Языки

  • Русский
  • Українська

Камень веры священномученика Петра, митрополита Крутицкого

Содержимое

Имя Петр, которым назвал апостола Симона Господь наш Иисус Христос, в переводе с греческого языка обозначает «камень».

Конечно, Господь прозревал в этом вифсаидском рыбаке ту твердую веру, подобную монолитному камню, и пламенную любовь к Богу, позволившие стать святому Петру одним из главных первоверховных апостолов.

Думается, что как нельзя лучше это имя подходит и еще одному человеку – священномученику Петру, митрополиту Крутицкому, имевшему очень большое значение в истории Русской Православной Церкви XX века.

И, наверное, недаром он вместе со Святейшим Патриархом Московским и всея Руси Тихоном, священномучеником Владимиром, митрополитом Киевским и Галицийским, и священномучеником Вениамином, митрополитом Петроградским и Гдовским, возглавляет Собор новомучеников и исповедников Российских.

Будущий святой родился в благочестивой семье приходского священника 28 июня 1862 года в селе Сторожевом Коротоякского уезда Воронежской епархии. В миру его звали Петр Федорович Полянский.

С самого рождения жизнь Петра была связана с Церковью. В 1885 году он по первому разряду окончил полный курс Воронежской духовной семинарии и был направлен псаломщиком при храме в село Девицы родного ему уезда. Два года спустя он поступает в Московскую духовную академию. По воспоминаниям его сокурсника митрополита Евлогия, во время учебы Петя отличался благодушием, покладистостью, доброжелательностью. Академию он окончил очень хорошо. Получил степень кандидата богословия и был оставлен при Академии помощником инспектора.

С этого времени его дальнейшая жизнь проходит на послушаниях при различных духовных учебных заведениях. Это Звенигородское и Жировицкое духовные училища. В последнем он исполнял Указом Святейшего Синода должность смотрителя. Будущий святитель привел Жировицкое училище, по отзыву ревизора Нечаева, в блестящее состояние. За усердную и плодотворную службу он был в 1899 году удостоен ордена Св. Станислава 3-й степени, а в 1903 г. пожалован тем же орденом 2-й степени.

Не оставлял Петр Федорович и научную деятельность. Работал над магистерской диссертацией на тему «Первое послание св. Апостола Павла к Тимофею. Опыт историко-экзегетического исследования», которую успешно защитил в 1897 году.

В 1906 году он был переведен в Петербург на должность младшего помощника правителя дел Учебного Комитета при Святейшем Синоде; впоследствии стал членом Учебного Комитета, исполняя главным образом обязанности ревизора духовных учебных заведений. При переводе из Жировиц в Петербург священномученик Петр обнаружил подлинно христианское бессребренничество: жалование его убавилось в два с половиной раза; он лишился казенной квартиры, какую имел при училище. И это его новое недостаточное жалование оставалось неизменным вплоть до 1915 года, когда он уже был высокопоставленным чиновником, имея чин действительного советника.

Здесь, в Петербурге, он подружился с архиепископом Литовским Тихоном (Белавиным) – будущим святителем и Патриархом Московским и всея Руси.

Это знакомство становится поворотным моментом в жизни Петра Полянского.

В 1917 году начинается революция, надолго ввергнувшая страну в смуту и хаос. Но параллельно с ней происходит и огромное по значимости событие в жизни Русской Православной Церкви – Поместный Собор. На нем впервые за несколько столетий был избран Патриарх Московский и всея Руси. Промыслом Божьим им становится святитель Тихон. Он, конечно, понимал, какую пользу может принести Церкви Петр Федорович со своим богатейшим опытом управления, глубокой верой и обширными знаниями. В 1920 году святитель Тихон предлагает Полянскому принять постриг, священство и епископство и стать ему помощником в делах церковного управления. Вот как об этом писал брату и родным будущий священномученик: «Я не могу отказаться. Если я откажусь, то я буду предателем Церкви, но когда соглашусь, я знаю, я подпишу сам себе смертный приговор».

В 58 лет от руки будущего Патриарха – нынешнего митрополита Сергия (Страгородского) – он принимает монашеский постриг и благодать священства, а его хиротонию во епископа возглавляет святитель Тихон, Патриарх Московский и всея Руси.

Владыку Петра арестовывают сразу после хиротонии и ссылают в Великий Устюг. После освобождения Патриарха Тихона из тюрьмы выводят из заключения многих архиереев, в том числе и епископа Петра (Полянского). Вскоре его возводят в сан архиепископа, потом митрополита Крутицкого. Он был введен в состав Временного Патриаршего Синода. Владыка Петр всегда стоял на защите канонического Православия. Он очень много сделал для того, чтобы был невозможен компромисс с раскольниками-обновленцами и стоявшими за ними «чекистами», желающими одного – уничтожения РПЦ.

В 1925 году после кончины святителя Тихона по оставленном им духовному завещанию митрополит Петр становится Местоблюстителем Патриаршего Престола. У кормила высшей церковной власти он показывает себя ревностным защитником чистоты Православия, ни под каким видом не соглашаясь на сотрудничество с раскольниками. Между тем он продолжал помогать многим архиереям и священникам, верующим, находящимся в местах лишения свободы.

И благодать Божья не покидала его. Тому были дивные подтверждения…

…30 августа (12 сентября) 1925 г. на престольный праздник Патриарший Местоблюститель служил в Троицком соборе монастыря, где покоились мощи благоверного князя Даниила Московского. Монастырь был заполнен молящимся народом. Путь к раке со святыми мощами устилал ковер из живых цветов. Войдя в храм, митрополит Петр прошел к мощам святого и благоговейно приложился к ним. Некоторые монахи видели, что, когда он пошел к солее, над мощами образовалось как бы облако, в котором возник образ святого князя Даниила; и во все время, пока митрополит шел к алтарю, образ этот сопровождал его…

9 декабря 1925 года будущий священномученик был снова арестован. На этот раз навсегда. Предчувствуя свое восхождение на Голгофу, он пишет духовное завещание, из которого следует, что в случае его ареста Местоблюстителем Патриаршего Престола становится митрополит Сергий (Страгородский).

Вот выдержки из завещания Владыки Петра:

«Опасаюсь одного: ошибок, опущений и невольных несправедливостей, вот что пугает меня. Ответственность своего долга глубоко сознаю. Это потребно в каждом деле, но в нашем пастырском особенно. Не будет ни энергии, ни евангельской любви, ни терпения в служении, если у пастырей не будет сознания долга. А при нем приставникам винограда Господня можно только утешаться, радоваться… Вас же прошу исполнять с любовью, как послушных детей, все правила, постановления и распоряжения Церкви… Уставы и правила ее многие считают произвольными, лишними, обремененными и даже отжившими. Но мудрецы все при всей своей самоуверенности не изобрели средств укрепить нашу волю в добре, дать человеку почувствовать сладость духовной свободы от страстей, мира совести и торжества победы в борьбе со злом, как это делают труды и подвиги, предписываемые уставами Церкви».

Цитата из допроса Местоблюстителя…

Следователь: «А возможно ли признание Церковью справедливости социальной революции?»

Ответ митрополита Петра: «Нет, невозможно. Социальная революция строится на крови и братоубийстве, чего Церковь признать не может…»

В общей сложности Владыка был в заключении почти двадцать лет. Очевидно, что убивать его было органам ЧК и ГПУ невыгодно. Они каким-то образом хотели включить его положение в план по разрушению Церкви. Но у них ничего не вышло. Архиерея Божия они не сломили.

Его отправили в поселок Хэ, который находился за Полярным кругом. Там, лишенный всякой медицинской помощи, уже тяжело больной, он был обречен на медленное умирание. Здоровье святителя становилось все хуже; он с трудом переносил лютый северный климат, особенно в зимние месяцы в связи с полярной ночью.

Каким-то чудесным образом письма, написанные им в заключении, просачивались на волю и поддерживали, укрепляли архипастырей и пастырей в своем служении Церкви.

В начале 30-х его переводят в Екатеринбургскую тюрьму, где 69-летний архиерей мучится от приступов астмы. От духоты тюремной камеры часто случались обмороки, во время которых узник часами лежал на холодном тюремном полу. Спустя некоторое время его парализовало; отнялись правая рука и нога. Рука впоследствии поправилась, а нога так окончательно и не выздоровела, что вызывало затруднения при ходьбе.

Но ему лишь ужесточили режим. Владыку не выпускали из одиночной камеры. Заменили ночные прогулки в общем дворе на прогулки в прохожем дворике, подобном сырому погребу, на дне которого постоянно скапливалась вода, а воздух был наполнен испарениями отхожих мест. Когда заточенный митрополит впервые увидел ночью свое новое место прогулки, ему стало дурно; он едва смог добраться до камеры и не сразу потом пришел в себя.

2 октября 1937 года тройка НКВД по Челябинской области приговорила митрополита Петра к расстрелу. Священномученик Петр был расстрелян 27 сентября (10 октября) в 4 часа дня, увенчав свой исповеднический подвиг пролитием мученической крови за Христа и Церковь. Место погребения священномученика Петра остается неизвестным.

Воистину он оказался тем евангельским камнем, на котором созидалась Церковь Христова, благодаря которому Она с Божьей помощью выстояла в годы лютых гонений.

Дни общецерковного поминовения священномученика Петра, митрополита Крутицкого: в день памяти Собора новомучеников и исповедников Российских; 10 октября по н. ст. и 18 октября по н. ст. в день памяти Собора Московских святителей.

Священномучениче Петре, моли Бога о нас!

Автор: иерей Андрей Чиженко

Опубликовано: вс, 05/02/2017 - 15:01

Статистика

Всего просмотров 100

Автор(ы) материала

Реклама

Реклама:
Социальные комментарии Cackle