Языки

  • Русский
  • Українська

Анатомия печали и уныния

Содержимое

Сайт Горловской и Славянской епархии

Связаны ли между собой печаль и депрессия? Почему уныние стоит в ряду главных смертных грехов? Унывают ли монахи и святые? Делился мыслями и анатомировал уныние протоиерей Константин Лисняк, благочинный Соледарского округа.

Кто виноват?

Уныние относится к смертным грехам. Смертный грех вводит душу человека в состояние духовной смерти, когда теряется возможность покаяться, изменить свою жизнь. Печаль и уныние очень близки к отчаянию и самоубийству, это звенья одной цепи.

Современная жизнь насквозь пропитана зловонием уныния. Посмотрите, сколько людей сейчас пребывает в депрессии! В США население сплошь употребляет антидепрессанты, серьёзно подсажено на химию.

Человек в условиях относительно комфортной жизни находится в праздности, она — мать множества грехов и пороков. В духовной сфере одно проистекает из другого: какой грех ни возьми, каждый тянет за собой другие. Печаль — это начальное звено уныния, самое малое по степени тяжести. Постепенно состояние ухудшается, и человек доходит до ступора.

Святые о том, почему печаль — это грех:

«Чрезмерная печаль обыкновенно доходит или до сомнения, или до пагубного богохульства» (свт. Иоанн Златоуст).

«Если кто думает, что не имеет пристрастия к какой-нибудь вещи, а лишившись ее, печалится сердцем, тот вполне прельщает самого себя» (прп. Иоанн Лествичник).

«Тоска происходит от оскорбленного самолюбия или от того, что делается не по нашему; также и от тщеславия, когда человек видит, что равные ему пользуются большими преимуществами» (прп. Марк Подвижник).

Уныние парализует душу человека, он не способен ни покаяться, ни помолиться толком, ни доброе дело сделать. Всё из рук валится, смысл жизнь потерян, всё плохо, всё пропало. Унывающего можно сравнить с больным, пережившим инсульт: охватывает полная недееспособность. Это очень тяжёлое духовное состояние. С другой стороны, святые отцы пишут, что уныние — это спутник каждого подвижника, особенно монаха. «Бес полуденный» — это именно о нём. Опытные духовники заметили, что где-то с 10 утра и до трёх дня у монашествующих случаются искушения, следствием которых становятся печаль, уныние и сомнения.

Какие ещё причины у печали и уныния? — праздность, гнев, раздражение, неудовлетворённость греховной страсти. С ними нужно бороться, ни в коем случае не потакать. Унывающая тварь — хула на Творца. Уныние — скрытое богохульство. Человек как будто говорит: «Зачем мне эта жизнь?» Самоубийство — страшный грех именно потому, что убивающий себя дар жизни бросает Богу в лицо: «Зачем Ты мне это дал? Не хочу!» Это плевок в сторону Создателя.

Святые отцы приводят разные примеры уныния. Святой Иоанн Златоуст вспоминает Иуду. Дьявол омрачил его, настолько предал чрезмерности печали, что он удавился. Преследовал его до тех пор, пока не лишил намерения покаяться и не привёл к самоубийству. Была печаль, а вот деятельного покаяния, как у Петра, не произошло. Апостол Пётр — пример противоположного поведения: всю жизнь каялся, слёзы проливал, даже умереть, как его Учитель, считал себя недостойным.

Святой Иоанн Лествичник пишет: «Мать уныния — тщеславие». Человек нафантазирует о себе что-то, а потом, когда случаются в жизни какие-то преткновения, падения, разочарования, не может смириться. Святитель Феофан Затворник утверждал: «Состояние уныния — один из крестов, которые нести нам неизбежно в продолжение жизни своей». И дальше добавляет: «На дух уныния жалуйтесь Господу и Ангелу хранителю, и отбежит. Но всяко терпи благодушно».

Грехом может быть даже печаль о совершённом грехе:

«Грешат те, которые считают добродетелью чрезмерную печаль после греха, не понимая, что это происходит у них от гордости и самомнения, от того, что они слишком много надеются на самих себя и на свои силы» (прп. Никодим Святогорец).

Впрочем, бывает так, что печаль помогает истребить грех:

«Печаль, рожденная грехом, истребляет грех, когда сопровождается покаянием» (свт. Иоанн Златоуст).

Вывод какой? — не надо убегать от этого состояния, потому что догонит и накроет. Нужно идти навстречу и разбираться, как и с любым другим духовным вопросом. Современный человек всего боится — от маловерия, слабохарактерности, малодушия. На него наваливаются возраст, немощи, одиночество, и с ним невозможно ни о чём разговаривать, не получается растормошить.

 

Что делать?

Лекарство такое: если человек относительно молод — то работа, физический труд. Движение — это жизнь. Даже просто взять веник или швабру, прибрать, помыть что-то — уже хорошо. Глядишь, кровь разошлась, и жизнь развиднелась.

Можно к друзьям обратиться. Один священник рассказывал такую историю. Некий человек служил в спецназе. Это непростая работа, занимающиеся ей люди получают большую деформацию психики. Так и этот человек: впал в уныние, решил покончить с собой. Положил перед собой на стол оружие, сидит, настраивается на «харакири». В этот момент звонит телефон. Оказывается, что это его сослуживец. Поговорили, анекдоты друг другу рассказали, посмеялись, вспомнили прошлое — словом, от души пообщались. Когда бывший спецназовец трубку отложил, то посмотрел на оружие и подумал: «Что я, совсем с ума сошёл?» Он перевернул эту страницу и стал жить дальше. Общение, даже простой звонок могут спасти человека от страшного греха.

Нельзя замыкаться в унынии, не надо смаковать его. Тоска по Богу рождает спасение, а самоедство — довольно опасная штука. Весь мир тебе не мил, кажется, что ты всем в тягость. Не хочется общаться, начинаешь людей избегать, потому что у тебя состояние тяжёлое, ты всем недоволен, всё угнетает. В итоге люди тоже начинают тебя избегать, получается замкнутый круг. Это состояние ада. Вообще, уныние — от дьявола: ему нечего ждать (чаять), кроме исполнения своего приговора, он в состоянии от-чаяния. Это от него исходят газы, отравляющие всех унынием. Не человек это всё придумал, это пришло из другого мира. Так что уныние — это враг, и на него можно гневаться, как пишут святые отцы. Гнев против сатаны, своих слабостей и страстей — не грех.

В качестве лекарства от уныния воцерковлённому человеку обязательны молитва, чтение Священного Писания, Псалтыри, духовной литературы. Самое главное врачевство — это, конечно же, таинства Исповеди и Причастия.

Как бороться с этим грехом:

«Если хочешь быть без печали, старайся угодить Богу» (авва Евагрий).

«Печаль есть рана души, и должно непрестанно лечить ее словами утешения» (свт. Иоанн Златоуст).

Печаль может происходить от нашей неблагодарности Богу:

«Не будь нечувствителен и неблагодарен. Так как радостное и приятное мы скоро забываем, а печальное всегда помним, то и говорим, что всегда находимся в печалях» (свт. Иоанн Златоуст).

 

Антирадость

Грех уныния охватывает человека незаметно, исподволь отравляет его, постепенно доводя до крайнего состояния. Вспоминается случай, который рассказывал в семинарии наш преподаватель, отец Нафанаил. Как-то в монастырь зашёл раздражённый человек. Он остановил монаха и говорит: «Всё тут у вас хорошо, так хорошо, что просто замечательно. Но что-то мне у вас тут не нравится. Борода ваша мне не нравится, вот что!» А у отца Нафанаила борода была рыжая, раздвоенная на два клина. Человек этот нашёл единственное, к чему можно было придраться в святом месте — бороду!

Важно заметить, что порой состояния угнетённости, депрессии, уныния имеют не духовную, а физиологическую природу. Это значит, что некоторым людям нужно не только исповедоваться, но и к врачу обратиться, попить определённые лекарства, пролечиться. Об этом и митрополит Антоний Сурожский говорил.

В отношении печали важна дозировка. Печаль о грехах, умеренная, открывающая двери покаянию — это добрая вещь. Если человек погрустил, а потом пошёл работать — ничего страшного в его печали нет, а если он в итоге ушёл в депрессию, перестал ходить в храм, общаться с людьми и Богом — это совсем другое.

Уныние — одна из главных человеческих страстей. Вспомним преподобного Серафима Саровского и подумаем, печалился ли этот человек, если он говорил каждому: «Радость моя, Христос воскресе!», — пребывал в состоянии пасхальной радости и благодатного озарения? Нет, конечно. Понятно, что это состояние высокой духовной жизни подвижников, достигших определённой степени совершенства.

Господь сподобил меня общаться со святыми людьми, когда я учился в семинарии. Я не слышал от них ни слова ропота, не замечал никакого уныния. Кажется, что человек светится, как солнышко. Понятно, что это плоды великих монашеских подвигов. Видя эти плоды, люди удивляются и тоже о чём-то важном задумываются.

Я бы советовал внимательно читать жизнеописания наших святых и учиться у них. Бог дал нам всё, Он умер за нас на Кресте, а мы имеем наглость ещё и унывать после этого, маловерие проявлять? — нет, так нельзя. Значит, будем бороться с унынием — благо, у верующего человека для этого есть множество средств.

Святые Оптинские старцы говорят о том, что такое уныние:

«Уныние значит ту же лень, только хуже. От уныния и телом ослабеешь, и духом. Не хочется ни работать, ни молиться; в церковь ходишь с небрежением; и весь человек ослабевает» (прп. Амвросий Оптинский).

И рассказывают, как бороться с ним:

«У вас на всё прочее есть время, а на молитву и чтение нет его. От этого-то вы и чувствуете в себе уныние и тоскливость, и беспокойство о своей неизвестности, и недоверчивость. А когда будете чаще пребывать в молитве и печаль свою во всём возлагать на Господа Бога и уповать на Его всесильную помощь, тогда Он и успокоит вашу душу» (прп. Антоний Оптинский).

«Предлагаю совет против уныния: терпение, псалмопение и молитва» (прп. Макарий Оптинский).

«Скука унынию внука, а лености дочь. Чтобы отогнать ее прочь, в деле потрудись, в молитве не ленись. А если к сему терпения и смирения прибавишь, то от многих зол себя избавишь» (прп. Амвросий Оптинский).

Записала Екатерина Щербакова

Сайт Горловской и Славянской епархии

Теги

Теги: 

Опубликовано: вт, 02/10/2018 - 13:26

Статистика просмотров

Всего просмотров: 389
За сутки: 2
За два дня: 7
За последнйи час: 2

Популярное за 7 дней

Реклама

Реклама:
Социальные комментарии Cackle