Долгая дорога домой

Незабываемая встреча с ребятами в Прилукской колонии для несовершеннолетних.

 

В последний дождливый день осени мы выехали в Прилуки с группой волонтеров пенитенциарного Синодального отдела УПЦ и его руководителем – протоиереем Виктором Яценко, чтобы попасть за высокие стены Прилукской колонии для несовершеннолетних, где отбывают наказание подростки от 14 до 18 лет.

«Примирение»

Протоиерей Виктор Яценко в одной из тюрем Украины

По дороге о. Виктор рассказал о новом проекте тюремной миссии Церкви «Примирение», осуществляемом в Украине с участием волонтерского пенитенциарного движения. Почему примирение и с кем?

– Как правило, в обществе не знают о людях, потерпевших от уголовных преступлений, – пояснил отец Виктор. Но очень часто для пострадавшего  это большая психологическая травма. Например, вас ограбили, избили или совершили над вами другое насилие. И человек живет с этой травмой, часто теряет коммуникабельность, работоспособность. Создание некой площадки между заключенными, их родственниками и теми, кто пострадал, и подразумевает наш проект. Поэтому в «Примирении» есть религиозная составляющая, а именно – христианское прощение и молитва за «обижающих нас». В свою очередь, люди, в данном случае подростки, совершившие преступление, благодаря такому общению меняются внутренне. Происходит некоторая переоценка своих деяний, отношения к правонарушению в целом. Это своего рода реабилитация психологическая, социальная. Они понимают, что своими поступками, всей предыдущей преступной деятельностью, образом жизни нанесли вред людям – не абстрактный, как зачитывается это в приговоре: они видят реально нанесенную травму в лице потерпевших. И когда пострадавшие люди общаются с ними, как с друзьями раскаявшимися – возникает внутренний переворот, переоценка…

За пятиметровым каменным забором

Телефоны, деньги и паспорта были сданы на пропускном пункте колонии, и голос дежурной из репродуктора пригласил нас заходить строго «по трое» за металлические двери, которые открылись, а потом с лязгом электрозамков защелкнулись за спиной. Мы увидели справа и слева вспаханную контрольно-следовую полосу, проволочные заграждения, автоматчиков с собаками… Стало немного не по себе: это детей-то так охраняют?

– Не детей, но малолетних преступников, совершивших уголовные преступления – грабежи, кражи, торговлю наркотиками, побои и даже убийства, – пояснили сопровождающие сотрудники пенитенциарной службы.

К сожалению, подростковая преступность в стране увеличивается, хотя количество колоний для малолеток резко сократилось – с 30 до 6 исправительных учреждений. И это правильно: срабатывает действующая в Украине либерализация тюремной системы, как это принято в развитых мировых странах. Если подросток впервые нарушает закон, например, ворует мобильный телефон, зачем его лишать свободы и погружать в изолированный уголовный мир? Есть другие средства исправления и воспитания юных правонарушителей. Поэтому подход к вынесению приговоров подросткам значительно смягчился. В Прилукской ИК, где раньше отбывало наказание более 1,5 тыс. человек, ныне находится чуть более 70.

Справка: По состоянию на 1 ноября 2015 года в сфере управления Государственной пенитенциарной службы Украины числится 177 учреждений и 669 подразделений уголовно-исполнительной инспекции (из них 29 учреждений и 47 подразделений уголовно-исполнительной инспекции находятся на территории Донецкой и Луганской областей, временно не контролируемой украинской властью). При этом в учреждениях исполнения наказаний и следственных изоляторах, расположенных на подконтрольной  украинской власти территории, содержится 70 873 человек, в том числе: в 29 следственных изоляторах – 17 тыс., в 6 воспитательных колониях – 352 несовершеннолетних осужденных. В 11 колониях для осужденных женщин отбывает наказание 2447 лиц. 1523 человеку присуждено наказание в виде пожизненного лишения свободы. Также на учете в подразделениях уголовно-исполнительной инспекции находится 82 030 осужденных на уголовные наказания, не связанные с лишением свободы.

В клубе

В клубе собрались стриженые парни в темных робах с бирками, которые в скором времени выйдут на свободу. Кто-то через месяц, а кто-то через неделю. Позади долгие-предолгие недели, месяцы, годы…

Кто отбывал срочную службу в армии, знает цену прожитому месяцу и году, ощущает, как томительно порой тянется время. И чем ближе дембель, тем острее и волнительнее чувства ожидания. А что говорить о вожделенной свободе за тюремной стеной! Каждый из этих еще безусых парней о многом передумал, многое переосмыслил. Есть надежда, что они не вернутся сюда больше. Увы, надежда небольшая. Но все же есть.

Здесь они учились по школьной программе, получали профессиональные знания, обретали профессии. А еще – очень скучали по дому, скучали по маме… Почти у каждого в спальном помещении на тумбочке возле койки фото самых дорогих на свете – мамы, бабушки, сестренки, братишки. Как правило, ребята из неполных семей. Девчат у них еще нет, и что такое первая любовь – большинство из них не знает…
18-летний Сергей Ф. родом из села с ласковым названием Журавка, что на  Черниговщине. За крупные кражи он был приговорен к четырем годам заключения. Но отбыл 2,5 года и освобождается досрочно, как большинство ребят (если нет серьезных нарушений, подростки выходят на волю спустя половину срока). 

– Я был зол на всех, кто меня арестовал и запер сюда, – поделился Сергей. – И два года подряд думал о том, как, покинув зону, начну воровать. Но уже «профессионально», по-крупному, и чтоб не поймали… А полгода назад я поверил в Бога. Понял, что я преступник, и что Господь меня прощает, если я приношу покаяние, и что Он поможет мне в жизни. Если буду жить по Его законам. А не по законам  блатного мира… Я получил здесь специальность сварщика 2-го разряда. Еще хочу получить 4-й разряд, чтобы хорошо зарабатывать, помогать маме. Она много, очень много горя узнала из-за меня… Она все время обо мне молилась…

42-летняя Светлана из Фастова приехала на встречу со своим сыном Гришей. И приняла участие в этом мероприятии.

– В том, что мой сын попал за решетку, очевидно, и моя вина. Недосмотрела, недовоспитала, недолюбила… Что пожелать матерям в моей ситуации? Понять и простить. И постараться стать сыну другом…

Волонтеры подготовили программу. Общение было неформальным, дружеским. Но был и серьезный разговор о Боге, о вере, о христианских ценностях. Говорили о необходимости борьбы со своими страстями, с греховной природой, которой подвержен каждый живущий на земле человек. А если дурные наклонности начать пресекать в юном возрасте, тогда многое можно исправить и в характере, и в мировоззрении…

Говорили тепло, просто, буднично. Как-то по-семейному, с чаепитием, музыкой, сладостями, предновогодним запахом мандарин.

«Я пригласить хочу на танец вас, и только вас…»

…Ну а потом – ролевые игры, шутки и даже танцы. Волонтер Алена Сушкова учила ребят танцевать. Это было трогательное зрелище. Парни, преодолевая неловкость и юношескую стыдливость, откликались на приглашение очаровательной учительницы бальных танцев выучить несколько танцевальных приемов. И нужно было видеть трепетное старание мальчишек, когда они, затаив дыхание, пытались вторить девушке под музыку испанских мелодий… Не скрою, у автора этих строк, наблюдавшего  за танцевальными парами сменявших друг друга ребят, выступили слезы… Ведь ничего подобного большинство из них не видело в их не очень яркой, продымленной короткой жизни. Дворовые, уличные будни, часто – пьющие родители, драки, разборки, участковый, детская комната милиции, а потом –  арест …  Среда, где они впервые преступили закон.


А здесь, в этом зале, спрятанном от мира, к ним приезжают какие-то удивительные добрые женщины, похожие на фей, батюшки, которые умеют как-то просто потолковать о жизни, о будущем. О прошлом не говорят. А о будущем. Каким оно будет?

Оказывается, это будущее можно начинать уже здесь, за высокой кирпичной стеной. В тюремном храме, на спортплощадке, вот в этом клубе, за книгой стихов и под гитару…


Потом была еще одна игра. Каждый из присутствующих писал свое желание. Ну не такое, чтоб мобильник со свободы «подогнали» или посылку с колбасой, а настоящее ПО-ЖЕЛАНИЕ. Затем эти записочки складывались в военную фуражку присутствующего офицера, перемешивались, и каждый вынимал одну из них и вслух зачитывал. И мы, взрослые, присутствующие там, тоже написали, а потом вытащили. Попавшуюся мне я зачитал и сохранил.

Рука неизвестного подростка написала такие поэтические строки:

Я бажаю, щоб в здоров’ї,
В мирі, злагоді, в любові
Відтепер ішов наш час,
В мирній праці Бог поможе,
Дай нам, Боже, все, що гоже,
Що не гоже – не дай Боже…

В колонии для несовершеннолетних побывал
Сергей Герук

Опубликовано: пт, 04/12/2015 - 13:58

Статистика

Всего просмотров 25

Автор(ы) материала

Реклама

Реклама:
Социальные комментарии Cackle