Влияние окружающей среды на богообщение, становление монашества и монастырей

Среда обитания человека и его свободная воля имеют огромное значение в нашей жизни.

Доказательством тому является пребывание человека в раю, которое свидетельствует, что человек мог охватить своим сознанием окружающий мир, имел непосредственное общение с Богом, мог нарекать имена животным, проявляя Всевышним данные, неповрежденные грехом таланты. «Всякое имя, – пишет святитель Григорий Нисский, – есть некоторый признак, и знак какой-либо сущности»[1]. Имя отражает некую реальность, но не является ею самой. «Наречение не было случайным, а основывалось на знакомстве с природой (постижении природы – прот. А. У.) нарекаемых существ и по большей части заключало в своей основе указание на более характерное свойство будущего носителя того или другого имени, оно свидетельствует о сравнительно высоком состоянии умственного развития первого человека»[2]. Человек прозревал сущность творения – совокупность черт отдельных одушевленных тварей – и называл тварь сообразно ее сущности. Таким образом, сам факт наречения имен свидетельствовал о совершенном знании человеком творения. Дать оценку, наименование чему-то можно только после понимания сути этого предмета. Поэтому Адам, имея безграничные способности в познании мира, видел сущность всего созданного и давал ему наименование»[3].

Состояние человека, находящегося в раю, было для него естественным состоянием. После грехопадения человек впал в противоестественное состояние, которое стало проявляться в разладе сил души, ума, чувства и воли и случайном главенствовании каждого из них над двумя другими. «Смятенную и возмущенную всякими вожделениями душу свою подавил телесными удовольствиями»[4]. «Низшие душевные и физиологические потребности человека, получив в нем преобладание, вследствие ослабления духа, несдерживаемые, неуправляемые и не объединенные каким-либо принципом и силою, разбрелись в разные стороны, увеличились в своей численности и усилились в своей интенсивности, получив характер безмерности»[5].

Пребывание человека в раю называется также состоянием блаженства, райским блаженством или райским состоянием. Однако сегодня этими словами выражают чувство душевного восторга, достижения материального порядка и редко – спокойствие души, ее умиротворение.

С утратой рая утратилось непосредственное общение человека с Богом. Человек стремился восстановить эту связь, облекая в материальные формы все свои возвышенные стремления к Нему. Человек строил возвышенные жертвенники, вознося в своих молитвах к Богу прошения, благодарения и хвалу.

Чтобы найти верный путь своей жизни, в поисках согласия с самим собой, в поисках умиротворения человек отдалялся от общества и уединялся на какое-то время или навсегда. Углубляясь в себя, познавая самого себя[6], отыскивая в себе образ Божий, очищая его от греховной испорченности, человек совершенствовался, результатом чего было совершенствование окружающего его пространства.

Именно уединение (отшельничество, анахоретство, еремитство), способствовало достижению наилучшего результата в духовном совершенствовании.

Условия среды обитания могут помочь человеку реализовать его желание самоуглубления и познать свой образ Божий ради спасения своей души и приведения ее в гармоничное состояние с Богом.

Побудителем к избранию места для уединенного самопознания и совершенствования могли быть:

1) явления Бога или повеления свыше на том или ином месте, в результате чего это место имело материальный признак Божьего присутствия. Это место потом человек ощущал как место возможной дальнейшей встречи с Ним. Это могут быть всевозможные явления, которые оставили четкий материальный след;

2) природные условия, способствовавшие такому самопознанию в общении с Богом и совершенствованию. Эти природные условия были самые разнообразные: горы, пустыни, равнины, непроходимые леса, – такие местности, в которых человек мог оставаться один на один с собой, там, где он бы был лишен всяческого контакта с другими.

На влиянии природного окружения как факторе создания монастырей мы и остановимся.

Примеры будут взяты из монашеской жизни древних восточных церквей, в которых и поныне сохранилась многообразная аскетическая практика. Это многообразие показывает, что человек может сделать многое для своего совершенствования, употребляя усилия воли и все природные факторы, видя в окружающей его природе Промысл Божий.

Где же человек мог духовно совершенствоваться? В уединении. Наилучшей природной средой для этого были безлюдные или малозаселенные места.

1) Пещеры (в частности, Египта и Сирии)

Первым известным египетским отшельником, жившим в пустыне в пещере у подножия горы был прп. Павел Фивейский (228–341). Единственные дошедшие до нас слова подвижника: «Кто избегает трудностей, тот избегает Бога». В V в. на месте его подвига был построен монастырь и назван именем святого. Расположен монастырь в 150 км к юго-востоку от Каира в Аравийской пустыне, на побережье Красного моря. «Первые отшельники жили в пещерах на берегах Нила и вдали от него, иногда даже в заброшенных гробницах эпохи фараонов…»[7].

В скальном гроте[8], на месте подвига преподобного Антония Великого (251–356), в III в. был заложен монастырь в честь одноименного святого. Расположен монастырь в 290 км к югу от Каира в Аравийской пустыне.

Свт. Иоанн Златоуст (347–407) 2 года безмолвствовал в пещере, укрепляя свой дух перед служением Богу в сане священника.

Знаменитый монастырь Сиро-Яковитской Церкви, расположенный на горе Маклуб на севере Ирака в 20 км от Мосула, основан отшельником Матфеем (сир. Мар Маттай, IV в.). Матфей бежал из Амиды от преследований римского императора Юлиана отступника (331–363). Он исцелил от болезни Бехнама, сына ниневийского царя Синахериба, в результате чего тот вместе с сестрой Сарой принял христианство. Их отец, испытывая неприязнь к христианству, после безуспешных попыток убедить детей отречься от христианства убил их. После, раскаявшись в содеянном и став христианином, Синахериб наградил Матфея землей на вершине горы Маклуб (или Альфаф, высота 1057 м), где впоследствии Матфей построил монастырь. На горе находится ряд скитов IV–V вв.

Преподобный Макарий Великий (300–391) жил в пещере, выдолбленной в каменной горе[9], в египетской Скитской пустыне. Скитская пустыня, Нитрия и Келлия, это три значительные общины монахов, сформировавшиеся в III в. в области Вади-Натрун, в долине, расположенной к западу от дельты Нила, в 90 км на северо-восток от Каира.

Сегодня из многочисленных монастырей осталось 4 действующих монастыря, вход для паломников в которые открыт не в богослужебное время:

• Монастырь св. Макария (Дейр-Абу-Макар). Об этом монастыре выше шла речь, дополним материал свидетельством насельника, жившего в прошлом веке, отшельника Матты эль Мешкины: «Он был основан в 360 г.. св. Макарием, египтянином, духовным отцом более 4000 монахов разных национальностей – египтян, греков, эфиопов, армян, нубийцев, палестинцев, итальянцев, галлов и испанцев. Среди них были писатели и философы, члены аристократии того времени, а также простые неграмотные крестьяне. С IV в. до сегодняшнего дня монастырь всегда был заселен монахами»[10].

• Монастырь римлян (Дейр-эль-Барамус)[11], или монастырь Святой Марии. Основан в 335 г. прп. Макарием Великим, к которому обратились сыновья императора Валентиниана I (364–375) Максим и Дометий. Через год после их смерти прп. Макарий освятил келью сыновей, построив часовню, и сказал монахам: «Назовите это место кельей римлян». Сейчас в монастыре подвизается около 50 монахов.

• Монастырь сирийцев (Дейр-эль-Суриани, VI в.)[12], или монастырь Святой Марии. Был создан монахами, восставшими против ереси Юлиана Галикарнасского. Последний учил о нетлении тела Христа, что противоречило православному учению о восприятии Христом человеческого тела с последствиями грехопадения, одним из которых было тление. К названию монастыря было добавлено слово «Богородица», что закрепляло исповедание насельниками монастыря воплощения, которое, по-видимому, отрицали последователи Юлиана Галикарнасского. Сегодня сирийский монастырь предоставляет прекрасную возможность изучить развитие коптской настенной живописи. В период с 1991 по 1999 г. в церкви Пресвятой Богородицы и Часовне сорока девяти мучеников, начиная с VII и XIII вв., были обнаружены несколько слоев настенных росписей. В настоящее время реализуется постоянный проект по раскрытию, восстановлению и сохранению настенных росписей в монастыре.     

• Монастырь Св. Паисия (Дейр-Анба-Бишой). Был создан прп. Паисием Великим (320–417) на месте пещеры, в которой он подвизался. Монастырь окружен крепостью, построенной в V веке для защиты от нападений берберов.

При папе Шенуде III (1971–2012) была приобретена и обустроена новая земля вокруг монастыря, налажено птицеводство, животноводство, восстановлены древние здания и церкви, построены молочные заводы, а также кельи для монахов, папская резиденция, конференц-залы, заборы и ворота. Шенуда III был похоронен здесь после смерти в марте 2012 г.

В результате нападений берберов и бедуинов папа Шенуда I (859–880) возвел стены вокруг монастырей Нитрийской пустыни. Их высота колеблется от десяти до одиннадцати метров, а ширина составляет около двух метров. Они также были покрыты толстым слоем штукатурки.

Эфиопские монастыри известны своим строгим Уставом. Среди них выделяются Дэбре-Либанос и Дэбрэ-Дэхухан.

Дэбре-Либанос был основан в XIII в. преподобным Такла Хайманотом[13], который провел в пещере 29 лет. Позднее число братии, жившей в пещерах, возросло. Вокруг пещеры был создан монастырь, одна из церквей которого построена над могилой св. Такла Хайманота. Сейчас в пещере находится источник, к нему приходят паломники за водой. В Дэбрэ-Либанос находится одна из частиц Животворящего Креста[14]. Комплекс расположен между скалой и ущельем, созданным притоком Нила.

Во время итало-эфиопской войны (1935–1941 гг.) итальянцы напали не только на столицу Аддис-Абебу, но и на монастырь Дэбрэ-Либанос, понимая, что он является идеологическим оплотом Эфиопии. «Погром монастыря состоялся 21 мая, когда в обители было множество паломников. В этот день расстреляли 297 монахов и 23 ‟подозреваемых соучастника”, т. е. простых верующих; более 100 диаконов и семинаристов были высланы в Дэбрэ-Берхан и расстреляны позднее; несколько сот монахов отправлены в концентрационные лагеря; подверглись захвату сокровища Дэбрэ-Либанос… В настоящее время в монастыре ок. 700 монахов, а в поселке при обители – до 4 тыс. паломников. При монастыре действуют небольшая женская монашеская община, члены которой ухаживают за больными и престарелыми насельниками, и 5 духовных школ (до основания богословского колледжа Св. Троицы в Аддис-Абебе (1947) Дэбрэ-Либанос был единственным местом в Эфиопии, где преподавали полный курс церковных наук. Дэбрэ-Либанос также является крупным туристическим центром»[15].

Монастырь находится в 80 км. от Аддис-Абебы. Дэбрэ-Дэхухан основан в XIV в. Фаддеем, учеником св. Такла Хайманота, основателем Дэбрэ-Либанос. Первые монахи подвизались в нем так же, как и в монастыре Дэбрэ-Либанос, в пещерах. Позднее был выстроен монастырский комплекс. «Монастырь не играл значительной роли в истории Эфиопской Церкви, его братия всегда была немногочисленна, но благодаря древности происхождения, строгой жизни насельников и принадлежности к Дэбрэ-Либаносской конгрегации он пользовался большим уважением и царей, и народа»[16].

2) Горы

Горы служат естественным барьером и своей малодоступностью становятся местом подвигов отшельников.
Несколько монастырей Эфиопии и Эритреи из-за труднодоступности, запрета для посещения женщинами и строгости Устава можно назвать эфиопским Афоном.

• Монастырь Дэбрэ-Дамо (VI в.). Монастырь Дэбрэ-Дамо, один из древнейших эфиопских монастырей, расположен на границе с Эритреей, неподалеку от старинного караванного пути[17]. Труднодоступность монастыря и его схожесть с Афоном выдает нахождение Дэбрэ-Дамо на вершине горы. Попасть в монастырь можно, поднявшись по отвесному склону горы при помощи веревки.
Название монастыря Дэбрэ-Дамо – искаженная передача восклицания «Уберите это!» («Дахмэмо!»). Эти слова произнес основатель монастыря За-Микаель Арагави[18], когда нужно было убирать строительные леса. Главная церковь монастыря сохранилась до наших дней и уникальна тем, что подобные ей по архитектуре памятники на территории Эритреи утрачены. «В Дебре-Дамо есть пещера, где похоронен авва Арагави; храм считается старейшим стоящим храмом в Эфиопии»[19].

Обитель была авторитетным центром эфиопского монашества. Монастырю благоволили правители до перемещения центра христианской государственности на юг в XIV–XV вв. В XVI в. португальцы, воевавшие на стороне эфиопов против турок во время кампании 1542–1543 гг., устроили там склад оружия. В сентябре 1557 г. туркам удалось захватить и разграбить обитель: церковь пострадала, но не была сожжена. В 1948 г. была проведена реставрация. Вскоре турки потерпели поражение, но монастырь долго не мог возродиться. В XVII в. центром эфиопского царства стал г. Гондэр, а Дэбрэ-Дамо остался далеким почитаемым северным монастырем, но лишенным заботы государства.

Сегодня в монастыре проживает около 150 монахов, многие из которых – весьма пожилые. Женщинам и животным женского пола доступ в монастырь запрещен. Паломницы и туристки (монастырь включен в туристический маршрут) могут посетить для молитвы расположенный у подножия горы монастырь Пресвятой Богородицы. Монастырская библиотека содержит около 50 рукописей.

• Монастырь Дэбрэ-Бизен (монастырь византийцев), самый известный монастырь Эритрейской Церкви, расположен на вершине одноименной горы (825 м), в 25 км от столицы Асмэра. Основан в 1374 г. Разрушен мусульманами в XVI в., в XVIII в. пришел в упадок и был покинут монахами. С середины XIX в. начал возрождаться и стал крупным духовным центром. В монастыре покоится первый Патриарх Эритрейской Церкви Филипп (1998–2002). Сейчас в монастыре проживает 120 монахов. Там три церкви, множество келий, богатая библиотека (572 рукописи). В монастыре запрещено находиться женскому полу.

• Монастырь Дэбрэ-Маркоревос, или Дэбрэ-Дэмах (монастырь Вершины). Монастырь основан в XIV в. св. Меркурием (эфиоп. Маркоревос) в Южной Эритрее. Имевшиеся земельные наделы, жалованные монастырю царем Давидом II (1497–1540), были отобраны итальянскими колонизаторами в 1885 г. Сегодня, как и прежде, монастырь живет по строгому Уставу; в монастырь запрещается входить женщинам и животным женского пола.

Эфиопские монастыри – своеобразные экологические заповедники. «Монастыри Эфиопии являются образцами экологического равновесия. Правда то, что многие из редких растений и животных можно увидеть в монастырских комплексах. Эта экологическая чувствительность не случайна и связана с самой природой духовной традиции Эфиопии, которая подчеркивает единство всего и целостное представление о мире. Точно так обстояла ситуация и в других монастырях ортодоксального мира, где особого не требовалось экологического мышления, чтобы сбалансировать природу, но этот баланс стал результатом духовной жизни и пути этих монастырей. Природа как Божие творение заслуживает уважения, и все зависит от всех»[20]. Такая емкая характеристика свидетельствует о насколько возможно большем несении монашеского подвига, результатом которого являются преображение природы или ее сохранение. Здесь, похоже, исполняются слова апостола Павла: «и сама тварь освобождена будет от рабства тлению в свободу славы детей Божиих» (Рим. 8:21).

3) Жизнь под открытым небом и без одежды, кочевничество

Египетские пустыни с их неподходящим для постоянного жилья климатом служили естественным местом подвижничества. Также подвижники избирали для себя путь кочевания. Такая форма пустынножительства распространилась из Месопотамии в Сирию, Палестину и Финикию в VI в. «Подвижники, уже созревшие в обителях для высших подвигов, удалялись в пустыню и вели там кочевую жизнь, переходя с места на место. Покровом им служило небо, ложем – пустыня или пол одинокой пещеры. Они не употребляли пищи, приготовленной на огне, питаясь только кореньями и травами. Потому их называли восками, т. е. пасущимися на лугах в рощах»[21].

Одним из таких отшельников был Иаков Низибинский (III в. – 338 или 350 гг.) учитель прп. Ефрема Сирина (306–373). Об Иакове известно, что, прежде чем стать епископом, он «возлюбил жизнь пустынную или уединенную и укрывался на вершинах самых высоких гор. Весной, летом и осенью жил он в зарослях под открытым небом, а зимой скрывался в пещере, дававшей ему тесный приют»[22]. Ученик Иакова, прп. Ефрем Сирин повествует, что в его время «горы и долы, пещеры и ущелья были наполнены отшельниками»[23].

Другой подвижник Иулиан Персидский (300–367 (377, 380)), или Сава[24], жил в государстве Осроена (совр. Ирак), в 23 км. от Эдессы, в пещере, используя Богом данные через окружающую природу ресурсы. О нем блж. Феодорит Кирский сообщает: «Удалившись в глубину пустыни и найдя здесь нерукотворную пещеру, хотя и не изготовленную хорошо и красиво, но могущую дать тесный приют желающим уединения, сей божественный муж с радостью поселился в этом месте, считая его лучше великолепных чертогов, блистающих золотом и серебром. Здесь-то и проводил он жизнь свою, единожды в неделю принимая пищу; а пищей ему был хлеб ячменный (и тот из отрубей), приправой – соль, самым приятным питием – родниковая вода. Все это употреблялось не с пресыщением, но в мере, принятой раз и навсегда. Подлинной же пищей, роскошью и наслаждением служили для него псалмопения Давида и непрерывная беседа с Богом»[25].

В «Лавсаике» повествуется о двух подвижниках, живших несколько десятилетий в затворе: «…Некто Капитон, из разбойников сделавшийся опытнейшим монахом. Он пятьдесят лет прожил в пещерах за четыре мили от города Антинои и не выходил из своей пещеры даже к реке Нилу, говоря, что еще не может встречаться с людьми, потому что доныне противодействует ему противник»[26]. Другой рассказ содержит повествование о том, что в одном из монастырей города Антинои «тридцать уже лет жила девственница, именем Таора»[27].

В житии преподобного Онуфрия (IV в.) читаем, что после смерти своего наставника «Онуфрий шестьдесят лет прожил в полном одиночестве. Много скорбей и искушений претерпел он за это время. Когда истлела его одежда и он сильно страдал от зноя и холода, Господь одел его густым покровом волос на голове, бороде и теле. Тридцать лет ангел Божий ежедневно приносил ему хлеб и воду, а последние 30 лет он питался от финиковой пальмы, выросшей, по милости Божией, около его пещеры, имевшей 12 ветвей, которые поочередно ежемесячно приносили плоды. Воду он пил теперь из источника, чудесно открывшегося у пещеры»[28].

Историк Сульпиций Север (410–425) описывает отшельника, который пятьдесят лет жил под открытым небом, имея покровом лишь свои волосы: «Видел я Красное море, вершину горы Синай, пик которой почти касается неба и до которого я никак бы не смог добраться. Рассказывали, что там, среди расщелин, обретается некий анахорет, которого я даже после многих и долгих поисков не смог увидеть. Он уже почти пятьдесят лет избегает общения с людьми, не пользуется никакой одеждой, укрывается волосами тела своего, не ведая по милости Божьей своей наготы. Сколько раз религиозные мужи хотели прийти к нему; он же, устремляясь в бега по бездорожью, уклонялся от встреч с людьми. Говорят, что пять лет назад он показался только одному [человеку], который, как я полагаю, удостоился этого по великой вере своей. [И вот], среди многих собеседований задав отшельнику вопрос, почему же он так избегает людей, говорят, такой получил ответ, что если бы его часто посещали люди, то не смогли бы часто посещать ангелы. Потому не без основания среди многих распространился слух о том, что этого святого навещают ангелы»[29].

Блаженный Феодорит Кирский (393–457) описывает отшельника Иоанна: «Избрав для себя местом жительства один скалистый утёс, расположенный на севере и овеваемый суровыми ветрами, он до сего дня прожил там двадцать пять лет, терпеливо перенося все неблагоприятные действия климата»[30].

Историк Созомен (400–450) пишет: «Отсюда надобно идти в Сирию и к сопредельным с Сирийцами Персам, между которыми, соревнуя любомудрствователям египетским, иноки весьма размножились. Между ними у Низибийцев, близ так называемой горы Сигор, тогда особенно славились Ватфей, Евсевий, Варгий, Ала, Аввос, Лазарь, бывший епископом, Авдалеос, Зинон и старец Илиодор. Их называли также пасущимися, ибо они положили начало этому новому роду любомудрия. Такое название дано им потому, что они не имеют жилищ, не едят хлеба и вареной пищи, и не пьют вина, но, живя в горах, всегда славословят Бога молитвами и песнями по уставу Церкви. Когда же наступает время вкусить пищу, – каждый из них, взяв серп, отправляется бродить по горе, будто пасущееся животное, и питается растениями»[31].

Историк Сократ Схоластик (536–594) сообщает о пасущихся: «Придуман ими и еще род жизни, превосходящий силу всякого мужества и терпения. Они проникают в сожигаемую солнцем пустыню, и, сокрывая одни тайные члены своей природы, как мужчины, так и женщины, прочее тело в ужасным морозам, и знойному воздуху предают нагим, и не обращают внимания ни на жар, ни на холод; совсем отвергают также употребляемую людьми пищу и питаются прямо от земли, срывая прозябения, чтобы только жить, и потому называются пасущимися. По временам они становятся зверовидными: то есть, изменяют телесный свой образ; да и образ мыслей получают несвойственный людям. Прохожие, увидав их, убегают; а когда кто погонится за ними, – они, пользуясь либо быстротою ног, либо каким-нибудь недоступным местом земли, тотчас скрываются»[32].

Здесь можно вспомнить еще нескольких подвижников.

Об авве Иоанне повествует Палладий Еленопольский: «Не нашего, впрочем, века человек, ибо он превосходит добродетелями нынешних монахов. Найти же его скоро никто не может, потому что он всегда ходит по пустыне с места на место. Он сперва три года стоял под одной скалой, проводя все это время в непрестанной молитве, никогда не садился и не ложился спать и только стоя имел несколько сна. Только в воскресные дни принимал Евхаристию, которую приносил ему пресвитер, и более ничего не ел»[33].

Авва Георгий «тридцать пять лет скитался без одежды по пустыням»[34], в Египте, передает блаженный Иоанн Мосх.

Авва Софроний «подвизался в окрестностях Мертвого моря в течение семидесяти лет. Ходил нагим, питался только растениями и не вкушал ничего другого». Игумен киновии Севериана Мина поучал братию: «Во всяком возрасте – стар и млад – должны приносить покаяние, чтобы заслужить жизнь вечную, которая принесет великую славу и честь. Молодым – за то, что они в цветущем возрасте, в самом разгаре страстей подклонили выю свою под иго целомудрия, старцам – за то, что смогли искоренить усвоенную в течение многих лет злую привычку»[35].

4) Острова как места монашеского подвига

Эфиопское озеро Тана имеет множество островов, которые в силу своей труднодоступности были пристанищем отшельников, создававших монастыри, и служили местом не только молитвы, но и убежищами императоров, и местом их захоронения.

На полуострове Зеге есть монастырь Милосердия (Ура Кидане Мехрет), основанный в XIV в. монахом Бетре Мариамом. Церковь монастыря освящена в честь покровителя Эфиопии – святого Георгия Победоносца. В этот мужской монастырь разрешен вход женщинам. Монахи монастыря Милосердия перемещаются по озеру на папирусных лодках.

На острове Дек расположены монастыри Кебран Габриэль (ХII в.) и Нарга Селассие «Троица покоя». Последний был построен в XVIII в. царицей Ментеваб «после откровения во время отдыха о том, что ей надлежит построить храм и назвать его в честь Святой Троицы»[36]. В монастырь разрешен вход женщинам.

В восточной части озера Тана расположен остров Киркос, который считается святым островом, потому что на нем, согласно преданию местных монахов, был Ковчег Завета. Ковчег Завета доставили на остров Киркос из еврейского форпоста на острове Элефантина в Египте, он хранился на острове примерно с 400 г. до Р. Х. до 400 г. по Р. Х., а затем был перенесен в церковь Марии Сионской в Аксуме[37].

На острове Дага расположен монастырь Дага Эстифанос. В монастыре проживает около 150 монахов, охраняющих гробницы первых царей Аксума. «Вместе с монашеской республикой Афон и японским священным островом Окиносима он является единственным местом в мире, где не могут находиться женщины и самки»[38].

Дага Эстифанос считается одним из самых священных мест озера, и именно по этой причине там хранятся в деревянных гробах останки правителей Эфиопии (Йэкуно Амлак, Давит I, Зэра Яыкоб, За Денгель, Фасиледэс, Бакаффа).

В церкви Св. Стефана, покровителя острова, в дополнение к изображенной Богородице находятся драгоценные литургические предметы и древние книги.

5) Потухший вулкан как место аскетического подвига

Побережье кратерного озера потухшего вулкана Зуккала в области Южного Шоа стало местом аскетического подвига Гебре Манфаса Кеддуса (имя переводится как «Раб Святого Духа»). Монастырь был создан неподалеку от места подвига св. Меркурия. Гебре Манфас жил в XIV в. (умер в 1382 г.[39]). «Один текст сообщает, что Гебре Манфас Кеддус прожил 562 года, 300 из них – в Египте, а другой приписывает ему – 362 года»[40]. Вероятно, это завышенные цифры, однако они указывают на выдающееся долголетие жителей Египта (откуда родом Гебре Манфас Кеддус) и Эфиопии. Одно время Гебре Манфас жил в пустыне с 60 львами и 60 леопардами[41], покровом ему служили собственные волосы. В эфиопской иконографии Гебре Манфас Кеддус обычно изображается стоящий в полный рост, покрытый волосами с ног до головы, а львы и леопарды покоятся у его ног.
Зуккала – прообраз горы Фавор. Видимо, высокая гора (высота – 2989 м) была избрана святым, который таким образом пытался воплотить святость иерусалимской горы в Эфиопии. Озеро, на берегу которого создан монастырь, считается святым: «Авва Гебре Манфас Кеддус, также называемый Аббо. На вулканическом озере этот святой сражался с большим количеством нечистых духов, которые также находились и в других местах. Вулканическое озеро считается святой водой. Люди в маленьких домиках принимают «священные бани» для лечения, а озеро особенно подходит для лечения проказы»[42].

Монастырь был разрушен, а церковь, находящаяся у подножия горы, разграблена в 1531 г. Ахмедом ибн Ибрагимом аль-Гази. Позднее в монастыре были построены две церкви, одна из которых создана в честь святого Гебре Манфаса императором Эфиопии Менеликом II в 1880 г. и спроектирована итальянцем Себастьяном Кастанья, а другая, посвященная Кидане Михрету, построена во время правления Хайле Селассие (1930–1974).

6) Крайние формы подвижничества аскетов в природных местах

Жизнь с животными.

О египетском преподобном Апе (Афе, кон. IV – 2-я четверть V в.), епископе Оксиринха, известно, что после пострижения его в монашество Антонием Скитским он 54 года жил в стаде антилоп, являясь раз в году в храм на Пасху. В 401 г. вопреки своей воли он был рукоположен во епископы Патриархом Феофилом[43]. Ради этого рукоположения преподобного Апу ловили сетями.

В житии преподобного Онуфрия Великого упоминается Тимофей-пустынник, живший в стаде буйволов[44].

Иоанн Мосх в Луге духовном повествует о безымянном авве из египетского монастыря Св. Петра: «…удалялся на берега св. Иордана и, оставаясь там, ложился спать в львином логовище. Однажды, найдя двух львят в пещере, он принес их в своем плаще в церковь. ‟Если бы мы соблюдали заповеди Господа нашего Иисуса Христа, – сказал он, – то звери боялись бы нас. Но за грехи наши мы стали рабами, и теперь скорее мы боимся их”»[45].

Могильные склепы, гробницы.

Горы служили естественными гробами и могильными склепами на Востоке – в Египте, Месопотамии, Палестине, Сирии – и были местом подвижничества ранних аскетов. Так, преподобная Александра из Александрии Египетской, «оставив город, заключилась в гробнице и получала что нужно через отверстие, а сама не показывалась на глаза ни мужчинам, ни женщинам лет около десяти. В десятое лето почив, сия блаженная, говорят, сама себя приготовила к погребению»[46].

Яма как место обитания отшельника.

Отшельник авва Ханна Самуил, родившийся в Шоа (Эфиопия), «вырыл яму, которая соответствовала его росту, где он прожил двадцать лет, совершенно голый, на протяжении всех времен года. Он не говорил и ел еду один раз в неделю»[47].

Столпничество.

Столпничество – это совершение молитвенного подвига на столпе, колонне, открытой возвышенной площадке, невзирая на климатические условия: палящий зной, порывы ветра, дождь или холод. Первым известным столпником был сирийский святой[48], преподобный Симеон (390–459), подвизавшийся 10 лет в монастыре, изгнанный оттуда за чрезмерные подвиги, живший 5 дней в безводном колодце («безводной расщелине»)[49], в 3-летнем затворе в домике на горе Калат-Симан и напоследок в 423 г. избравший для себя подвиг стояния на столпе. Столп постепенно был возвышен с 2,6 до 16 м. О подвиге стояния на столпе прп. Симеона так повествует блж. Феодорит Кирский: «Во дни церковных празднеств святой подвижник являет особый образ терпения. От заката солнца до самого его восхода стоит он всю ночь с воздетыми к небу руками, забывая о сне и об усталости... Можно видеть Симеона и судией, выносящим верные и справедливые решения. Но этим и тому подобными вещами занимается он уже после девятого часа. Всю ночь и день до девятого часа проводит он в молитве; а после девятого часа сначала поучает присутствующих, а затем выслушивает прошения каждого, совершает исцеления, прекращает ссоры враждующих и, наконец, около времени заката солнца опять начинает беседу с Богом»[50].

На месте подвига прп. Симеона в 35 км от Алеппо на Севере Сирии между 476 и 490 гг. был построен монастырь, состоящий из двух церквей и монашеских келий. В центре главной церкви находилась колонна прп. Симеона, на которой он провел 37 лет. Церковь состояла из четырех базилик, располагавшихся по четырем сторонам так, что в центре был столп прп. Симеона. «Площадь церкви составляла более 5000 квадратных метров, почти такая же, как у Святой Софии в Константинополе. Однако, в отличие от Святой Софии, церковь Святого Симеона была расположена на вершине бесплодного холма, примерно в 60 километрах от ближайшего города»[51]. Монастырь был разрушен в результате арабо-византийский воин и войны в Сирии (2015 г.).

Древесничество.

Одним из святых, подвизавшихся на дереве, был преподобный Давид Солунский (450–540), иначе называемый Давид Дендрит, или Давид Древесник. Он является покровителем города Фессалоники (ранее именовавшийся Солунью) и местным юродивым.

Между 465 и 470 гг. Давид прибыл из Месопотамии в Солунь и стал монахом в монастыре Святых Феодора и Меркурия, располагавшимся в городской стене северной части города. По сообщению Иоанна Мосха Давид был «муж весьма добродетельный, любвеобильный и строгой жизни. Он провел в затворничестве около семидесяти лет»[52]. Добродетельная жизнь Давида обратила к христианству и благочестивому образу жизни многих людей.

Такие чудеса были результатом изучения Священного Писания и усиленной аскезы, поста и бдения Давида, чей авторитет возрос настолько, что его решили избрать на место умершего наместника монастыря. Однако Давид отказался и, желая снискать разум и смирение, а также вдохновившись прочитанным житием столпников Симеона и Даниила, чтобы найти мир с ними после смерти, он решил взобраться на миндальное дерево, росшее недалеко от монастырской церкви. Перенося все разнообразия погодных условий (при колебаниях из-за сильного ветра дерево не давало надежного убежища), Давид провел на дереве 3 года. «Это символическое число (три) соответствует, согласно житию, трехлетнему периоду, за который Пророк Давид получил доброту, образование и благоразумие после его молитв к Богу»[53]. По истечении трех лет Давиду явился Ангел Господень, уверяя, что его молитвы были услышаны и срок его подвига как дендрита закончился. Ангел повелел ему спуститься с дерева и продолжить аскетическую жизнь в тишине в келье, продолжая восхвалять и благословлять Бога.

На примере вышеизложенных описаний аскетов мы видим, что они не противились и не приспосабливались к окружающей природе, погодным условиям, видя в них проявления Промысла Божия, который принимали ради совершенствования своей души. «Многие из живших и вблизи его (прп. Иулиана. – прот. А. У.), и в отдаленности от него, учились у него возвышенному любомудрию (ибо молва о нем быстро пронеслась повсюду); многие приходили и умоляли его принять их в свою школу подвижничества, прося позволить жить при нем, как при наставнике и руководителе. Так не только птицы заманивают птиц своей породы своим пением, привлекая себе подобных и завлекая их в расставленные сети, но и люди увлекают подобных себе: одни – к погибели, другие – к спасению. Вскоре около Иулиана собралось десять человек, затем это число удвоилось и утроилось и, наконец, достигло ста»[54]. Желавшие совершенствоваться видели, что для этого не нужны особые условия, а лишь желание и цель безропотно принимать от Бога все, в том числе и погодные условия.

Обобщая вышеизложенное, напрашивается вопрос: почему христианское монашество зародилось в Египте и Сирии? Неужели климат, природные условия – пустыни и оазисы Египта и Сирии, пещеры Каппадокии, отдаленные места, горы и Эфиопии и Эритреи – манили как места для уединения и общения с Богом? Почему в других местах, например в Константинополе, монашество в какой-то мере было явлением привнесенным, идеалы которого, примеры для подражания, уже существовали ранее.

Возможно, ответ кроется в менталитете народа? Вот свидетельство русского путешественника: «Меланхолический и торжественный вид природы Египта, вечно ясное небо, строгий характер пирамидального зодчества, ужасное разрушение зданий гигантских, превышающих силы человека, столько великого, столько славного в прахе и, наконец, куда ни взглянем, везде поразительное исполнение пророчеств – все это невольно приводит к жизни созерцательной человека мыслительного»[55]. Но то же самое можно сказать и о других отделанных и пустынных местах, в которых, однако, монашество не возникло.

Одна из причин возникновения монашества – подготовка к мученичеству, а оно неизбежно сопутствовало раннему христианству. Крайние формы аскетизма были видом самомученичества[56]. Историк А. П. Лебедев отмечает: «Отличительной чертой христианских аскетов первых трех веков было стремление к мученичеству. Мученичество для них было вожделенной целью, прерывавшей их жизнь, к которой они питали очень мало пристрастия. С прекращением же гонений, со времен Константина, стремление к мученичеству удовлетворять более было нельзя. И аскеты начали вожделеть заменить мученичество самомученичеством. И вот, убегая в пустыни, они живут в жгучих пустынях, в страшных пропастях Египта и Сирии, отказывая себе во всем, что могло бы нежить плоть, насильственно умерщвляя в себе естественные порывы. Они ждали за это самомученичество мученического венца»[57]. Вот одна из причин, способствующая появлению монашества, которое рождается в недрах человеческой души. Внешние факторы, природа и т. д. являются лишь вторичными способами реализации этой потребности самосовершенствования с Богом.

Возможно, почва для возникновения монашества подготовлена ранними философскими идеями? «Течением истории в Египте развиты были идеи аскетизма и формы его настолько, что монашество IV в. было явлением, в некоторой степени зависимым от этого факта. Здесь были развиты идеи аскетизма: уже иудейский писатель Филон, живший во времена Христа, проповедовал в Александрии попрание чувственности; христианские писатели Александрии вполне последовали ему; знаменитый учитель Церкви Ориген и ученик его Иеракл развивают чисто монашеские взгляды о безбрачии и добровольной нищете, а св. Афанасий Великий является панегиристом отшельнической жизни»[58].

Да. Идеологическая подготовка в какой-то мере способствовала проявлению аскетического духа, тем не менее почему-то именно на этой почве он и проявился. Почему? Иногда указывают менталитет народа как причину проявления аскетического духа и стойкости. Историк А. П. Лебедев пишет: «Мы, впрочем, допускаем, что и географические, и национальные особенности Египта способствовали происхождению монашества именно в Египте; но это уже причины второстепенные. В самом деле, Египет, как известно, представляет множество оазисов среди пустынь, – это были как бы готовые места для уединения. Нильская долина с ее плодородием и пустыни с их бесплодием – вызывали тем самым одних наслаждаться всеми благами египетской природы, других отрешаться от этих благ и бежать в пустыню. С другой стороны, особенная черта национального характера египтян – это непреклонная твердость воли. Один писатель свидетельствует о египтянах, что они выносят самые ужасные пытки, не проронив ни звука, и что они скорее дозволят замучить себя до смерти, чем согласиться с тем, с чем они не хотят соглашаться. Некоторые из египетских христиан, обладая подобным характером, конечно, могли становиться самыми строгими подвижниками, когда доходили до убеждения в необходимости христианского подвижничества»[59].

Многие причины в совокупности, направляющие человека к созерцанию, отмечены историками: и идеологические факторы, и течение мысли, и менталитет. Среди всех выделяется также природный фактор, точнее, использование природы с ее свойствами для самосовершенствования и возделывания своей души.

Протоиерей Андрей Ухтомский,
кандидат богословия,
преподаватель КДА

Примечания:

1.Нисский Г., свят. Опровержение Евномия. Кн. 12 // Творения святых отцов, издаваемых при МДА. Т. 43. Ч. 6. М., 1864. С. 495.
2. Толковая Библия, или Комментарий на все книги священного Писания Ветхого и Нового Заветов. А. П. Лопухина. Т. 1. Изд. 2-е. Стокгольм: Институт перевода Библии, 1987. С. 22.
3. Именослов / Сост. А. А.Ухтомский. К.: КПЛ, 2010. С. 6.
4. Афанасий Великий, свт. Слово против язычников, 3 // Полное собрание творений святых отцов Церкви и церковных писателей в русском переводе. Т. 8. Святитель Афанасий Великий, архиепископ Александрийский. Творения в трех томах. Т. 1. Творения апологетические, догматико-полемические и историко-полемические. М.: Сибирская благозвонница, 2015. С. 56.
5. Зарин С. М. Аскетизм по православно-христианскому учению. Этико-богословское исследование. СПб., 1907. С. 232.
6. Это изречение было написано на храме Аполлона в Дельфах и переосмыслено раннехристианскими отцами (в частности, свт. Григорием Богословом) в таком ключе: «Прежде всего познай сам себя, рассмотри, что в руках. Кто ты? Как ты сотворен и составлен так, что вместе и образ ты Божий, и сопряжен с худшим?» (Григорий Богослов, свт. Слово 32, 27 // Полное собрание творений святых отцов Церкви и церковных писателей в русском переводе. Т. 1. Святитель Григорий Богослов, архиепископ Константинопольский. Творения в двух томах. Т. 1. Слова. М.: Сибирская благозвонница. 2010. С. 403).
7. Шайо К. Жизнь и духовность Восточных Православных Церквей  сирийской, армянской, коптской и эфиопской традиций. К., 2013. С. 369.
8. Преподобный Антоний подвизался в гробнице и в пустыне: «Обретя некоторые навыки в подвижнической жизни, преподобный вскоре увеличивает свои подвиги, уединившись в заброшенной гробнице недалеко от своего селения и попросив одного знакомого приносить ему изредка хлеб через много дней. В таком добровольном заключении он провел более пятнадцати лет, выдержав самые тяжкие нападки бесов и искушений. После этого, обретя обильный опыт духовной брани и закалившись в ней, Антоний переправился на восточный берег Нила и ушел в Фиваидскую пустыню, где практически в полном одиночестве прожил еще двадцать лет в одном покинутом укреплении на возвышенном месте» (Сидоров А. И. Святоотеческое наследие и церковные древности. Т. 4. Древнее монашество и возникновение монашеской письменности. М. 2014. С. 88). Этим укреплением был старый замок на горе между Мемфисом, Арсиноей, Вавилоном и Афроитой (Поселянин Е. Пустыня. Очерки из жизни фиваидских отшельников. М., 1994. С. 69). Путь к этому замку и саму пещеру описывал архим. Порфирий (Успенский) так: «Чем ближе мы подходили к колыбели монашества, тем круче и стропотнее становилась стезя, ведущая к ней. Во многих местах надлежало взлезать с уступа на уступ и цепляться руками. Я четыре раза немного отдыхал на камнях. Жажда измучила меня. Чем более пью воду из кожаного меха, тем более сгораю и томлюсь от горечи во рту. Не понять бы мне, как столетний старец Антоний сходил и восходил по такому стропотному месту, если бы вера не сказала мне, что его носила всемощная благодать Божия… Пещера… имеет вид лжицы с узкою рукоятью, темновата и прохладна, не низка, но и не высока. Естественный свод ее, треснувший, походит на островерхую кровлю сельской избы. На нем виден как бы дракон ребристый и черный. Он напомнил мне явление диавола св. Антонию в зраке сего чудовища. В одной стене пещеры иссечена полочка для поклажи хлеба или книги. Так как слой горы в этом месте состоит из стекловидного хряща, похожего на белый мрамор, окрашенный легкою желтизною, то я думаю, что древние египетские каменосечцы извлекли оттуда несколько кусков мрамора для убранства палат или капищ фараоновых, и оттого осталась тут пещера с искусственным междустением. Она впоследствии послужила колыбелью монашества» (Порфирий (Успенский), архим. Путешествие по Египту и в монастыри святаго Антония Великаго и преподобнаго Павла Фивейскаго в 1850 году. СПб., 1856. С. 220–222).
9. Литвинова Л. В. Аскетизм // Православная энциклопедия. Т. III. М., 2001. С. 601.
10. Il Monastero di San Macario a Scete (Wadi el-Natrun) [Электронный ресурс]. URL: http://www.stmacariusmonastery.org/iabout.htm.
11. Основан римлянами.
12. Основан сирийцами.
13. Преподобный Такла Хайманот (1215–1313, «Насаждение веры») – наиболее чтимый святой Эфиопской Церкви, просветитель центральной области Шоа и насадитель в ней монашества (в частности, организация общины в Дэбра Асбо и монастырь в Дэбрэ Либанос). Благодаря его увещаниям представитель незаконно захватившей власть династии Загве передал престол потомкам Соломона.
14. Matt Ph., Carillet J.-B., Ethiopia and Eritrea. Lonely Planet, 2006. Р. 111.
15. Чернецов С. Б. Дэбрэ-Либанос // Православная энциклопедия. Т. XVI. М., 2007. С. 526.
16. Там же. С. 525.
17. На месте монастыря найдены китайский фарфор, арабские монеты и золотые монеты Кушанского царства (I–III вв. по Р. Х.).
18. За-Микаель (VI в.) – один из «девяти преподобных», сириец, проповедавший христианство в Эфиопии. Согласно житию, при рождении Микаель был назван Абд аль-Масих (раб Мессии), по-эфиопски Габра Крэстос (раб Христов), или перифразом Габра Амлак (раб Божий). Среди девяти преподобных он был старшим, за что и получил прозвище Арагави («старец») (Французов С. А. За-Микаэль Арагави // Православная энциклопедия. Т. XIX. М., 2008. С. 596.). В Коптской энциклопедии об этимологии его имени говорится: «Наименования на геэз ‟арагави” (‟старец”) и ‟за-Микаель” (‟принадлежащий Михаилу”) указывают, что его родное имя не сохранилось» (Haile G. Ethiopian saints // The Coptic Encyclopedia / Aziz S. Atiya (ed.) N.Y. Oxford, Singapore, Sidney. Maxwell Macmillan International. Vol. 4. 1991. Р. 1046). Отказавшись от брака, он постригся в Пахомиевой обители, откуда заимствовал Устав монашеской жизни и воплотил его в монастыре Дэбрэ-Дамо. Проповедуя в области Тыграи, Микаель решил основать на понравившейся ему горе монастырь, но не смог взобраться тудп. Тогда явившийся ему Архангел Михаил посоветовал ухватиться за хвост дракона, который и вытащил его на гору. На иконах прп. Микаель изображается со змеем. За-Микаелю Арагави приписывается создание эфиопской версии Нового Завета (Shinn D. H., Ofcansky B., Thomas P. Abuna Aregawi // Historical Dictionary of Ethiopia. Oxford: Scarecrow Press, 2013. P. 118.)
19. Ježek V. Křesťanská tradice v Etiopii. Leukōsia: Askas, 2013. S. 89.
20. Там же. С. 82.
21. Иоанн Мосх, блж. Рассказ аввы Илии о себе самом // Иоанн Мосх, блж. Луг духовный. Глава 19. М., 2013. С. 140.
22. Феодорит Кирский, блж. История боголюбцев. М., 2012. С. 26.
23. Цит. по: Иоанн Мосх, блж. Рассказ аввы Илии о себе самом // Иоанн Мосх, блж. Луг духовный. Глава 19. М., 2013. С. 140.
24. В переводе с арамейского языка «Сава» значит старец, человек, достигший духовной зрелости.
25. Феодорит Кирский, блж. История боголюбцев. М., 2012. С. 38–39.
26. Палладий Еленопольский. Лавсаик. Повествования о жизни святых и блаженных отцов. М., 2003. С. 287.
27. Там же. С. 337.
28. Рыбаков Д. Преподобный Онуфрий Великий (составлено по житию св. Димитрия Ростовского) [Электронный ресурс]. URL: http://www.pravoslavie.ru/1739.html
29. Сульпиций Север. Диалог I, 17, 2–5 // Сульпиций Север. Сочинения / Пер. А. И. Донченко. М.: РОССПЭН, 1999. С. 145.
30. Феодорит Кирский, блж. История боголюбцев. М., 2012. С. 199.
31. Эрмий Созомен Саламинский. Церковная история (VI, 33). СПб., 1851. С. 456.
32. Евагрий Схоластик. Церковная история (I, 21). СПб., 1854. С. 48–49.
33. Палладий Еленопольский. Лавсаик. Повествования о жизни святых и блаженных отцов. М., 2003. С. 210.
34. Иоанн Мосх, блж. Жизнь отшельника аввы Георгия и Фалалея, ученика его // Иоанн Мосх, блж. Луг духовный. Глава 91. М., 2013. С. 285.
35. Там же. Глава 159. М., 2013. С. 417–418.
36. Ježek V. Křesťanská tradice v Etiopii. Leukōsia: Askas, 2013. S. 92.
37. Cheesman R. E. Lake Tana and Its Islands // Geographical Journal. № 85 (1935). Р. 498.
38. Dainelli G. Il lago Tana, Milano 1939. P. 26. Так же Cheesman R. E. Lake Tana and Its Islands // Geographical Journal. № 85 (1935). Р. 496.
39. Haile G. Ethiopian saints // The Coptic Encyclopedia / Aziz S. Atiya (ed.) N. Y. Oxford, Singapore, Sidney. Maxwell Macmillan International. Vol. 4. 1991. Р. 1055.
40. Huntingford G. W. B. The Historical Geography of Ethiopia. London: The British Academy, 1989. P. 85.
41. Согласно житию, они присутствовали при погребении святого. Ср.: «Вскоре дикие животные стали его друзьями, а львы и леопарды служили ему, перенося его на себе по округе» (Haile G. Ethiopian saints // The Coptic Encyclopedia / Aziz S. Atiya (ed.) N.Y. Oxford, Singapore, Sidney. Maxwell Macmillan International. Vol. 4. 1991. Р. 1055).
42. Ježek V. Křesťanská tradice v Etiopii. Leukōsia: Askas, 2013. S. 95.
43. Войтенко А. А. Афу // Православная энциклопедия. Т. IV. М., 2002. С. 194–195.
44. Димитрий Ростовский, свт. Житие преподобного Онуфрия Великого // Дмитрий Ростовский, свт. Жития святых на русском языке, изложенные по руководству Четьих-Миней с дополнениями, объяснительными примечаниями и изображениями святых. Кн. Х. Июнь. Почаев, 2005. С. 232.
45. Иоанн Мосх, блж. Жизнь другого старца, который спал со львами // Иоанн Мосх, блж. Луг Духовный. Глава 18. М., 2013. С. 137.
46. Палладий Еленопольский. Лавсаик. Повествования о жизни святых и блаженных отцов. М., 2003. С. 21. Говорится также: местом ее подвига был могильный склеп, что, впрочем, одно и то же (Грацианский М. В. Александра Александрийская // Православная энциклопедия. Т. I. М., 2000. С. 545).
47. Elias G. The Monastery of Abrentant in Waldibb // Abbay. Documents pour servir a l’histoire de la Civilisation Ethiopenne. Paris. 1977. S. 111.
48. Согласно житию, «посередине, между нашей областью и Киликией, есть селение, которое называют Сисан. Там и родился Симеон…» (Феодорит Кирский, блж. История боголюбцев. М., 2012. С. 211).
49. «Тогда он оставил обитель и отошел в самые пустынные места горы. Найдя одну безводную расщелину, не очень глубокую, поселился в ней и оттуда возносил Богу псалмопения. Однако по прошествии пяти дней начальники обители, раскаявшись, послали двух братий разыскать Симеона и привести его обратно. Посланные, обходя гору, спросили у пастухов, пасших там овец, не видели ли они человека, который выглядит так-то и одет в такую-то одежду? Когда пастухи указали им на расщелину, они стали звать блаженного и, когда он отозвался, опустили веревку и с большим трудом извлекли его из расщелины, ибо выход оттуда был не так удобен, как вход» (Феодорит Кирский, блж. История боголюбцев. М., 2012. С. 214).
50. Феодорит Кирский, блж. История боголюбцев. М., 2012. С. 227–228.
51. Niketas Stethatos. The Life of Saint Symeon the New Theologian. (Greenfield R., trans.). Cambridge: Harvard University Press, 2013.
52. Иоанн Мосх, блж. Жизнь аввы Палладия и солунского затворника Давида. // Иоанн Мосх, блж. Луг Духовный. Глава 69. М., 2013. С. 241.
53. Hermits in the Trees: The Dendrites [Электронный ресурс]. URL: https://citydesert.wordpress.com/2014/01/04/hermits-in-the-trees-the-dendrites/
54. Феодорит Кирский, блж. История боголюбцев. М., 2012. С. 40–41.Норов А. С. Путешествие по Египту и Нубии в 1834–1835 гг., служащее дополнением к «Путешествию по Святой Земле». Ч. II. СПб., 1840. С. 350.
55. Норов А. С. Путешествие по Египту и Нубии в 1834–1835 гг., служащее дополнением к «Путешествию по Святой Земле». Ч. II. СПб., 1840. С. 350.
56. «Вполне возможно, что такие необычные аскетические практики, как ношение цепей, восходят к тому времени, когда беглецы готовили себя таким образом к принятию мученичества» (Читти Д. Град Пустыня. Введение в изучение египетского и палестинского монашества в христианской империи. СПб.: Библиополис, 2012. С. 28). В ссылке (с. 43) автор сообщает, что эта практика ограничена была Сирией, отдельные случаи зафиксированы в Египте, а «в Палестине, насколько я знаю, была неизвестна» (Читти Д. Град Пустыня. Введение в изучение египетского и палестинского монашества в христианской империи. СПб.: Библиополис, 2012. С. 43).
57. Лебедев А. П. О происхождении монашества // Лебедев А. П. Церковно-исторические повествования общедоступного содержания и изложения. Из давних времен христианской Церкви. СПб., 2008. С. 282–283.
58. Там же. С. 283–284.
59. Там же. С. 284–285.

Теги

Опубликовано: чт, 30/04/2020 - 23:17

Статистика

Всего просмотров 1,683

Автор(ы) материала

Социальные комментарии Cackle