Женское священство. Кому и для чего это нужно

Сегодня уже для многих является очевидным, что нынешнее мировое сообщество все больше и больше отходит от традиционных христианских ценностей.

И не просто отходит – оно активно их разрушает, предлагая взамен некий сконструированный нездоровыми умами суррогат, извлекаемый из мест очень близких к преисподней. Новые жизненные нормы и эталоны под лозунгами толерантности и всеобщего гендерного равенства усиленно продвигаются и навязываются во всех сферах деятельности современного человека. Но печальнее всего, что они проникают в религиозное сознание людей, считающих себя христианами, и постепенно начинают приживаться в отдельных христианских конфессиях. Все чаще стали предприниматься попытки по реформированию и пересмотру некоторых традиций и даже аспектов христианского учения в угоду тлетворному влиянию века сего. Различные организации и отдельные правительства, ратующие за абсолютные всесторонние равные права, и отстаивающие на самом деле интересы лишь определенных групп людей, оказывают давление на религиозную общественность и Церковь по тем вопросам, которые являются областью компетенции исключительно только религии, но никак не гражданского права.

Одной из таких тем, навязанных христианской Церкви извне, стал вопрос о женском священстве, который очень активно проталкивается в умы, как верующих, так и неверующих, со средины 60-х годов прошлого столетия, особенно после того, как ряд Евангелическо-Лютеранских Церквей Скандинавии, а затем и Англиканская Церковь Великобритании под напором светских властей подписали документы и начали осуществлять ординацию (рукоположение) женщин. Но нет ничего удивительного в том, что в странах, где Церкви имели (а в некоторых продолжают иметь до сих пор) статус государственных и управлялись либо парламентами, либо соответствующими министерствами и которые лишь недавно получили независимость в руководстве, подобные решения очень быстро воплощаются в жизнь. Например, в Швеции, где Главу Церкви назначало до 1997 года правительство, вопрос о рукоположении женщин в клир решался парламентом, принявшем еще в 1958 году соответствующий закон. Точно так же произошло и в Англии.  После принятия британским парламентом законодательного акта, позволяющего возведение женщин в епископский сан, последовало одобрительное заключение Генерального Синода Англиканской Церкви. При этом невозможно не заметить ту тенденцию, которая просто кричаще бросается в глаза: как только очередная протестантская деноминация Европы или Америки узаконивает и вводит в практику женскую ординацию, очень скоро за этим следует принятие гомосексуальных «браков», их благословение и даже «венчание». Такую хронологию нетрудно проследить. И это не случайность. Все идет к тому, чтобы население (в том числе верующих христиан) приучить к мысли о том, что и женщина-священник, и содомское сожительство, и так называемое многообразие полов являются абсолютной нормой и что нет ничего особенного в том, что лесбиянка или трансгендер могут быть в составе клира.  С 2009 по 2019 год диоцезом Стокгольма управляла «епископ» нетрадиционной ориентации Ева Брунне, которая, между прочим, запомнилась еще и тем, что предлагала снять кресты с церкви в порту, чтобы они не смущали последователей других религий. Религиозное сообщество, возглавляемое таким  «епископом», невозможно назвать Церковью в подлинном понимании этого слова, особенно если еще учесть, что в той же Швеции, до определенного момента, стать членом Церкви можно было либо по рождению, либо по заявлению без обряда крещения. Лишь с 1996 года крещение стало обязательным условием членства, и то со многими «демократическими» оговорками. В книге «Государство и Церковь в ХХ веке» приводится интересный факт, говорящий сам за себя: в 1990-е годы среди паствы Шведской Церкви около 500 тысяч ее членов не были крещены, а некоторые из них вообще были агностиками и атеистами!

Во многих странах Западной Европы протестантские Церкви давно являются всего лишь объединениями, выполняющими либо функции государственно-коммунального органа, в ведении которого остался надзор за кладбищами, либо играют роль номинальных национальных символов. Конечно, стоит отметить, что не все христиане западных конфессий готовы мириться с таким положением вещей. Есть еще здоровые силы, выступающие против решений, которые противоречат евангельским нормам. В ноябре 2014 года, после того как глава Евангелическо-Лютеранской Церкви Финляндии, 50% клира которой, между прочим, составляют женщины-пасторы, публично одобрил принятый парламентом страны закон о гендерно-нейтральном браке, ее ряды в знак протеста за три дня покинуло более 13 тысяч человек. И это не единичный случай. Свое возмущение выражают и некоторые представители иерархии протестантских конфессий, – они прекрасно осознают, чем могут закончиться для христианства такие «новшества». В 2017 году довольно известная в Великобритании личность, почетный королевский капеллан, епископ Гэвин Ашенден из-за несогласия с теми «прогрессивными» переменами, которые происходят в Англиканской Церкви и разлагают паству, отказался от сана, а вскоре и вообще покинул Церковь. Однако голосов таких несогласных недостаточно, чтобы противостоять усилиям тех, кто пытается сделать из людей управляемое стадо. Западный протестантизм фактически сдался без боя и потерпел крах под напором светского общества как в вопросе женского священства, так и гендерной политики. Впрочем, этого следовало ожидать. Потому что «доктрина всеобщего священства», существующая в протестантизме, отрицает отношение к священству как к Таинству и отвергает какое бы то ни было «сакральное» различие между клириками и мирянами. Основоположник Реформации Мартин Лютер учил, что любой крестившийся верующий может считать себя уже посвященным в священники. Следовательно, с этой точки зрения принадлежность к тому или иному полу в священстве не играет никакой роли. Ведь священник в протестантизме – это обычный пастор, выполняющий роль проповедника или служителя, основной задачей которого является не сообщение человеку благодати, а проповедь и научение вере. Именно поэтому протестанты проявляют такую лояльность в отношении женских ординаций, поскольку полагают, что с такой задачей вполне может справиться образованная женщина, имеющая дар учительства и обладающая качествами хорошего администратора и руководителя. Кроме того, в протестантизме отсутствует понимание Литургии как евхаристической жертвы, приносимой священником и веры в преложение Святых Даров в Тело и Кровь Христовы.

В настоящее время взоры поборников женского священства обращены в сторону Православной и Католической Церквей, которые они обвиняют в чрезмерном консерватизме в этом вопросе и в нежелании пересмотра многовекового установления, запрещающего совершать хиротонию лиц женского пола, расценивая это, конечно же, как очередную дискриминацию и нарушение прав. Всевозможные организации феминистской и нетрадиционной направленности и те, кто их поддерживает, а также некоторые весьма «продвинутые» богословствующие их представители выступают с заявлениями, требуя от  исторических Церквей определиться в этой дилемме. И речь уже не идет о восстановлении только института диаконисс, который существовал в Восточной и Западной Церквях до определенного момента, пока в этом была необходимость, а дискуссии ведутся о полноправном священстве, позволяющем женщинам осуществлять литургическое служение и принимать исповедь. Однако Православная Церковь еще две с лишним тысячи лет назад определилась в этом вопросе. Сторонники женского священства, указывая на то, что вызовы настоящего времени требуют переосмысления старых традиций, понуждают Церковь к принятию новых решений. Но в данном случае речь идет не об обычной человеческой традиции, которую можно поменять или от которой можно отказаться в угоду кому бы то ни было, а о Божественном установлении, воспринятом христианской Церковью от Самого Ее Основателя. То, что было сказано Христом в Сионской горнице в момент Тайной вечери в окружении учеников (а не учениц), невозможно отменить никакими человеческими решениями. И если в Слове Божьем нигде не говорится о том, что женщина не может быть священником, то это вовсе не значит, что можно допустить обратное. В таких основополагающих вопросах нельзя руководствоваться принципом: что не запрещено, то разрешено. При таком сомнительном подходе можно извратить все Священное Писание и Предание Церкви и довести многое до абсурда.

Для Православной Церкви, в отличие от протестантизма, характерно особое понимание священства, которое является Таинством, установленным Самим Господом. Он Сам избрал апостолов из числа Свих последователей и учеников, дав им власть научать и совершать священнодействия, послал им Святого Духа по Своем Вознесении. Православный священник совершает церковные Таинства силой Христовой, а Христос, восприявший в Себя всю полноту человеческого естества, без разделения на мужской и женский пол, тем не менее остается Мужем. Сегодня женщины осуществляют массу различных служений в Церкви, прекрасно справляясь с возложенными на них функциями, без всяких рукоположений. 

По своему происхождению идея женского священства не евангельская, нет ее и в Предании Церкви. Зато она встречается в древних гностических ересях, с которыми боролась христианская Церковь еще в начале  своего возникновения.  Святые Ириней Лионский, Епифаний Кипрский, Иоанн Дамаскин, а также Августин Блаженный упоминают в своих творениях о секте II века маркосеев, или маркосиан, основателя которой – некоего Марка, называют чародеем и предтечею антихриста. «Евхаристия» в этой секте совершалась женщинами в присутствии ее ересиарха. Святитель Епифаний пишет еще и о секте коллиридиан, на «богослужениях» которых женщинами приносилась жертва, совершалось хлебопреломление и «причащение» во имя Девы Марии. В своей работе «Против коллиридиан» он говорит: «От века никогда не священнодействовала женщина, даже сама Ева, хотя и учинила преступление, но совершать столь нечестивое дело не дерзнула; равным образом и ни одна из дочерей ее, между тем как и Авель вскоре священнодействовал Богу, и Каин…». Чуть далее он отмечает: «Если бы установлено было Богом, чтобы женщины священствовали, или совершали что-либо каноническое в Церкви, то более всего должно было бы в Новом Завете облечь саном священства саму Марию...». Прослеживая историю преемственности рукоположений от апостолов, св. Епифаний обращает внимание на то, что нигде не говорится и не упоминается, чтобы в числе епископов или пресвитеров была поставлена хотя бы одна женщина. Объясняет он и функции чина диаконисс в Церкви, которые никогда не совершали никаких священнодействий, а выполняли поручения, связанные с охранением чести женского пола, либо при крещении, либо при уходе во время болезни. Существовали в древности еще и другие еретические общины, в которых женщины не только священнодействовали, но и возглавляли их. Среди таких были, например, еще и пепузиане.  Стоит обратить внимание на тот факт, что все древние ереси, в которых практиковалось женское священство, обосновывали его теми же аргументами, какими пользуются и нынешние его сторонники. Здесь и пункт о всеобщем «царственном  священстве» (1 Пет. 2:9), и цитаты из Послания апостола Павла о том, что во Христе нет ни «мужеского пола, ни женского» (Гал. 3:28), и упоминаемые в Библии места о пророческих служениях женщин.  Нынешние сторонники рукоположения лиц слабого пола все время обращают внимание на то, что в святоотеческой литературе этот вопрос практически не исследован и мало обсуждался. Но и данный аргумент свидетельствует скорее против, а не за женское священство, потому что Церковь изначально усвоила тот порядок вещей, который сохраняет и доныне. И, как видим, никому, кроме еретиков, не приходило в голову это менять.

В настоящее же время «шум» вокруг вопроса о женских хиротониях активно производится феминистками. Для них признание пола является не естественной биологической данностью, а правом личного выбора. Именно поэтому они всячески стремятся к полному социальному уравниванию мужчин и женщин, не беря во внимание то, что Церковь – это не обычный социальный институт, а Богочеловеческий организм, а в онтологическом измерении – Тело Христово. И священство вовсе не должность, а жертвенное сакральное служение. Пересмотр этого вопроса может стать равносильным извращению основ христианской веры и отказу от тех свидетельств, которые мы имеем в Священном Писании и Предании, а также может полностью перечеркнуть весь исторический опыт Церкви и ее установлений в этом аспекте.

Тема женского священства – это очередное «окно Овертона», и никто не знает, что в следующий раз может проникнуть в него.                                

Валентина Новикова (Чернышева)

Социальные комментарии Cackle