Языки

  • Русский
  • Українська

Был ли Иисус революционером? Миф и его разоблачение

Содержимое

ФОМА

Миф

Иногда говорят, что Иисус был революционером и за это пострадал от властей.

Поэтому именно революционеры всех последующих времен, а вовсе не консервативная Церковь — его подлинные наследники. Один из персонажей романа известного греческого писателя середины XX века Никоса Казандзакиса «Страсти по-гречески», или «Христа распинают вновь» так и говорит: «Если бы Христос в наше время спустился на землю, на нашу землю, что бы он нес на плечах? Как ты думаешь? Крест? Нет! Бак с керосином».

Как было на самом деле

Итак, был ли Иисус революционером, таким Че Геварой античного мира? В привычном нам смысле — нет. Иисус не пытался захватить власть вооруженным — да и каким-либо иным — путем. А когда его хотели сделать царем, Он уклонился (Ин 6:15). Между тем, среди Его современников свои Че Гевары, революционеры, стремившиеся к радикальному переустройству общества – это зилоты (буквально – «ревнители»).

Они стремились разрушить существующую систему как явно несправедливую и установить богоугодное царство справедливости. Их вдохновлял пример удачного восстания (в наши дни его назвали бы национально-освободительным), которое двумя столетиями раньше подняли братья Маккавеи. Тогда Израиль тоже подпал под власть языческих завоевателей, только в тот раз это были не римляне, а эллинистические наследники Александра Македонского.

Языческий царь Антиох Епифан хотел ввести в своей империи религиозное и культурное единообразие и для этого стал принуждать иудеев начать поклоняться языческим богам. Те ответили яростным сопротивлением, а язычники – в свою очередь — жестокими репрессиями. Казалось, Израиль, бросивший вызов огромной империи, обречен. Но случилось чудо: Бог пришел на помощь своему народу, и иудеи — невероятным образом! — победили. Израиль на какое-то время обрел независимость.

И во времена Иисуса люди ждали похожего на Маккавеев мессию — могучего воина, который покончит с ненавистными римлянами и установит идеальное царство мира и справедливости. Смельчаки бросали вызов непобедимой военной машине Рима и умирали от мечей легионеров или на крестах, чтобы приблизить это время. То есть революционное движение в Иудее времен Иисуса определенно было. Как Он к этому относился? Да никак. Более того, Его проповедь о любви к врагам и подставлении второй щеки была прямо противоположна тому героическому образу кровавой битвы во имя Божие, которым грезили зилоты.

Между тем, в то время совершались вопиющие несправедливости, от которых кровь закипала в жилах и руки тянулись к оружию. Но римский наместник Понтий Пилат был скор на расправу. Однажды он — среди прочих своих злодеяний — перебил группу благочестивых иудеев, смешав их кровь с кровью жертв, которые они приносили Богу (Лк 13:1). Люди пришли к Иисусу, чтобы он, наконец, повел их в «бой кровавый, святой и правый» против угнетателей. Но их ждало тяжелое разочарование — вместо того, чтобы вместе с ними негодовать на Пилата, Иисус указывает им на их собственные грехи, в которых они должны покаяться.

В чем миф расходится с Евангелием по духу? Принять Евангелие — значит принять совершенно иной взгляд на вещи. Мы все склонны полагать, что наши проблемы находятся снаружи, вне нас самих – они заключены в плохих людях, которые поступают с нами несправедливо, в обстоятельствах нашей жизни… А Евангелие — о том, что моя главная проблема не снаружи, а внутри. И не другие люди или обстоятельства обрекают меня на временное и вечное несчастье — а я сам. Как говорит Евангелие, Христос пришел спасти людей от их грехов (Мф 1:21) — не от римлян или ещё каких-то «плохих других», а от их собственных грехов.

Это очень трудно принять, но Евангелие не о том, что должно измениться вокруг меня – будь то люди, обстоятельства, государство или общество, — а о том, что должно измениться во мне.

Во мне должен совершиться глубочайший переворот. Я должен по-другому увидеть Бога, других людей, самого себя. Увидеть свои грехи, исповедать их перед Христом, принять прощение и искать благодатной помощи, чтобы глубоко перемениться. И этот переворот гораздо важнее всех политических переворотов: он имеет вечные последствия. Сам Господь говорит о нем как о «новом рождении», и этот же образ постоянно возникает у Апостолов, равно как и образ «нового сотворения».

Жизнь людей, которые пережили этот переворот, может быть чем-то прямо противоположным жизни революционеров. Преподобный Сергий Радонежский не дрался, не убивал, не вел за собой негодующие толпы — ровно наоборот: он смирялся, уступал, старался жить по воле Божией, избегал мирской славы. Но именно он глубочайшим образом изменил жизнь и ценности средневековой Руси. Он был одним из тех людей, через которых Бог действует в этом мире, меняя жизнь целых народов. Именно в эту революцию и вовлекает нас Иисус Христос — мы должны дать Ему переменить нас самих, чтобы Он мог действовать через нас в мире.

 

Кому и зачем нужен этот миф

Политическая — тем более революционная — борьба легко может занимать в сознании человека то место, которое должна занимать вера: той «предельной заботы», чего-то самого важного, чему человек посвящает свою жизнь, в чем он находит смысл и оправдание, надежду и единство с другими людьми. Когда это (увы!) с ним происходит, он стремится подчинить все — и благоразумие, и мораль, и религию — своей борьбе за дело, которое он считает правым.

Но Иисус не может быть нашим союзником в борьбе — Он пришел, чтобы быть нашим Господом и Спасителем. Бессмысленно звать Его в наши ряды, под наши знамена. Он не знаменитость, которую мы могли бы побудить поддержать наше дело. Он Господь, Бог и Спаситель — и Он ожидает от нас полной и безусловной верности именно Ему, а не какому-либо политическому делу, которое мы сочли великим и правым.

Сейргей Худиев

ФОМА

Опубликовано: ср, 01/08/2018 - 13:01

Статистика просмотров

Всего просмотров: 0
За сутки: 1
За два дня: 1
За последний час: 1

Автор(ы) материала

Популярное за 7 дней

Киев сто лет назад (1,580)
07.12.18 21:27

Реклама

Реклама:
Социальные комментарии Cackle