дуб – древо жизни. Дом – символ домостроения, созидания. Гора – символ возвышенного, знак духовно-нравственного восхождения».

По всей видимости, эти определения автор взял из многочисленных статей о рублёвской Троице. Но нужно понимать, что нечто изображения могут читаться по-разному, в зависимости от контекста. Вспомним, что деревья у язычников могли быть объектом поклонения, потому не каждый дуб может быть символом «древа жизни». Дуб, изображенный на иконе «Троица» прп. Андрея Рублёва - это вполне конкретное дерево, Мамврийский дуб, и уж потом символ чего-то ещё. И это необходимо помнить. То, что дом это, прежде всего – здание, тоже наверное не нужно объяснять...

Читайте также: Первые христианские иконы

И таких, вырванных из контекста символов, очень много.
«Юноша с трубой – ветер».

А если юноша изображен в сцене падения Иерихона («трубы иерихонские»)? Почему не предположить, что это – просто трубач?
«Золотой венец – символ духовной победы».

Пир Ирода. Фреска. Османская империя. XVI век. Афон. Дионисиат

Разумеется царь Ирод не может быть носителем «духовной победы», хоть и имеет на голове золотой венец.

Также и с символикой цвета: «Золотым цветом и светом в иконе возвещается радость. Золото (ассист) на иконе символизирует Божественную энергию и благодать, красоту мира иного, самого Бога».

Но на многих иконах мы видим, как золотым ассистом украшены такие совершенно  второстепенные вещи, как мебель, посуда, одежда и т.д... При чем, одежда далеко не святых персонажей. Очевидно, это не тот случай, где можно было бы так обобщать.

Или вот: «В красных одеждах изображали на иконах мучеников»
Но посмотрим на эту фреску, где представлено мученичество святителя Ипатия:

Мученичество Ипатия. Фреска. Османская империя. XVI век. Афон. Дионисиат

Выходит, женщина, побивающая камнями святителя … это мученица? Абсурд, конечно.

И так далее и тому подобное. Это только ряд примеров, выхваченных наугад. А сколько таких толкований, не имеющих под собой никакого основания, проникло в т.н. «богословие иконы»?

Как видим, стремление видеть в любом изображении на иконе скрытый смысл, переходит порой все разумные границы. Скрытый смысл здесь вступает в противоречие со здравым смыслом.

Однако авторы подобных компиляций обычно не задумываются над смыслом того, что публикуют. Так велико доверие к «преданиям старцев» в виде околоцерковной публицистики, почему-то возведенной в «канон».

Больше всего об иконе может рассказать сама икона. Если человек любит, знает и часто рассматривает произведения христианского искусства, широта его кругозора не позволит попасть в ловушку невежественных толкователей.

Но, разумеется, есть ряд символов, которые не столь очевидны. Для их понимания нужно учитывать контекст самого изображения и время его создания. Не очень умно было бы думать, что некие отцы на неком соборе сели и придумали все иконные символы и передали потомству в виде строго разработанного канона. Это, конечно же, не так. Икона формировалась не одно столетие и различные символы то появлялись в иконописи, то исчезали. А некоторые со временем меняли свое смысловое содержание. И если есть сомнения в точном понимании того или иного символа или знака, нужно обратиться к учителям Церкви.
Возьмем, например, такой общеизвестный символ, как нимб. Сколько многословных трактатов о нем написано. Как далеко авторы этих трактатов улетают в своих изысканиях: «нимб не только Свет, но и изображенная суть, то есть явление и визуальное и понятийное. И на понятийном уровне спорящее по важности с визуальным….», «…нимб выстраивается тремя частями, как и храм в целом: светлая обводка – темная обводка – внутренняя часть = притвор – корабль – алтарь», «сама собой напрашивается мысль о придании изографами нимбу вселенского смысла. Помещение меньшего космоса в больший…» и т.п. Может быть, это многословие и создает впечатление глубоких рассуждений, но, по сути, являются очередным аналогом школьного сочинения на тему: «Что хотел сказать автор?».

А вот если мы обратимся к отцам, в частности, к святителю Симеону Солунскому (+1429), одному из известнейших толкователей богослужебной символики, то узнаем следующее:
«Что же касается до сияния в виде кружка, которое делается на иконах святых, то оно указывает на благодать, сияние и действенность в них безначального и бесконечного Бога» (Писания святых отцов и учителей Церкви, относящиеся к истолкованию православного богослужения. СПб, 1857, Т III)

Эта цитата свидетельствует, что, как минимум, в начале XV века в Византии нимб понимался именно так. Так же, было бы вполне логично предположить, что святитель Симеон передает и более древнюю традицию. Вот и вся суть. А рассуждать на тему обводки нимба – вещь вообще неблагодарная. В разные эпохи в разных регионах нимб обводили по-разному: и темными красками, и светлыми, а то и вовсе не обводили.

Если раньше, в официально безбожное время, трудно было найти информацию об иконе, то теперь мы захлебываемся в потоке переизбытка этой информации, при чем, не всегда отражающей реальность.

Церковь учит нас с благоговением относиться к святыне, каковой без сомнения является икона. Но можно ли назвать благоговением такое вот дилетантское, поверхностное, самоуверенное толкование  смысла образа?

В следующих публикациях, наша редакция планирует более подробно остановиться на отдельных символах иконы и их подлинном смысле.

Опубликовано: пн, 27/04/2015 - 20:21

Статистика

Всего просмотров 321

Автор(ы) материала

Реклама

Реклама:
Социальные комментарии Cackle