Студенты-японцы в Киевских духовных школах

Казалось бы, чем может привлечь Киевская духовная школа и чужестранное Православие японца-буддиста, японца-синтоиста? Отвечает протоиерей Андрей Ухтомский, кандидат богословия, преподаватель КДАиС.

Япония к. XIX в. Фото Адольфо Форсари

Одной из замечательных страниц миссионерской деятельности Киевских духовных школ является ее связи с Японией в лице японских выпускников «духовной кузни».

Япония «открылась миру» в середине XIX в., после почти 200-летнего затворничества в результате неудачной проповеди иезуитов.

Проповедь христианства в Японии началась в результате торговых связей с католической Западной Европой, с прибытия в 1549 году иезуита Франциска Ксавье. Христианство в Японии развивалось на фоне заинтересованности в привнесенных торговцами европейских передовых достижениях военного искусства и науки, которые для экономически и политически раздробленной страны могли бы послужить объединению государства.

Япония к. XIX в.

Временный успех проповеди христианства привел к полному запрету и санкциям против христиан. «Все большая встревоженность буддийского духовенства и неосторожное поведение католиков, пытавшихся влиять на государственную политику, способствовали формированию у японской элиты предубежденного взгляда по отношению к европейской религии» (Бесстремянная Г.Е. Японская Православная Церковь. История и современность. Сергиев Посад: издательство ТСЛ, 2006, с. 10). Справедливое предубеждение привело к ограничению христианства (с 1585 г.), преследованию христиан (1612 г.) и объявлению христианства вне закона (1622 г.). С 1639 г. по 1868 г. Япония была изолирована от всякого иностранного влияния.

Япония к. XIX в.

Изоляция была следствием несовместимости мировоззрений двух культур. И, тем не менее, с открытием страны, установлением политической связи с Россией Япония принимает христианство — благодаря трудам святителя Николая Японского (проповедовал с 1871 г до смерти в 1912 г.). Святитель стал не только просветителем страны, судьбоносным общественным деятелем, но примером, воплотившим лучшие достижение японской культуры, знанием которой он удивлял самих японцев. Так Православие объединило две страны.

Святитель Николай Японский

Киевская духовная школа была одной из духовных школ Российской империи, дававшей духовное образование не только укорененным в Православии народов (славян, греков, румын), но и таким недавно просвещенным, как японцы, с ее иной верой, языком, культурой. В Киев японские студенты приезжали «для довершения богословского образования», полученного в Миссийской Токийской Духовной Семинарии и возвращались домой укрепленные в православной вере.

Святитель Николай в Токио

Постараемся раскрыть «японскую сторону» жизни Киевских духовных школ на примере ее японских студентов.

Как японские студенты появились в Киевских духовных школах?

Японские студенты в Киевских духовных школах появились после основания и развития Миссии в Японии (конец XIX в.) и открытия в столице Миссийской Токийской Духовной Семинарии, лучшие выпускники которой поступали в Киевскую духовную семинарию (академию).

С первым японским студентом — Симеоном Мии — киевские духовные школы ознакомились с лучшими выпускниками Токийской Духовной Семинарии. Они принимались на казенные средства, иные получали стипендию Священного Синода или имели поддержку от духовных лиц. Ввиду сложности усвоения японцами русского языка, они освобождались от изучения древних языков и все же не были в числе худших студентов. В окончании учебных лет они защищали письменные работы, удостаиваясь звания «кандидата богословия», однако (как и все иностранцы) без прав духовно-учебной службы в пределах Российской империи, не имея Российского подданства и являясь подданными своей родины.

Братский монастырь и духовная академия. Киев к. XIX в.

Японские студенты были «пробным камнем» как для академической корпорации, снисходительно относившейся к ним ввиду их ментального отличия и относительно несвободного владения русским языком, так и для самих студентов, оторванных от далекой родины со своим жизненным укладом.

Климент Намеда задолго до поступления в Киевскую духовную семинарию уже предопределил свой путь — христианская жизнь

Его встречи с Николаем Японским пробудили в нем интерес к России и Русскому Православию; сестра Климента — Вера Намеда, — впоследствии управляла церковным хором в городе Маебаси, откуда, стоит полагать, и сам Климент Намеда.

Климент Намеда (выпускник Киевской семинарии 1893 г.) был третьим студентом, присланным из Японии для обучения в Киевских духовных школах (первыми были Симеон Мии, выпускник 1887 г., и Даниил Кониси, выпускник 1892 г.).

Климент Намеда и Даниил Кониси в течение 1889/1890 учебного года пробыли более 2 месяцев в больнице, вследствие чего Климент не сдал вступительных экзаменов, проходивших с 2 мая по 7 июня 1889 г., и они были отложены для него к началу учебного года.

Япония к. XIX в. Японская Православная Церковь

Японский юноша Климент Намеда становится студентом Киевской академии

Решением Совета Академии от 31 августа 1889 г., Климент Намеда удовлетворительно сдавший приемный экзамен 61-м в числе 62-х (еще 3 не выдержали экзамена), зачислен в число студентов, с предложением «жить на своем содержании, если… не будет отпущена стипендия Священного Синода», впоследствии Климент содержался «на средства Российской духовной Миссии в Японии» с теми же льготами, которые были предоставлены Симеону Мии и Даниилу Кониси, «на основании определения Св. Синода от 11 марта / 5 апреля 1869 года».

Поступив в Академию, Климент Намеда выбрал историческую группу и английский язык, однако просил отказать ему в необходимости изучать древние языки, что и было принято, однако «с применением к нему во время обучения в Академии льгот, указанных в Синодальном постановлении от 11 марта / 5 апреля 1869 года, но без предоставления ему прав духовно-учебной службы в пределах Российской Империи по окончании академического курса...».

Воскресенский храм в Токио, построенный свт. Николаем Японским в к. XIX в. 

Почему японские студенты отказывались изучать древние языки, и как на это реагировали в КДА

Отказ иностранных студентов, в частности японцев, изучать древние языки привели к определенной реакции как со стороны руководителя Русской Духовной Миссии в Японии, так и Священного Синода. На заседании Совета Академии от 21 марта 1890 г. было заслушано: «Сданный Высокопреосвященнейшим Платоном Митрополитом Киевским и Галицким 16 Февраля 1890 года в Совет Академии для надлежащего распоряжения указ Св. Синода от 7 того же февраля за № 472: «По указу Его Императорского Величества, Святейший Правительствующий Синод слушали представление Преосвященного Николая, Епископа Ревельского, Начальника Российской духовной миссии в Японии, от 8 декабря 1889 года, в коем ходатайствует об освобождении воспитанников тамошней миссийской семинарии, посылаемых в русские духовные академии для усовершенствования в богословских науках, от изучения в академиях классических языков, с сохранением за такими воспитанниками права на получение ученых академических степеней, если они будут заслуживать сих степеней успехами по другим предметам и сочинениями».

Заслушав сообщение Совет постановил: «Принимая во внимание, что воспитанники Японской миссионерской семинарии посылаются в русские духовные академии собственно для усовершенствования в богословских науках и что изучение ими в академиях древних языков, не введенных еще в программу преподавания в миссийской семинарии, не может не сопровождаться ущербом для занятий их в означенных науках, Святейший Синод определяет: предоставить Советам духовных академий не требовать от воспитанников японцев обязательного изучения древних языков, не отказывая однако им в ученых богословских степенях, если они своими усиехами по другим предметам и сочинениями будут заслуживать сих степеней, но с тем, чтобы таковым воспитанникам, по окончании ими академического курса, не было предоставляемо право службы в пределах Российской Империи, наравне с лицами, получившими ученые богословские степени на основании действующего устава духовных академий... Постановлено: Принять к руководству и исполнению в потребных случаях».

Изучение древних языков иностранцами действительно затруднено. Из протоколов Совета Академии видно, что Климент Намеда не выдержал экзамена по еврейскому языку и поэтому Совет постановил перевести его на II курс «за выполнением всех требований пройденных наук».

Япония к. XIX в.

Климент Намеда — выпускник, или Как японские православные студенты защищали кандидатские

В окончании III курса обучения Климент Намеда выбрал следующую тему выпускного кандидатского сочинения: «Учение ап. Павла о лице Иисуса Христа и совершенном Им деле спасения людей», которое он, как и остальные выпускники, должен предоставить к 10 апреля 1893 г. Кроме сочинения, Климент Намеда и другие выпускники IV курса, согласно №125 Устава, предоставил одну проповедь в разные сроки, «назначенные особым расписанием».

Сочинение Климента Намеда имело 2 отзыва: доцента Ф. Орнатского и экстраординарного профессора Митрофана Ястребова.

«а) доцента Ф. Орнатского:

«Учение ап. Павла о лице И. Христа и совершенном Им деле спасения автор рассматривает в связи с учением того же апостола о грехе и следствиях его. Учение о грехе и его следствиях излагается в первой главе сочинения, причем автор наиболее останавливается на учении апостола о греховности иудеев и язычников, «как фактическом оправдании (общего) учения о грехе и его следствиях», и указывает вместе с тем и то значение, какое в нравственной жизни людей (особенно язычников) имеет, по апостолу, закон совести, а для иудеев закон Моисея. В той же главе кратко отмечаются и те выводы, какие вытекали из греховного состояния ветхозаветного человечества, это — на стороне людей сознание необходимости искупления свыше, а со стороны Бога — принятие Им на Себя дела спасения людей, каковое дело, быв предопределено еще в предвечном совете Божием и предвозвещено в обетованиях, данных Аврааму и другим ветхозаветным праведникам, действительно было совершено Христом-Спасителем. Учение апостола о лице самого Спасителя и Его Божеской и человеческой природах и о соединении в Нем обеих природ (или о Богочеловеческом достоинстве Его) и наконец о совершении Им дела спасения греховного человечества, образе совершения его и сущности излагаются во второй и третьей главах. В заключении сделано несколько кратких замечаний о тождестве вышеизложенного учения ап. Павла с учением о том же предмете Евангелий и писаний других апостолов.

Способ изложения апостольского учения у автора такой же, какой обычно употребляется в догматических системах. Сначала высказывается общее положение или истина и затем в подтверждение ее приводится ряд цитат из апостольских посланий, причем в обяснение цитат в их контексте автор большей частью не входит. При таком способе изложения сочинение автора получило вид стройного систематического труда, хотя и недостаточно глубоко проникающего в исследуемый предмет. Литературная обработка сочинения очень тщательна и может быть поставлена в особую заслугу автору, как иностранцу, если только в этом деле не принимали участия сторонние руки. Во всяком случае сочинение г. Намеды я нахожу достаточно удовлетворительным».

Япония. Православный храм. Наши дни

б) экстраорд. профессора М. Ястребова: «По содержанию данной темы автору рекомендовалось мною и ожидалось от него положительное раскрытие учения ап. Павла, на основании непосредственного изучения его посланий без всяких полемических уклонений в сторону богословских воззрений критико-рационалистической школы запада. Так автор и сделал.

Все, входящие в содержание темы, главные и частные мысли раскрыты с надлежащей полнотой, на основании добросовестного изучения посланий ап. Павла, и изложены литературно-богословским языком, даже и для неиностранца выработанным и складным. В качестве кандидатской диссертации сочинение автора удовлетворительно».

Оправдали ли ожидания свт. Николая Японского японские студенты-выпускники КДА?

Климент Намеда, как и два его предшественника, окончил академию, и за не изучением древних языков Совет Академии от 14 июня 1893 г. принял «на основании указа Святейшего Синода от 30 ноября 1889 г. за № 4645, удостоить степени кандидата богословия без прав духовно-учебной службы в пределах Российской Империи», последнее по причине отсутствия российского гражданства и по причинам нахождения в границах Российской Империи только как студента.

Климент Намеда окончил КДА со степенью кандидата богословия в 1889 г. «последним» по списку кандидатом богословия (48-м из 53 студентов).

Япония, наши дни. Таинство Венчания

Возвратившись на родину, Климент Намеда недолго был преподавателем Священной Истории. Он умер от чахотки, о чем святитель Николай в своих Дневниках 1895 г. замечает, так: «по Священной Истории отвечали плохо; преподавал, покойник ныне, Климент Намеда и после него Петр Исигаме — плохо занимались своим делом, а предмет такой простой и интересный». Вот оно: «De mortuis aut bene, aut nihil» (О мертвых или хорошо, или ничего). Мать его умерла, пережив обоих детей в 1909 г. На могиле Климента Намеда несколько лет служилась панихида в день его упокоения. «После обеда учителя-академисты и все ученики ходили на кладбище отслужить панихиду по учителю-академисте Клименте Намеда, умершем в прошлом году в этот день».

Литература:

Запись в дневнике 8/ 21 июня 1881. Пятница. В Маебаси. Вечера 10 1\2 час. // Дневники святого Николая Японского в пяти томах. / Сост. Накамура К. СПб: Гиперион. 2004. Т. II.

Петров Н. Отчет о состоянии Киевской Духовной Академии за 1889/1890 учебный год // ТКДА 1890 ноябрь.

Петров Н. Протокол заседания Совета Киевской Академии 31 августа 1889 г. // ТКДА 1890 декабрь.

 

Петров Н. Протокол заседания Совета Киевской Академии 31 августа 1889 г. // ТКДА 1891 январь.

Петров Н. Протокол заседания Совета Киевской Академии 5 сентября 1889 г. // ТКДА 1891 декабрь.

Петров Н. Протокол заседания Совета Киевской Академии 5 декабря 1889 г. // ТКДА 1891 март.

Петров Н. Протокол заседания Совета Киевской Академии 21 марта 1890 г. // ТКДА 1891 июнь.

Петров Н. Отчет о состоянии Киевской Духовной Академии за 1892/1893 учебный год // ТКДА 1893 декабрь.

Петров Н. Извлечение из Протоколов Совета Киевской Духовной Академии 10 июня 1892 г. // ТКДА 1893 декабрь сс.205–207.

 

Петров Н. Извлечение из Протоколов Совета Киевской Духовной Академии 14 июня 1893 г. // ТКДА 1894 февраль с. 312.

Запись в дневнике 26 марта / 6 апреля 1900 г. Воскресенье 5-й недели Великого Поста. // Дневники святого Николая Японского в пяти томах. / Сост. Накамура К. СПб: Гиперион. 2004. Т. IV. С. 228.

Запись в дневнике 15/ 27 июня 1895 г. Четверг. // Дневники святого Николая Японского в пяти томах. / Сост. Накамура К. СПб: Гиперион. 2004. Т. III. С. 113.

Запись в дневнике 26 ноября / 9 декабря 1909. Четверг. // Дневники святого Николая Японского в пяти томах. / Сост. Накамура К. СПб: Гиперион. 2004. Т. V. С. 604.

Опубликовано: ср, 01/07/2015 - 11:03

Статистика

Всего просмотров 325

Автор(ы) материала

Социальные комментарии Cackle