Языки

  • Русский
  • Українська

Как «свечная вера» победила духовность 80-го уровня

Я коренная сибирячка, живу в Красноярске. Замужем, воспитываю двоих детей, работаю журналистом в городской газете, публикуюсь в местных и общероссийских СМИ. Много лет я была активной прихожанкой общины неопятидесятников-харизматов. По молитвам друзей мне постепенно открылась истинность православной веры. В 2009 году, после покаяния, я вернулась в храм.

В неопротестантскую общину я попала в 90-е. В то время я была домохозяйкой и растила дочь, муж занимался бизнесом. Я только начинала ходить в православный храм на службы, исповедовалась и причащалась. На службах в окружении ликов святых ощущала благодатную атмосферу, отступали страхи и тревоги. Умом я понимала, что вера в Господа Иисуса Христа – это хорошо и правильно, знала «Отче наш», который выучила в детстве, повторяя за прабабушкой, даже пыталась читать Евангелие, но ничего не поняла. Молилась по молитвослову, хотела жить правильной христианской жизнью, но толком не понимала, как, а спросить было особо не у кого. Это сейчас почти во всех городах страны есть молодёжки, беседы и катехизация, а тогда поговорить на тему православной веры было негде. Не было и изобилия православной литературы, и к священникам обратиться было непросто. Батюшек в открывающихся немногочисленных церквях служило немного, они были заняты–народ шёл в храмы валом.

После перестройки в наш закрытый ранее Красноярск стали приезжать миссионеры так называемых харизматических религиозных организаций. Они устраивали шумные служения на стадионах, а потом основывали собрания, куда охотно приходила молодежь.

О подобных встречах порядочных некурящих и непьющих людей я слышала и раньше – на лекциях по истории религии в институте, и мне хотелось понять, что именно там происходит.

Мои первые шаги по воцерковлению омрачило драматичное событие: мой муж решил оставить нас с ребёнком ради молодой девушки-студентки, он вёл себя как помешанный, срывался на гнев, требовал немедленного развода. Его поступок стал для меня огромным ударом, больно было и оттого, что наши друзья оправдывали поведение супруга «чувствами». В 90-е случалось много разводов, у людей сносило крышу из-за неожиданно свалившихся на страну свобод, и многие пускались во все тяжкие. Из нескольких десятков моих одноклассниц и одногруппниц лишь единицам удалось избежать распада семьи.

В непростой семейной ситуации мне нужна была поддержка и совет мудрого и духовного человека о том, как вести себя. Я попросила знакомую протестантку взять меня с собой на собрания, надеясь найти там и то, и другое.

Первая встреча, происходившая в обычной квартире, оказалось интересной. Около десятка молодых людей пели под гитару простенькие переводные песни про Иисуса Христа, затем читали и объясняли стихи из Библии. Народ собрался приветливый и участливый, никто из членов общины не был похож на отшельников, каждый человек был при деле –работал или учился в вузе. Казалось, все друг друга любят.

Первым делом мне прочли отрывок из Библии (Исайя 44, 17), где шла речь об изваяниях из дерева, которым поклонялись люди, вызывая негодование Господа. Это место Писания, по мнению присутствующих, должно было мне наглядно показать, что иконопочитание есть идолопоклонство. В момент чтения я испытала внутреннюю тревогу, так как была уверена: иконы точно не идолы, и цитата из книги Исайи говорит о другом. Но нужных слов для опровержения я тогда не нашла и не стала спорить, в глубине души чувствуя себя предательницей.

За первой встречей последовали другие, которые я неизменно посещала. Я быстро подружилась с членами нашего маленького собрания. Община снимала маленький клуб на окраине города, там проходили воскресные служения: исполнялись примитивные песнопения про то, как прекрасен Иисус, потом читались понятные проповеди, совершались молитвы и чаепития. На одной из встреч я прочла молитву покаяния, произнеся благодарность за то, что Иисус Христос умер за меня на Кресте, призвала Его прийти в мою жизнь и изменить её. И получила поздравления и обещания о том, что моя жизнь изменится, потому что у Бога есть для меня прекрасный план.

«Царственное священство»

План Бога, который, как мне пояснили продвинутые собратья по общине, замечательный. Господь победил на Кресте все грехи, нищету и страдания, осталось лишь верою эту победу принять, и она придёт в мою жизнь. Главное –начать строить отношения с Господом, то есть славить Его за всё, просить избавить от всего плохого и дать всё хорошее. Заболел – молишься об исцелении, потому что «Господь победил болезни на Кресте», и «ранами Его мы исцелились». Если не исцелился– мало верил или не так молился. Примерно такова была схема работы с любой проблемой – отсутствием денег, работы, мужа и т.п. Такой подход несколько смущал, но импонировал, к тому же вера моих более продвинутых товарищей постоянно подтверждалась свидетельствами – рассказами об ответах на молитвы и чудесах. Сейчас я думаю, что какие-то ответы на просьбы действительно приходили по милости Божьей, а что-то было явно притянуто за уши.

Меня полностью захватила харизматическая жизнь: общение с искренними людьми, которые очень старались жить правильно и угождать Богу, песни и танцы в собраниях, чтение Слова Божьего, участие в евангелизациях – акциях, во время которых мы рассказывали людям об Иисусе Христе, раздавали брошюрки и приглашали к нам в церковь.

Везде, где только можно, я горячо отстаивала правоту наших взглядов, используя всё своё красноречие. Многие родственники и знакомые прислушивались к моим речам, некоторые становились частью нашей общины. Конечно, я видела в этом знак избранности. Казалось, происходящее у нас – идеальное современное христианство, где «всё по Библии», и наша вера 80-го уровня. Мы верили, что Господь даёт нам, верующим в Него, особые сверхъестественные способности – Дары, о которых, конечно же, повествовало Писание – дары исцеления, пророчества, иных языков, чудотворения. Мы постоянно искали и находили ноу-хау с Небес, которые консерваторы, принадлежащие к классическим протестантским конфессиям (баптисты, пятидесятники и лютеране) отвергали, как мы полагали, из-за косности мышления.

Тёмные братья

Отношение к православным в протестантских организациях харизматического толка было двойственным. С одной стороны, декларировался лозунг «православные – наши братья», но эти братья считались дремучими и мало смыслящими в истинной духовности. В собраниях часто звучали насмешки над «свечной и яичной верой», «поклонением деревяшкам» и «молитвой мёртвым костям» – так харизматы отзывались об иконопочитании и молитвенном обращении к святым. Позже я обнаружила, что наши проповедники отнюдь не гнушались использовать в проповедях мысли, изложенные отцами православия в святоотеческом Предании, выдавая их за собственные.

Надо сказать, что в пропагандистских фильмах о российских неопротестантах общины предстают перед зрителями в неприглядном виде: как сборище неадекватных людей, трясущихся в конвульсиях на полу, или как компания мошенников и их зомбированных жертв, переписывающих на руководство общин квартиры. На самом деле развод людей на деньги в протестантских организациях случается не так уж и часто, и мошенники осуждаются большинством, экзальтированное поведение тоже не особо распространено.

«Из-за внешне правильного поведения – отказа от алкоголя, курения, сквернословия – у многих возникает неосознанная иллюзия принадлежности к некоему элитарному духовному сообществу и желание научить весь падший мир правилам истинной духовной жизни».

Главная беда неопротестантов, среди которых много искренне ищущих Бога людей, – хождение путём заблуждений, ложная уверенность в спасении и собственной праведности. Но достичь последней невозможно вне настоящего Ковчега спасения – Церкви, без её таинств. Из-за внешне правильного поведения – отказа от алкоголя, курения, сквернословия – у многих неопротестантов возникает подчас неосознанная иллюзия принадлежности к некоему элитарному духовному сообществу и желание научить весь падший мир правилам истинной духовной жизни. Они уверены в том, что именно их Библия считает «избранными святыми Божьими», «царственным священством», «спасёнными и праведными по вере», у которых осталась одна задача – приводить людей ко Христу, то есть делать их членами таких же общин.

Вопросы без ответов

Со временем вопросов насчёт истинности учения харизматов у меня становилось всё больше. А после знакомства с православной писательницей Марией Сараджишвили из Грузии, начавшей молиться за моё возвращение в православие, часто стали происходить неслучайные случайности.

Я слушала проповеди и читала литературу, постоянно подавляя возникающее внутреннее несогласие. Всё вроде бы у нас было по Библии, но нечётко и размыто, противоречиво или недостаточно аргументированно, плоско и подчас бездоказательно.Становилось, очевидно, что нам не хватало глубины и здравомыслия, простоты, милосердия и смирения, признания того, что мы никакие не святые, а грешники.

Постепенно я прозревала. Я начала думать, имел ли вообще полномочия иностранный миссионер, когда-то основавший нашу общину, «открывать церкви», было ли у него на это законное право и кто такое право дал? Почему мы слепо доверяем «великим» учителям из-за рубежа, многие из которых ничем, кроме поездок по странам и континентам с крусейдами, не прославились? А наших российских святых, героев, творивших настоящие чудеса, терпевших мучения и отдавших жизнь за веру, либо не знаем вообще, либо относимся к ним снисходительно и с пренебрежением. Я размышляла о монашестве и страдании, о нестяжании и аскезе, которые харизматы считали бессмысленными практиками.

Вызывало сомнения и учение о духовной власти, согласно которому нельзя спорить с руководством церкви, даже если оно творит явную неправду. Не допускалась никакая критика в адрес лидера, несогласным предлагалось молча молиться, иначе человек объявлялся бунтарём и попадал под санкции.

Недовольных объявляли проблемными людьми, читались спецпроповеди, где недвусмысленно намекалось на кары, которые должны были обрушиться на человека, осмелившегося покуситься на авторитет духовного лидера. Проводились и личные встречи и разборки с провинившимся, где человека вынуждали или признать неправоту, или уйти из общины.

Неожиданно случилось так, что у меня на пустом месте возник конфликт с женщиной-лидером нашей общины, которую я считала близким человеком. После мучительных и бесконечных объяснений, встреч, унизительных разборок и абсурдных обвинений я искренне взмолилась Господу и попросила показать, в чём истинная христианская вера. Через некоторое время я больше не смогла посещать своё собрание, хотя всё еще придерживалась протестантских взглядов. Эмоции зашкаливали, было больно, ведь я теряла друзей, которых любила. Но при этом меня не покидало ощущение, что эта боль – ради выздоровления.

Возвращение

В момент ухода из общины я вышла замуж за верующего человека из другого города. Мой супруг был человеком образованным и начитанным, изучившим различные протестантские течения. В поиске подходящего собрания мы побывали на проповедях баптистов и у католиков, посещали так называемые «Простые церкви». Однажды случайно наткнулись на передачу православного телеканала «Союз» и были изумлены и потрясены глубиной православного учения – мудростью Предания, наполненными смыслом традициями, силой таинств. Осмысление заняло несколько месяцев. В какой-то момент мы поняли, что если хотим быть честными перед собой, должны идти в храм. Через некоторое время, через Покаяние, мы с мужем стали частью Православной Церкви.

Наше воцерковление идёт негладко и не быстро, мешает опыт прошлого, страсти и леность. Но с помощью Небесной Церкви, через таинства, посты, по Божией милости мы стараемся спасаться: меняться и идти вперёд.

***

Сегодня много бывших протестантов переходит в Православие. В соцсетях образованы группы таких людей, насчитывающие сотни участников. В Иркутской области несколько лет назад перешла в Православную Церковь протестантская община. Сегодня в области служат 5 православных священников из числа бывших протестантских служителей.

Елена Есаулова

Православие.fm

Опубликовано: сб, 19/03/2016 - 11:09

Статистика

Всего просмотров 9

Автор(ы) материала

Реклама

Реклама:
Социальные комментарии Cackle