Языки

  • Русский
  • Українська

Священномученик Николай Романовский: жизнь на пределе человеческих сил

Содержимое

По материалам жития священномученика Николая Романовского.

…Не грусти обо мне, а порадуйся тому,
что Господь сподобил и меня грешного
воспринять такой крест мучения.
Без ропота несу этот крест  с усердной молитвой:
накажи здесь, Господи, и помилуй в вечности...
Твой беззаветно любящий заживо погребенный Николай.
Из арестантского письма
священномученика Николая Романовского
жене Дарье

20 ноября 1937 года тройка УНКВД по Карагандинской области приговорила 68-летнего протоиерея, настоятеля Греческого храма города Николаева (ныне Свято-Никольская соборная церковь) Николая Романовского к расстрелу. Очевидно, что приговор был приведен в исполнение в тот же день.

И тело отца Николая легло в братскую могилу казахской земли, которую однажды Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II назвал «распростертым антиминсом, содержащим в себе мощи новомучеников». И в этом «антиминсе» покоятся мощи и нашего николаевского священномученика Николая Романовского. Будем же молить Господа об их обретении.

На юбилейном Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви 2000 года было принято решение об общецерковном почитании священномученика Николая Романовского в Соборе новомучеников и исповедников Церкви Русской. День памяти этого великого и святого Собора  празднуется в воскресный день, выпадающий на 25 января ст. ст. (7 февраля н. ст.), или же в ближайшее последующее воскресенье. Тогда же празднуется и день памяти вышеупомянутого николаевского угодника Божия.

Милостью Господней совсем недавно был установлен и особый день почитания священномученика Николая. Это день его кончины – 20 ноября по новому стилю (7 ноября ст. ст.).

В связи с этим поговорим о житии отца Николая. Быть может, оно станет для нас великим, святым и живым примером обретения пути к Богу и стояния в вере до конца – до мученического венца. Ведь недаром в тропаре священномученика Николая есть стихи о том, что он был столпом Церкви непоколебимым, правилом благочестия и образом жития по заповедям Божиим. Откроем же и мы с Божьей помощью, дорогие братья и сестры, для себя драгоценный золотой образок, написанный самою жизнью отца Николая Романовского…

…В книге «Учительное известие», являющейся инструкцией для священника по совершению Божественных служб и особенно Литургии, есть следующие строки: «В том случае, если кто захочет убить служащего священника, унижая православную веру, священник не должен отступить от служения и вести его, даже если придется претерпеть смерть: убитый во время служения, он будет причтен к мученикам». 

Таким, не отступившим от служения священником, был священномученик Николай Романовский. Его жизнь подвергалась угрозам не разово и одномоментно, но постоянно, начиная с 1917-го, в течение долгих двух десятилетий. Причем устрашали не только его, но и его семью. И это, конечно, был тяжкий, но и спасительный крест.

Будущий святой родился в 1869 году в селе Липецкое Ананьевского уезда (ныне Одесская область) в семье протоиерея Александра Венедиктовича и Марии Иосифовны Романовских. С детства воспитанный в благочестии, он и сам отличался созерцательным молитвенным нравом. Потому пошел по стопам отца и, будучи юношей, поступил в Одесскую духовную семинарию. Там очень хорошо себя зарекомендовал. Его поставили надзирателем над учениками Одесского духовного училища. В 1890 году женится на дочери священника Георгия Гуковича Дарье, которая также получила образование в Одесском епархиальном училище.

Вскоре состоялась диаконская хиротония отца Николая, а 4 ноября 1890 года – священническое рукоположение. Он был назначен в приход, располагавшийся довольно далеко от его родного Липецкого – в Свято-Николаевский храм села Касперо-Николаевка Херсонского уезда (сейчас одноименный населенный пункт Баштанского района Николаевской области). Здесь у него рождается старший сын Александр.

Особенной миссией отца Николая всю его долгую священническую жизнь были духовные просвещение и образование. Так, в 1891 году молодой священник во вверенных ему священноначалием населенных пунктах Касперо-Николаевке, Ново-Бирзуловке, Михайловке открыл церковноприходские школы. А в 1892 году епархиальным начальством был утвержден в должности члена благочиннического Совета Новоодесского округа (ныне Новоодесский район Николаевской области). В 1895 году назначен инспектором церковноприходских школ по району Николаевского отделения.

В этом же году его переводят в Николаев на должность третьего священника в храм в честь иконы Пресвятой Богородицы «Всех Скорбящих Радосте» (Ново-купеческая церковь; сегодня кафедральный собор Рождества Пресвятой Богородицы города Николаева). В этом храме будущий священномученик прослужил более десяти лет.

В 1909 году отец Николай стал настоятелем Свято-Никольской греческой церкви (сегодня Свято-Никольская соборная церковь города Николаева). В этом храме он прослужил около 25 лет до своего ареста.
Много сил отец Николай продолжает отдавать делу образования. Как инспектор церковноприходских и воскресных школ Николаевщины, он большое внимание уделял различным сторонам жизни учителей и учащихся. Его интересовали образование педагогов, участие в церковных богослужениях, соблюдение постов, влияние школы на учащихся в деле воспитания и многое другое, без чего немыслим полноценный учебно-воспитательный процесс. Об этой деятельности батюшки свидетельствует его личный дневник (400 страниц рукописного текста), который в настоящее время хранится в фондах Николаевского областного краеведческого музея.

В апреле 1901 года протоиерею Николаю Романовскому было поручено преподавание Закона Божия в Николаевской Мариинской женской гимназии (ныне Первая Украинская гимназия г. Николаева). В этом учебном заведении батюшка читал настоящий предмет более 15 лет – до 1918 года, который принес с собой страшный декрет об отделении государства и школы от Церкви. Неутомимый проповедник веры всегда памятовал наставления святителя Иоанна Златоуста: «достоинство пастыря и учителя состоит не в том, чтобы стараться о приобретении чести и славы у своих учеников, но в том, чтобы вести их ко спасению».

В годы Первой мировой войны отец Николай очень помогал беженцам и раненым. Церковный хор Свято-Никольского храма устраивал благотворительные концерты, собирались материальные и финансовые средства для помощи раненым и нуждающимся, создавались летние школы для детей беженцев.

В январе 1916 года протоиерея Николая Романовского назначают председателем Николаевского отделения Комитета по устройству быта беженцев. Он организовывает госпиталь для раненых.

Протоиерей Николай Романовский, живший в  начале XX века, для нас, священников начала XXI века, является примером пастырской ревности в служении. Так, например, в Светлое Христово Воскресение 1922 года он посетил каторжную тюрьму, где заразился сыпным тифом и чуть не умер. Но Господь сохранил Своего угодника.

Отец Николай по завещанию святого первоверховного апостола Павла (см. 1 Тим. 3:4) хорошо управлялся с домом своим. Дом Романовских всегда был полон детей (только своих у отца Николая было восемь). Сюда приходили все – и простые рабочие, и интеллигенция. Редко какого гостя матушка Дарья отпускала из дома, предварительно не усадив его за стол. Всегда с особым трепетом исполнялись духовные песнопения. Певучей была семья отца Николая. И этот молитвенный настрой семьи невольно передавался всем, кто был вхож в этот гостеприимный дом. Прихожане очень любили отца Николая.

Об этой атмосфере любви, царившей в семье Романовских, свидетельствует и тот факт, что после ареста и ссылки батюшки в Казахстан младший сын Виктор уезжает вслед за ним и устраивается прорабом на стройках Новой Караганды, чтобы осуществлять связь между батюшкой Николаем и семьей, а также, чтобы поддерживать духовно и материально арестованных отца и брата.

Начиная с 1917 года, как и для многих священнослужителей Православной Церкви, оставшихся Ей верной, жизнь отца Николая стала восхождением на мученическую Голгофу.

На протяжении многих лет представители ЧК (а потом и НКВД) пугали батюшку вызовами на допросы, угрозами, предупреждениями, требованиями прекратить проповеди, снять с себя послушание настоятеля одного из самых значимых в Николаеве храмов и уйти за штат. Но отец Николай стойко держался в вере. Об этом говорит тот факт, что по улицам он ходил в рясе и даже внешним видом был немой проповедью о Христе.  И никакие угрозы не могли заставить его отречься от пастырского служения.  

В начале тридцатых годов в дверь в очередной раз постучали. На пороге появились сотрудники НКВД с соответствующими документами. Начался обыск, окончившийся арестом батюшки и его сына Антония. После обыска конфисковали имущество. Забрали книги, часть мебели. Вынули даже перину из-под парализованной уже на то время матушки Дарии.

Представ перед пролетарским судом, протоиерей Николай Романовский был обвинен по ст. 54 к. п. 4, 10, 11 УК УССР, приговорен к 8-летнему заключению c конфискацией имущества и направлен в Карлаг (Карагандинский лагерь).

Истинной причиной ареста было лишить Свято-Никольского прихода своего настоятеля, который делал все возможное для того, чтобы храм не закрыли.

Но и лагерь не сломил священномученика. Письма отца Николая свидетельствуют о том, что он глубоко и по-христиански воспринимал скорби, обрушившиеся на его голову. Он понимал, что это его дорога в рай.

Он пишет жене: «35г. Мой Ангел-хранитель на всей многолетней моей трудовой жизни! Что же я могу сказать тебе в своем прощальном послании? Земно тебе кланяюсь и прошу прощения за то, что хотя и против своей воли причинил тебе на склоне лет твоих такое великое горе. Мечтал я о другом, но пути Господни неисповедимы. Не печалься, мой Ангел, и сейчас. Вспомни о том, что многомилостивый Промыслитель даровал нам неоценимое сокровище – добрых чад наших, и теперь ты обладательница этим богатством одна, не грусти обо мне, а порадуйся тому, что Господь сподобил и меня грешного воспринять такой крест мучения. Без ропота несу этот крест с усердной молитвой: накажи здесь, Господи, и помилуй в вечности.

Не горюй о том, что, может быть, здесь мы разлучились уже до конца нашего земного странствия, а моли Бога о том, чтобы он сподобил меня быть в вечности там, где будешь ты, мой кроткий светлый Ангел-хранитель. Моя греховность смущает меня, но я верю в то, что твоя молитва не раз, видимо, охраняющая меня на земле, послужит к моему спокойствию в вечности. Вспоминай почаще меня в молитвах своих, как теперь, во время моих страданий, так особенно, когда вдали от дорогих, близких, закончатся мои страдания. Попроси, если будет возможность, чтобы заочно было отпето мое погребение. В жизни своей утешайся благополучием чад своих. Если силы позволяют, живи у всех понемногу, чтобы не быть никому из них в тягость. Я уверен в том, что дорогие чада наши все возможное сделают, чтобы успокоить твою старость. Горячо молю Всевышнего о твоем и их благополучии, горячо целую тебя, моя дорогая. Прощай и прости! Твой беззаветно любящий заживо погребенный Николай».

В 1937 году арестованному священнику предложили поддержать обновленческий раскол, но он отказался. И 20 ноября 1937 года был расстрелян.

Так закончилось земное странствие верного сына Матери-Церкви. Что же из него мы можем взять для себя?

Почти двадцатилетняя жизнь в страхе с допросами и угрозами, в агрессивной среде воинствующего атеизма, борьба за богослужение и за храм. Далее еще более сильные мучения – лагерь, конфискация имущества, лишение для семьи средств к существованию, наконец, последнее диавольское искушение – отречься от Христа ради сохранения жизни. Все это было с Божьей помощью преодолено и прожито.

И, идя по улицам современного Николаева, вдруг представляешь себе, как он шел по ним в рясе с риском для жизни, оставаясь немой проповедью о Христе в атеистическом страстном угаре, бушевавшем вокруг. Он шел на свой крест и взошел на него, не уронив священнического достоинства, не замутнив в себе чистоты православной веры, вперив внимание своего сердца в Спасителя, Который, быть может, также шел по улицам Иерусалима, бушевавшего ненавистью к Нему.

И на пределе человеческих сил, в океане боли и скорби плоти, и муки душевной, для мучеников открывалось Царствие Небесное. Открывалось реально, фактически, зримо. Вот что их поддерживало, мне кажется, в страданиях. Открытые двери в рай… И приближение к ним сквозь страдания.

Увидим ли мы эти райские сияющие двери, ощутим ли мы красоту Царствия Небесного, которую не выразить словами, но так легко потерять в современной страстно-цветной юдоли земной. Ведь дорога к Нему одна – сохранить в самом себе верность Церкви – Единой, Святой, Соборной и Апостольской,  чистоту Православия, не просто прочитанную и заученную. Но прожитую каждым вздохом-мгновением. Потому что Православие – не только сумма знаний, но прежде всего путь, по которому нужно идти. Как писали отцы, путь бескровного мученичества, где в роли НКВД выступают бесы, а в роли арестов и угроз – собственные страсти да грехи и попадания к ним в плен. Сможем ли мы идти по этой дороге, не декларативно, не по манифесту, но реально, сердцем. Облеченными в наши рясы, в наши царские одеяния, даденные в Таинстве Крещения, идти на личную Голгофу – внутреннюю, где нужно будет распять свои страсти и похоти (см. Послание к галатам святого первоверховного апостола Павла 5:24), распять, чтобы воскреснуть вместе с Господом нашим Иисусом Христом.

Венцы у Бога готовы для каждого из нас, но захотим ли мы их получить?

В чем да поможет нам святой угодник Божий отец Николай Романовский.

Священномучениче отче Николае, моли Бога о нас!

Иерей Андрей Чиженко
 

Теги

Опубликовано: чт, 17/11/2016 - 19:49

Статистика

Всего просмотров 10

Автор(ы) материала

Реклама

Реклама:
Социальные комментарии Cackle