Мороз и святой источник, – история про очень необычное 31 декабря

ФОМА

Протоиерей Алексий Кульберг, первый помощник Правящего архиерея Екатеринбургской митрополии, настоятель Вознесенского Архиерейского подворья (г.Екатеринбург).

 

Однажды 31 декабря со мной произошел необычный случай.

Это был, наверное, мой первый рождественский пост в сознательной христианской жизни. Тогда я только познакомился с церковной жизнью, с прихожанами храма, в который стал ходить, узнал, что такое пост. В конце декабря я обсуждал со своими верующими друзьями, как они будут проводить 1 января. Не хотелось в той чистоте, в которой мы провели пост, погружаться в новогоднюю суету. И тогда мы решили с одной молодой семьей (муж, жена и ребенок) отправиться в паломничество и встретить Новый год и рождественский сочельник в святом месте. Пунктом нашего путешествия мы выбрали Серафимо-Дивеевский женский монастырь.

30 декабря мы сели на поезд и приехали в Дивеево. Это сейчас туда можно приехать и на машине, и на автобусе, разместиться в теплой уютной гостинице. А тогда монастырь только начал возрождаться, и условия были очень и очень спартанские. Мы побывали на службах, исповедовались, причастились. Но нам очень хотелось съездить на источник преподобного Серафима Саровского, который находился не на территории монастыря, а примерно в 20 километров. Источник называется Сатис.

А по молодости время считать не умеешь… 31 декабря мы сходили на службу, на трапезу, погуляли, собрались и поехали. Но мы не учли, что зимой быстро темнеет, автобусы ходят нечасто. А путь предстоял неблизкий: 20 километров на автобусе и 5 – еще пешком. На улице было больше 20 градусов мороза. И вот, трое веселых молодых людей с двухлетним ребенком на руках собрались в путь. Когда мы доехали, солнце уже село, но, благо, выглянула большая луна и осветила нашу дорогу. Она была настолько яркой, что можно было даже читать книжку. И так мы шли и читали акафист преподобному Серафиму. Дорога шла через лес. Мы идем, все больше темнеет, мороз крепчает…

И мы понимаем, что, наверное, нужно было еще вчера подумать, зачем нам так нужно было на источник. Пройдем пять километров, искупаемся в ледяной воде и пойдем еще пять километров обратно по этому морозу? Но обратного пути уже нет… В итоге добрались до источника, он был еще совсем не благоустроенным, как сегодня, все было по-домашнему: небольшая купаленка, небольшие сходни. Людей – никого. Казалось бы, пришли, и что дальше?

Но та вера, которую Господь дает в начале христианского пути, говорит нам: «надо». Кто купался при температуре минус 25 градусов, тот знает эти ощущения. Зуб на зуб не попадает, а на душе – такая радость и утешение, что преодолели свое малодушие, потрудились ради Христа, а не ради своего самолюбия (не перед кем было его выказывать). Когда я погружался в первый раз, у меня порвалась цепочка и упал крестик, а когда погружался уже в третий раз, задел ногой по дну и крестик нашел.

Собрались в обратный путь. Когда мы планировали это путешествие, сестры монастыря попросили нас, чтобы мы зашли на скит недалеко от источника и занесли какую-то передачу. На пути к источнику мы об этом пакете не думали, а после погружения он стал для нас настоящей палочкой-выручалочкой, пропуском в каком-то иной мир, ведь было холодно идти с мокрой головой. Полотенце, которое мы брали с собой, превратилось в кусок льда. И понимание, что под благовидным предлогом мы сможем попасть в тепло, нас очень согревало. Потихоньку к нам начинало приходить некоторое отрезвение посленеофитского легкомыслия: нужно идти мокрыми по холоду до остановки, неизвестно когда будет автобус, и будет ли вообще.

Дошли до скита, сестра пригласила в избу. А жили несколько насельниц в одной комнате, тут же у них был молельный уголочек, аналой, в другом краю комнаты — козочки, куры на насесте. Видите как — помещение одно, а всем хочется в тепло, на мороз никого не выгонишь, жалко. Нас тепло встретили, предложили чаю. Чай оказался со вкусом куриного помета, но более вкусного чая в своей жизни мне пить не доводилось. Их условия меня, как городского жителя, очень удивляли. Я-то зашел на 15 минут, а они так всю зиму живут: с курочками, с козочками, и все в молитве и в трудах. Все у них очень бедно, но зато опрятно, чисто и хорошо. И этот чай со вкусом куриного помета согрел меня до кончиков рук и ног, и при этом согрел не только тело, но и душу.

Мы успели вовремя на автобус, вернулись в Дивеево, а потом в Москву. Новый год прошел мимо нас. Но на всю жизнь сохранились эти яркие воспоминания о чистой морозной ночи, щемящем душу и тело источнике на Сатисе и чае с привкусом помета, но при этом с большой христианской любовью и теплотою. Такой Новый год в моей жизни были самыми запоминающимися.

С тех пор Новый год я встречал по-разному. Бывало, я проводил эту ночь в совершении Литургии. Мы закрывали храм, и ровно в полночь начиналась служба. За окном взрывались снаряды, петарды, стоял грохот, а люди, собравшиеся в храме, напоминали обитателей Ноева ковчега. Мы молились за родных и близких, за страну, просили Божьего благословения на будущий год. Атмосфера ночной службы напоминала атмосферу богослужений первых христиан.

Бывало, что Новый год я проводил в кругу семьи, с родителями. Для нас было очень важно собраться всем вместе. А бывало, что Новый год я встречал в дороге, когда по долгу службы надо быть там, где тебя не было. В детстве такая перспектива меня бы расстроила, а теперь уже нет. Я считаю, что хорошо, когда есть место не штампам, а творчеству и созидательным попыткам услышать Бога и ответить Ему.

Беседовала Новосельцева Евгения

священник Алексей Кульберг

Опубликовано: вт, 31/12/2019 - 18:45

Статистика

Всего просмотров 235

Автор(ы) материала

Реклама

Реклама:
Социальные комментарии Cackle