«Люди большой веры еще в детстве зажгли во мне свечу любви к Церкви Христовой, которая, слава Богу, горит и сегодня» — митрополит Антоний (Паканич)

Интервью по случаю Дня Ангела и 50-юбилея Высокопреосвященнейшего Антония, митрополита Бориспольского и Броварского.

— Владыка, приближается Ваш юбилей — 50-летие. С какими мыслями и чувствами Вы встречаете его? И скажите, когда и в каком возрасте Вы решили стать священником, и каковым виделось Ваше служение? Покойный Блаженнейший митрополит Владимир мечтал стать сельским священником, жить и служить в сельской местности в тишине природы, а стал Предстоятелем с мировой известностью. А как у Вас складывались планы? Или Вы предоставили все Промыслу Божьему?

— Скажу по правде, особенно не акцентирую свое внимание на этой дате. Понимаю, что достиг серьезного рубежа жизненного пути и благодарю Бога за все, что было в моей жизни, за то, что я могу служить Ему в священном сане. Очень благодарен родителям, глубоко верующим, которые дали мне не только жизнь, но и христианское воспитание.

— Кто больше — мама или отец?

— Мама в основном находилась дома, отец большей частью пребывал на сезонных работах. Я благодарен всем людям, с которыми меня свел Господь в детское время, прежде всего — насельницам Чумалевского Свято-Вознесенского женского монастыря, духовникам-священникам, которые там служили. Монастырь находится непосредственно в нашем селе Чумалёво Тячевского района, на Закарпатье, на краю села. Так сложилось, что наша семья на Богослужения ходила не в приходской сельский храм, а непосредственно в монастырь, в атмосфере которого происходило мое духовное возрастание. Образ жизни этих людей еще в детском возрасте побудил желание служить Церкви, они зажгли во мне маленькую свечу веры и любви к Церкви Христовой, которая, слава Богу, горит и сегодня. Где-то в пятом классе я уже твердо понял, что хочу быть именно священником. Также благодарен всем людям, с которыми меня свел Господь в дальнейшем — и в семинарии, и в академии, во время службы в армии.

— В каких войсках вы служили?

— В войсках противовоздушной обороны. Служба проходила в Сибири. Там я почувствовал, что такое сибирские морозы, увидел прекрасную тамошнюю природу, необыкновенный климат, общался с местными людьми — очень простыми, открытыми. Все жизненные встречи для человека имеют свое жизненное и духовное значение.

И сегодня благодарен своим помощникам и в Киевской духовной академии и семинарии, в митрополии, где несу послушание управделами, и в Бориспольской епархии, которая мне вручена для управления, всем, кто помогает мне нести свое служение.

— Служение архиерея должно подкрепляться, как говорят в миру, командой людей? Ведь невозможно самому охватить все сферы ответственности?

— Безусловно. Для каждого руководителя, может быть, самое важное — подбор помощников. Если даю задание, знаю, что оно будет выполнено с должным результатом, поскольку доверяю своим помощникам, знаю их возможности и способности, их чувство ответственности. И это правильно. Должно быть доверие. В Церкви трудятся люди верующие, и выполнение своих послушаний, в том числе и в руководстве — это часть нашего пути к Богу, слагаемые нашего спасения во Христе. Это и самоочищение, преображение и все, что предполагает наше личное спасение. При этом для верующего человека выполнение любых трудов сопровождается ощущением присутствия в их жизни Бога. И вот это присутствие Господа в жизни человека, наверное, дается как самое большое счастье.

— Ваше Высокопреосвященство, Вы несете ответственные церковные обязанности, как правящий архиерей, ректор Киевских духовных школ, Управляющий делами УПЦ и др. Ответственность архиерея, высокие послушания — что самое главное с духовной точки зрения в их исполнении?

— Каждому христианину нужно оценивать свою жизнь, как путь к Вечности. Очень важно для нас не быть двойственными. Мы, к сожалению, христианами являемся только тогда, когда, посещаем храм, участвуем в Богослужениях, церковных таинствах. А уже на работе, в быту, вне церкви часто забываем, что мы христиане, подстраивая себя под социум, который не всегда разделяет христианские убеждения. Я отношусь к своим послушаниям, как к обязанностям, которые на меня возложил Господь, и чрез которые я надеюсь дать достойный ответ пред Господом. Чем бы я ни занимался, всегда стараюсь быть верующим человеком, и относится к людям по-христиански. В этом состоит основной мотив в отношении ко всему, чем я занимаюсь.

— В миру есть такое понятие — «искушение властью». Приемлемо ли оно к высоким должностям в Церкви? Что Вы думаете на этот счет, какие опасности на пути архиерейского служения?

— Господь попускает искушения людям, независимо от занимаемой должности, ранга, статуса. Все мы люди. Каждый несет свой крест, каждый искушается, как говорит Священное Писание, от плоти, от дьявола, от мира. Эти искушения все проходят. Но одно из самых непростых глубинных искушений и в Церкви — это искушение властью. Не случайно в древних правилах сказано, что священником человек может стать не ранее 30-ти лет. Потому, что к этому возрасту человек уже имеет опыт противостоять искушениям. Потому что, если молодому человеку предоставить широкие властные полномочия, он не в силах будет исполнять их достойно. Также и в обществе. Когда человек в результате каких-то сложившихся обстоятельств в одночасье получает власть, большие деньги, не будучи готовым к этому, он не в состоянии понять, что власть — это не привилегия, а служение, служение людям, обществу. И в такой ситуации он может совершать грубые ошибки, вредить в первую очередь своей душе и тем обязанностям, которые он на себя сам возложил. Поэтому не случайно в великопостной молитве преп. Ефрема Сирина говорится, чтоб Господь сохранил от властолюбия, любоначалия — «змеи сокрытой сей», как назвал это качество поэт Пушкин в известном стихотворении «Отцы пустынники и жены непорочны». Стремление властвовать над другими очень опасно, особенно для священника. Идеалом в исполнении заповедей является Сам Христос, и мы должны всегда сравнивать и смотреть на другого человека через призму евангельского Христа. Тогда все сохраняется на своих местах. И власть, и безвластие, и слава и бесславие могут служить той почвой, благодаря которой каждый из нас может себя преобразить, очистить и быть достойным служителем. Причем всегда нужно помнить, что власть внешняя — это одно, власть духовная для священника — это более глубокое испытание. Представим, к священнику, которого рукоположили в 20-25 лет, приходят люди, прошедшие сложную жизнь, имеющие большой жизненный опыт, — одним словом уже состоявшиеся личности. Они просят ответить на тот или иной вопрос — это большое испытание для такого священника. Он должен осознавать, что говорит от себя, по человеческому разумению, или в силу той власти, которая дана ему через церковную молитву. Если у служителя церкви еще нет опыта духовной жизни, нет духовного руководителя, нет правильного осознания власти, которую он получил — очень сложно разобраться, насколько правилен его ответ с духовной точки зрения, не станет ли он некой стеной между Богом и человеком. Священник должен приводить человека к Богу, а не к себе. Если он начинает человека подчинять себе, появляется некая авторитарность, и возникает проблема, прежде всего, у самого священника и у тех прихожан, которых он призван окормлять. Паства, слушая настоятеля, подчиняется не личной власти священника, а духовным полномочиям, которые Господь дал при его рукоположении.

— Если священник не может дать правильный ответ, вправе ли он сказать об этом человеку, задающему серьезный жизненный вопрос, и посоветоваться на этот счет с более опытным священником? Такая практика допустима?

— Она не только допустима, но и обязательна. Например, у нас в Духовной академии, когда молодой рукоположенный священник получает благословение идти на исповедь, то при этом на богослужении присутствует опытный священник. Если молодому батюшке задают вопрос, на который он не может ответить, он может подойти и посоветоваться с духовно опытным пастырем и ответить потом вопрошающему. Это очень важно: заботиться не о своем авторитете, имидже, а о том, чтобы помочь человеку в спасении его души. Священнослужитель не должен воспринимать себя неким оракулом, который изрекает некие декларации, но должен быть сострадательным советчиком. А выбор уже делает сам человек, потому что за свою жизнь мы отвечаем сами. Священник не должен создавать такие условия, чтобы люди на него перекладывали ответственность за свою жизнь, за принятие тех или иных решений.

— Скажите, владыка, может ли архиерей выступать от лица всей полноты Церкви? Насколько это правомерно?

— Каждый архиерей при рукоположении должен руководствоваться Уставом Церкви. От имени Церкви может выступать только собор епископов, Священный Синод, в принятии тех или других решений, заявлений, и Предстоятель. Архиерей может высказываться по различным вопросам, выражая при этом свое частное мнение, но выступать от имени Церкви ни молодой архиерей, ни архиерей со стажем служения, от имени полноты Церкви выступать не может.

— За истекший период с 2014 года филаретовцы с поддержкой радикальных течений типа «Правого сектора» осуществили более 40 захватов православных храмов. В связи с этим было сделано множество Заявлений и Обращений УПЦ в лице Предстоятеля, проводились круглые столы и пресс-конференции. Каковы результаты со стороны властей предержащих?

— Реакция на заявления Церкви была разная. Но в целом на сегодняшний день можно сказать, что по сравнению с агрессивностью некоторых политических сил, которая наблюдалась несколько лет назад, ситуация изменилась в лучшую сторону. Общими усилиями, в том числе и государства, удалось несколько минимизировать эту проблематику. Вопрос в чем? Определенные силы пытаются политизировать церковные вопросы, религиозную жизнь людей. Хотя, согласно Конституции, Церковь отделена от государства, поэтому каждый человек, занимающий тот или иной пост, будучи приверженцем тех или иных политических идей, должен, прежде всего заботиться о своем народе, независимо от того, к какой конфессии принадлежат люди, верующие они или неверующие, но заботиться об их благе, а не вмешиваться в церковную жизнь. Жизненный опыт на протяжении всей истории свидетельствует, когда власть пыталась управлять церковной, религиозной жизнью, то ничего хорошо не получалось. Возникал общественный кризис. У Церкви и государства общие задачи — заботиться о народе. В этом направлении мы обязаны быть партнерами, но, подчеркну — равноправными партнерами. Церковь заботится о душе народа, о душе каждого отдельного человека, государство должно заботиться о материальном обеспечении народа, чтобы жизнь была достойной. На мой взгляд, если мы будем заниматься своими сферами ответственности, не мешая, не выискивая надуманные обвинения, а дополняя, помогая друг другу, то такой синтез быстро даст очень хорошие плоды, которые мы ощутим на себе в ближайшее время. Есть направления в жизни Церкви, в которых государство может помочь. Но что касается устройства Церкви, духовной ее жизни, веры, то, конечно, державные структуры ни под каким видом вмешиваться не должны.

— Как Вы восприняли в свое время наречение при постриге имени в честь преподобного Антония Печерского?

— Обычно человеку, принимающему монашество, не сообщают в честь кого он будет наречен. Об имени преподобного Антония я не думал. Когда меня постригали в Троицком соборе Троицко-Сергиевой лавры, где пребывает рака с мощами преп. Сергия, со мной постригали в монашество и одного преподавателя, которому дали имя Никона в честь преподобного Никона Радонежского. И у меня промелькнула надежда, а это был очень краткий промежуток времени, что, возможно, назовут в честь преподобного Сергия. Но владыка Филарет, ректор Московских духовных школ, неожиданно назвал имя преподобного Антония. Очевидно, уже тогда было предопределено, что будущая моя жизнь будет связана с Киево-Печерской лаврой, которую основал преподобный Антоний. Но что еще удивительно, и я уже об этом рассказывал в интервью, первой духовной книгой, которую я прочитал глубоко осознанно, была книга «Киево-Печерский патерик». Мне очень ярко запомнились эти образы преподобных Печерских. И когда, в 1989 году, юношей приехал в Киево-Печерскую лавру, прикладывался к мощам, передо мной открывались образы преподобных, хранившиеся в памяти. Поэтому я благодарен Богу за то, что Он вручил меня преподобному Антонию. За то, что уже 15 лет несу послушания в Киево-Печерской лавре, имею возможность каждый день ступать по земле, пропитанной его молитвами, потом и кровью его сподвижников на протяжении многих столетий, и каждый день могу обращаться к своему Небесному Покровителю с молитвой и просьбой о помощи.

Беседовал Сергей Герук

Сайт Киевской Митрополии

Опубликовано: пн, 24/07/2017 - 11:34

Статистика

Всего просмотров 42

Автор(ы) материала

Реклама

Реклама:
Социальные комментарии Cackle