Западня сознательности

Есть темы, которые способны объединять совершенно разных людей. Вот, например, о том, что мир со временем становится всё хуже, нынче кто только не говорит.

И ведь невесёлые тенденции настолько очевидны, что, кто бы ни говорил или писал на эту тему, соглашается с ним едва ли не всякий, поскольку трудно не согласиться. Хотя, с другой стороны, мир ведь не деградирует сам по себе, так сказать, помимо нас. Так или иначе, а мы не простые наблюдатели и тем более не жертвы неумолимого процесса. Хотим того или нет, однако мы его непосредственные участники, вносящие свою лепту в общемировую деградацию с постоянством, достойным лучшего применения.

Впрочем, дабы не уклониться в примитивное морализаторство, я не стану сейчас рассуждать о грехах и пороках, предлагая прислушаться к тому, что уже тысячу раз повторено и задуматься над тем, что очевидно до банальности. Так уж сложилось, что современный христианин легко рассуждает о высоких материях, запросто цитирует Писание и отцов, без сомнений судит о глобальном и при этом «не видит ничего, что под носом у него».

Вот хотя бы успевшие набить изрядную оскомину «европейские ценности». Нет, я не про пропаганду извращений, толерантность и беззубую терпимость. Я про то, что многие считают хорошим, нужным и даже вполне согласным с Евангелием. Про сознательность. О ней сейчас говорят, пишут, её рекламируют и пропагандируют. Не сыскать, наверное, такого пользователя интернета, который хотя бы раз не сталкивался с призывами сознательно относиться к жизни, к окружающей среде, к людям. Быть сознательным гражданином, налогоплательщиком, жителем своего двора и проч.

Вот в Европе, говорят, все сознательные. На улицах не сорят, не нарушают правил дорожного движения, налоги платят исправно. И заслуга в этом – каждого отдельно взятого гражданина. Отдельно взятый гражданин, например, никогда не проедет мимо того, кто хоть на пару километров в час превысил скорость. Он обязательно позвонит куда следует. Или вот если предусмотрено, что благоустройство двора должно быть согласованным с соседями, попробуй только построить сарай или спилить дерево самовольно – мигом донесут.

А лично я, так и поинтереснее истории слыхивал: поможет, например, какой-нибудь новоявленный немец или француз из бывшего Cоюза соседке-старушке засор в трубе прочистить или сломавшуюся стиральную машину отремонтирует, так она непременно поблагодарит, а как только двери за ним закроет, сразу сделает сигнал в соответствующую службу, потому как сосед, не работая официально сантехником или мастером по ремонту стиральных машин, занимается этой деятельностью нелегально. А что? Каждый ведь должен налоги платить. Из них, в том числе, и пенсия старушки-соседки выплачивается. Поэтому она должна быть сознательной. И все должны быть. А иначе получается, что мы потворствуем злу. Мигнул фарами встречному автомобилю, предупреждая о стоящем на дороге патруле, – потворствуешь нарушению ПДД. Не донёс на соседа, сжигающего сухие листья во дворе, – попускаешь нарушению порядка. Не поинтересовался наличием свидетельства о регистрации СПД у автоэлектрика в ближайших гаражах – способствуешь сползанию экономики в тень. И, как следствие, доля твоей вины есть в каждом ДТП, ты ответственен за каждый факт онкозаболевания в твоём районе, поскольку «дым от сжигаемых листьев содержит вещества, вызывающие рак, туберкулёз» и ещё десяток болезней сразу, лично ты повинен в том, что у нас такие маленькие пенсии и инвалидам не на что жить… Обычно в этом месте я спрашиваю что-то вроде «бред, не правда ли»?

Но сейчас я спрашивать не стану, поскольку уверен, к сожалению, уверен, что для некоторых, надеюсь, немногих, ничуть не бред. Потому что эти некоторые уже научились «сознательности». Особенно у молодёжи это уж очень успешно выходит, что, впрочем, немудрено. Как-то уж так вышло, что те, кому сегодня по 20-25, практически не знают, что такое изощряться в попытках подсказать пыхтящему у доски однокласснику-двоечнику, не понимают, зачем сбегать с уроков всем классом с целью прикрыть двух-трёх прогульщиков, и ни в коем случае не возьмут на себя вину проштрафившегося товарища. Я давно не слышал о такой дружбе, когда без раздумий лезешь в чужую драку потому, что «наших бьют». В современных юношеских сообществах, будь то школьный класс, компания по интересам или чат онлайн-игры, уже не встречается такое понятие, как негласный кодекс чести. Молодые люди хорошо знают, как надо, как правильно, как должно быть, и никаких других понятий им не нужно. И если кто становится свидетелем нарушения, об этом нужно сказать-доложить-донести, чтобы нарушителю неповадно было. Это считается полезным и нужным, причём считают так не одни только взрослые. В наше время даже в подростковой среде стукачу не дадут в глаз и не объявят бойкот. Уже и понятия такого, похоже, нет. Скорее на того, кто пожертвует своим интересом, не желая предать или подставить ближнего, посмотрят с непониманием – это ведь непродуктивно, невыгодно и самому же ближнему в итоге неполезно.

Если кому показалось, что написанное мной – брюзжание стареющего выходца из ушедшей эпохи, не желающего вписываться в новые реалии, то не спешите с выводами. За всем этим стремлением к тому, чтобы всё было «правильно», «по закону», «рационально» и «продуктивно», стоит, без преувеличения, страшная тенденция, знакомая так называемым цивилизованным обществам во всём своём безобразии.

Это тенденция к расчеловечиванию, к превращению отдельно взятого человека в функцию. Возьмём, для примера, обычную для любого европейского аэропорта картину: пассажир приходит на досмотр перед посадкой, не успев избавиться от бутылки с водой. Аэропортовский служащий эту бутылку обыкновенно выбрасывает в урну. Те из наших пассажиров, кто летает нечасто или сталкивается с подобным впервые, обычно недоумевают: зачем выбрасывать? Дайте я прямо сейчас выпью эту воду и сам выброшу бутылку. Ан нет. Не положено. Вот ведь инструкция прямо тут, при входе, с большими буквами и с картинками, а на ней написано: воду проносить нельзя. И как ни объясняй, воду твою выбросят, потому что таков порядок. Ничего удивительного: работник аэропорта чисто по-человечески может тебя понять, но действовать он будет так, как написано в инструкции, потому что в данный момент он не человек, а функция.

Или вот пример уже не из зарубежной действительности. Разгар антиковидного карантина. Супермаркет. У кассы покупатель, его товар на ленте, в очереди он первый. Продавец, девчонка лет двадцати, не говоря ни слова смотрит на покупателя, игнорируя при этом и его самого, и его товар. Покупатель ей что-то говорит, она его продолжает игнорировать. Так продолжается ещё с полминуты, пока покупатель не надевает маску. И, о чудо, девчонка вдруг оживает и принимается за работу. Формально она права – покупатели без масок не обслуживаются. А по-человечески? По-человечески её поведение – чистой воды хамство. Но для инструкций и правил совершенно неважно, что там по-человечески. Зачем это продавщице? Она же в данный момент не человек, а функция. Хотя только ли в данный момент? Ведь и в согласии со всеми правилами можно было бы объяснить, попросить надеть маску в конце концов, но уж точно не игнорировать. Но она из всего многообразия моделей поведения выбрала худшую, и, я так понимаю, выбрала сознательно. А что? Быть функцией удобно и эффективно, к тому же и не упрекнёшь ни в чём – всё по правилам.

И ведь хуже всего то, что совесть у такого человека-функции не шевельнётся ни разу. Он прав: какая может быть совесть? Да и не сказано ничего о совести ни в законах, ни в правилах, ни в инструкциях. Представьте теперь, чему вот такие бесчеловечно правильные, до тошноты ответственные индивиды научат своих детей и что буквально через несколько лет эти дети увидят вокруг себя. Ведь люди превращают себя в функции не только на работе. Сознательный гражданин, доносящий на костёр во дворе соседа, тоже ведь не столько человек, сколько функция. И наглец, снимающий на камеру телефона врача, который, по его мнению, не так лечит больного, – тоже функция. И бездельник, пытающийся налепить наклейку на ветровое стекло неправильно припаркованного автомобиля, – функция. Такими темпами в скором времени найти среди людей настоящего человека будет ничуть не проще, чем во времена Диогена.

Помните, было время, когда среди так называемых моральных авторитетов было принято сокрушённо недоумевать, как в XX веке мог произойти 37-й год? Как цивилизованное немецкое общество могло докатиться до нацизма? Да вот так и могло. Люди – функции без зазрения совести доносили на сотрудников, соседей и даже родственников, поступая по закону. Люди – функции уничтожали тысячи себе подобных в концлагерях, выполняя свою работу. И, если бы всякий раз Бог не вмешивался в течение жизни и не корректировал, подчас очень жёстко, человеческие стремления и планы, люди-функции вполне могли бы уничтожить не только понятие о человечности в людях, но и сам род людской.

Так вот, пока не пришлось нам искать человека в толпе с фонарём средь бела дня, давайте задумаемся о том, что именно мы, христиане, должны быть той средой, где человечность является нормой отношения между людьми. Мы ведь для общества и так «особый род», белые вороны, «безумные мира». Мы имеем понятие о совести и чести. Руководствуемся в жизни, прежде всего, Евангелием. Даже самые несовершенные и грешные мы – люди, а не функции. Церковь сегодня и всегда – отдушина для всякого, кому претит приторная правильность мира и холодная сознательность общества. Поэтому давайте не бояться быть людьми. Покрывать грех ближнего, помогать тем, кому помогать непродуктивно и сочувствовать тому, кто в своих бедах виноват сам, учить детей прислушиваться не к обществу, а к совести, видеть в каждом ближнем Христа, а не общественную единицу. Поступать нерационально, несознательно. Расходовать себя, не беречь ресурс. Каждый на своём месте должен прилагать максимум усилий, чтобы всегда быть, прежде всего, человеком, чтобы не превратиться в функцию ни в семье, ни на работе, ни в жизни, как бы к этому ни призывало общество и ни подталкивала жизнь. 

Протоиерей Владимир Пучков

Опубликовано: пн, 14/02/2022 - 15:45

Статистика

Всего просмотров 1,112

Автор(ы) материала

Социальные комментарии Cackle