Зачем крестить детей, если они не могут выразить свое согласие?

Объясняет протоиерей Андрей Ухтомский.

Все священнодействия в Церкви совершаются над человеком, который сознательно выражает свое желание участвовать в этом. Исключение составляют родившиеся младенцы и умершие люди. Первых крестят и причащают, для рождения в жизнь вечную, что является следствием заботы родителей о своих детях, последних отпевают, прося прощение грехов и упокоения души. В обоих случаях нельзя ожидать выражение воли: от младенцев — ввиду их незрелости, от мертвых — ввиду невозможности души реализовать себя через тело. Не совершается ли в данных случаях насилие над личностью? Сегодня поговорим о крещении детей.

Вопрос о крещении детей и младенцев, как о крещении людей в несознательном возрасте подымали не раз в истории Церкви. Протесты были как в Древней Церкви, так и в средневековье.

Учитель Церкви Тертуллиан (155–225) в сочинении «О Крещении» (18) категорично заявляет: «… Учитывая особенности, характер и даже возраст каждой личности (persona), полезнее помедлить с крещением, особенно маленьких детей. Зачем же, если в этом нет такой уж необходимости, подвергать опасности крестных родителей, которые и сами могут не выполнить своих обещаний, будучи смертными, или могут быть обмануты проявлением дурных наклонностей своих восприемников? Между тем Господь сказал: «Не возбраняйте им приходить ко мне!» (Мф. 19:14). Значит, пусть приходят, когда повзрослеют. Пусть приходят, когда учатся, когда будут научены, куда идти. Пусть станут христианами, когда смогли познать Христа. Что спешить невинному возрасту за отпущением грехов? В мирских делах поступают осторожнее. Как же доверять небесные дела тому, кому не доверены еще земные? Пусть они научатся просить спасения, чтобы явно было видно, что Ты дал просящему (Лк.6:30)». Исходя из неспособности детей, в силу возраста высказать свою волю и познать Христа, во избежание несоблюдения ответственности за воспитание детей крестными родителями Тертуллиан как человек, получивший юридическое образование и имеющий осторожный способ мышления отказывает детям в крещении. Конечно, крестные могут пойти не христианским путем. В таком случае можно не допустить их пагубного воздействия на крестников. Однако, крестим не их а детей. Именно над детьми совершается таинство. Тертуллиан идет логическим путем. Ведь крестить можно человека, который осознанно принимает Христа. «Значит, пусть приходят, когда повзрослеют», — пишет Тертуллиан.

Подобной точки зрения придерживались и средневековые катары и анабаптисты в XVI в., аргументируя свою точку зрения отсутствием упоминания о крещении детей в Новом Завете.

Точка зрения Тертуллиана, катар и анабаптистов запрещавших крещение детей все же не прижилась в Православии, а утвердилось крещение детей, широко распространившееся с VI в.

Действительно в Новом Завете нет прямых указаний на крещение детей, однако, есть косвенные свидетельства, например, когда хозяин дома принимает решение креститься и весь дом его. «И одна женщина из города Фиатир, именем Лидия, торговавшая багряницею, чтущая Бога, слушала.... Когда же крестилась она и домашние ее…» (Деян. 16:14–15). «Крисп же, начальник синагоги, уверовал в Господа со всем домом своим, и многие из Коринфян, слушая, уверовали и крестились» (Деян. 18:8). «Крестил я также Стефанов дом» (1 Кор. 1:16). Указания на допущение детей к Божьему Слову и, возможно, крещению, звучат в словах Иисуса Христа: «Приносили к Нему и младенцев[1], чтобы Он прикоснулся к ним; ученики же, видя то, возбраняли им. Но Иисус, подозвав их, сказал: пустите детей приходить ко Мне и не возбраняйте им, ибо таковых есть Царствие Божие. Истинно говорю вам: кто не примет Царствия Божия, как дитя, тот не войдет в него» (Лк. 18:15–17).

Первые определенные письменные свидетельства о крещении детей относятся ко II в.

1) Святитель Ириней Лионский (130–202) в своей книге «Против ересей» говоря о том, что Иисус Христос Своей земной жизнью освятил все возрасты, пишет: «Он пришел спасти Собою всех; всех — говорю, — которые чрез Него возрождаются в Бога, — младенцев[1], детей, отроков, юношей и старцев» (Кн. 2. Гл. 22. 4). Далее он пишет: «…Давая ученикам власть возрождать в Бога, Он говорил им: «итак, идите и научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа» (Мф.  28: 19)» (Кн. 3. Гл. 17. 1)[2].

2) Священномученик Ипполит Римский (170–235) в своем «Апостольском предании» (гл. 21. 4) пишет: «Облачитесь в одежды и в первую очередь крестите детей»[3].

3) Учитель Церкви Ориген (185–254) в толковании на Рим. 5:9 пишет: «…Ни наша вера без крови Христа, ни кровь Христа без нашей веры, не оправдывают нас; однако из этих двух кровь Христа оправдывает нас гораздо более, нежели наша вера»[4].
4) Священномученик Киприан Карфагенский (200–258) в своей письме к Фиду о крещении младенцев (46) поясняет: «Все мы за лучшее почли ни одного родившегося человека не лишать милосердия и благодати Божией… Притом и свидетельство Священного Писания показывает нам, что все люди, и младенцы и возрастные, имеют равный Божественный дар... здесь выражается равенство Божественное и духовное, именно то, что все люди, как однажды навсегда созданные Богом, равны и одинаковы и что возраст наш может иметь приращение только для мира, но не для Бога; почему и самая благодать, даруемая крещаемым, сообщается не в большей или меньшей мере, смотря по возрасту приемлющих, так как и Дух Святой подается всем один и тот же не по какой-нибудь мере, но по любви и Отеческому благоволению (Гал. 2)... На соборе нашем состоялось такое определение: не должно нам никого устранять от крещения и благодати Бога, ко всем милосердого, благого и снисходительного. Если этого надобно держаться по отношению ко всем, то особенно, как мы думаем, надобно соблюдать это по отношению к новорожденным младенцам, которые уже тем заслуживают преимущественно нашу помощь и милосердие Божие, что с самого начала своего рождения они своим плачем и слезами выражают одно моление»[5].

5) Святитель Григорий Богослов (325–389) в 40 Слове «На Святое Крещение» настаивая на крещении детей начиная с трех лет, не отказывает в крещении детям и меньшего возраста: «Но что скажешь о тех, которые еще младенцы, не чувствуют ни вреда, ни благодати? Крестить ли нам и их?» — Непременно, если близится опасность. Ибо лучше без сознания освятиться, нежели умереть незапечатленным и несовершенным. Доказательством этому служит восьмидневное обрезание, которое в преобразовательном смысле было некоторой печатью и совершалось над неполучившими еще употребления разума, а также помазание порогов, через неодушевленные вещи охраняющее первенцев. О прочих же малолетних мое мнение такое: дождавшись трехлетия, или несколько ранее, или несколько позже, когда дети могут слышать что-нибудь таинственное и отвечать, хотя не понимая совершенно, однако же запечатлевая в уме, должно освящать их души и тела великим таинством совершения. Причина же этому следующая: хотя дети тогда начинают подлежать ответственности за жизнь, когда и разум придет в зрелость, и уразумеют они Таинство (потому что за грехи неведения не взыскивается с них по причине возраста), однако же оградиться им Крещением без сомнения гораздо полезнее, по причине внезапно встречающихся с ними и никакими способами не предотвращаемых опасностей»[6].

6) Блаженный Августин, епископ Иппонский (354–430), считал, что духовное лечение необходимо человеку прилагать как можно скорее и всячески поощрял крещение младенцев и детей. «Почему и до сих пор в ушах у меня со всех сторон звенит от слова, то об одном человеке, то о другом: "оставь его, пусть делает: ведь он еще не крещен". Когда дело идет о телесном здоровье, мы ведь не говорим: "оставь, пусть его еще ранят: он еще не излечился"»[7].

Западная Церковь поощряла крещение младенцев и детей, а учение о первородном грехе стимулировало скорейшее крещение младенцев. Суть учения состоит в том, вина адамова первородного греха распространяется на все человечество, которое отвечает за этот грех так, как бы если каждый человек сам совершил грех Адама. Следовательно, некрещеные младенцы, имея несмытую вину, отвержены Богом и осуждены на вечные муки. Учение не учитывает разницу между личным грехом Адама и последствиями греха. Однако, это учение принятое в Западной Церкви распространило повсеместное крещение детей. Восточная Церковь не грех Адама в качестве личного греха его потомков, потому, что они не грешили вмесите с Адамом, однако в них укоренилась способность грешить. Этот первородный грех смывается водой крещения, однако способность грешить остается. «Сын не понесет вины отца, и отец не понесет вины сына, правда праведного при нем и остается, и беззаконие беззаконного при нем и остается» (Иез. 18:20). Согласно учению Восточной Церкви христианин несет наказание не за Адамов грех, а за личные грехи, что видно из слов цитируемого пророка[8].

Блаженный Августин водной из проповедей описывает случай воскрешения некрещеного младенца, мать которого была безутешна, полагая, что дитя ее навечно осуждено. По ее мольбам к первомученику Стефану произошло воскрешению сына, его последующее крещение и мирный отход к Богу[9]. «Учитывая высокую детскую смертность в древнем мире, родители торопились окрестить своего ребенка как можно быстрее, желая уберечь его от верной гибели»[10].

Не повсеместно, однако уверенно в древней Церкви существовало представление о том, что без крещения нет спасения.

7) Святитель Кирилл Иерусалимский (315–386) в «Огласительном слове» соотносит крещение со спасением: «Итак, когда сойдешь ты на воду, то не простую воду представляй себе, но от действия Святого Духа ожидай спасения. Ибо без того и другого невозможно тебе достичь совершенства. Не я говорю это, но Господь Иисус Христос, имеющий в этом деле власть. Он говорит: если кто не родится свыше — и присовокупляет слова: водою и Духом, не может увидеть Царствие Божие (ср. Ин.3:3, 5). Ни тот, кто крещается водой, но не удостоен Духа, не имеет совершенной благодати; ни тот, кто хотя бы добр был по делам, но не получил запечатления водой, не войдет в Царствие Небесное»[11].

8) Олимпиодор Александрийский (VI в.) в катенах на книгу Иова пишет: «Даже в младенцах есть прародительский грех… Младенцев для того и крестят, чтобы омыть скверну Адамова преслушания»[12].

Православная Церковь крестит детей по вере крестных родителей. О крестных родителях, которые были вначале у взрослых крещаемых, как поручителях, мы встречаемся в истории ранней Церкви

1) Служебник Коптской Церкви IV в. указывает, что поскольку маленькие дети не могут отречься от сатаны и произнести Символ веры в силу физической незрелости возраста, за них это делают крестные родители или биологические родители[13].

2) Римский диакон Иоанн, в письме, адресованному аристократу Сенарию (V в.) указывает, что младенцы участвовали во всех огласительных обрядах, причем на вопросы согласно обряду, за них отвечали родители[14].

3) Византийские служебники X–XII вв. предписывают приносить тех, кого готовят ко крещению в церковь, для осуществления над ними обрядов печати креста и экзорцизма, а на следующий день — руковозложения[15].

72 пр. Карфагенского собора (401 г.): «О младенцах, когда не обретаются достоверные свидетели, связующие, яко без сомнения крещены суть, и сами они, по своему возрасту, не могут удовлетворительно отвещали о преподанном им таинстве, разсуждено, яко подобает без всякого сомнения крестити их, дабы таковое сомнение не лишило их очищения сею святынею. Сие братия наши местоблюстителя мавританские присоветовали потому, что многих таковых покупают у варваров». Толкуя это правил канонист священноисповедник епископ Никодим (Милаш) замечает: «Как видно из правила, крещение новорожденных считалось в то время (401 г.) общим законом африканской церкви, поэтому правило предписывает крестить каждого ребенка, относительно которого неизвестно, был ли он крещен ранее, или нет, конечно, в том случае, когда сам ребенок по своему возрасту не способен сообщить, было ли принято им крещение, и нет лица, могущего засвидетельствовать это; такое постановление карфагенские отцы мотивируют тем, что нельзя, вследствие неизвестности, лишить ребенка очищения такой святыней, как таинство крещения. Поводом к изданию этого правила послужило то, что многие христиане покупали от нехристианских народов рабов, среди которых попадались нередко и дети, и для того, чтобы последние имели возможность стать истинными членами церкви, необходимо было сделать упомянутое постановление. В настоящее время это постановление имеет главным образом значение для подкидышей»[16]. Никодим (Милаш) указывает, что это правило в наши дни имеет значение для крещения подкидышей. Итак, мы видим, что крещение детей было повсеместным явлением в африканской Церкви и их крещение является очищением (от первородного греха). Это сознание достаточно укрепилось в Церкви.

84 пр. VI Вселенского собора (680–681 гг.) почти дословно передает 72 правило Карфагенского собора: «Последуя каноническим постановлениям отец, определяем и о младенцах: каждый раз, когда не обретаются достоверные свидетели, несомненно утверждающие, яко крещены суть, и когда сами они, по малолетству, не могут дати потребный ответ о преподанном им таинстве, должно без всякого недоумения крестити их: да таковое недоразумение не лишит их очищения толикою святынею»[17]. К изложению причин, приведших к изданию 72 пр. Карфагенского собора и 84 пр. VI Вселенского собора добавим толкование преподобного Никодима Святогорца. «Это правило выносит определение о случаях, когда не находится надежных свидетелей, чтобы засвидетельствовать, что дети крещены (например, потому что варвары взяли детей в плени увезли в отдаленные местности, а потом христиане их выкупили), и сами дети не в состоянии удостоверить в том, что они крещены, «из-за возраста», а именно из-за того, что их крестили в младенческом возрасте. Таковых детей, продолжаю, подобает безо всякого препятствия крестить, чтобы сомнение в том, крещены они или нет, не лишило их очищения через омовение». Далее преподобный автор дает примечание: «Или еще в тех случаях, когда детей нашли брошенными у дороги или у дверей церкви, как это случается с незаконнорожденными людьми, и неизвестно, крещены ли они»[18].

О том, что крещение младенцев было обязательно в Древней Церкви, свидетельствует затруднение побудившее отцов Неокесарийского собора (созван между 315 и 319 гг.) издать 6 пр. о крещении беременной женщины. Если крестить беременную женщину, не будет ли крещен и ее ребенок? Как быть с его крещением после рождения? Правило предписывает: «Имеющую во чреве, подобает просветити крещением, когда восхощет. Ибо нет в сем никакого общения у раждающия с раждаемым: понеже во исповедании собственное каждого произволение показуется»[19]. Опасения людей, ставшие поводом к рассуждению на соборе основаны на «Василиках»[20] (31 кн. 7 тит. 1 гл. 2 п.), где указано, что утробный плод является частью беременной. Несмотря на спорность некоторых его положений, мнение о том, что беременная и ее плод являются одним целым, существовали в правовом сознании и породили затруднение. Согласно этому мнению, крещение беременной женщины приводило невольно к крещению ее плода, который после рождения должен был быть крещен, однако уже принял как будто крещение во чреве. Двойное крещение исключено и изложено в Символе веры.

Преподобный Никодим Святогорец, толкуя данное правило, замечает, также, что от крещающегося требуется свободное изъявление своего желания, которое выражает взрослый кандидат самостоятельно, а за детей выражают его крестные родители, восприемники. «Плод находящийся во реве не может ни самостоятельно показать произволение, поскольку у него такового еще нет, ни через восприемника, как еще не рожденный и не могущий воспринять крещение»[21]. Далее преподобный Никодим показывает, что беременная и ее плод являются разными сущностями. На основании суждения преподобного Иоанна Дамаскина («Диалектика», гл. 66) о том, что отличительной чертой ипостаси является наличие разумной души[22], он делает вывод о том, что плод, имея разумную душу, являет собой другую ипостась, личность, отличную от ипостаси матери. Плод имеет собственное кровообращение и движения, поскольку самостоятельно плавает в околоплодных водах. Также «Дигесты» (кн. 41, тит. 3, п. 10 и кн. 50, тит. 16, п. 26) определяют, что зародыш не является телом матери, а находится в ней как иное в ином. Преподобный Никодим заключает: «Из этого следует, что поскольку он (зародыш — прим. прот. А. У,) не часть матери, но имеет и собственные и тело, и душу, и движение, то должен крестится не вместе с матерью, носящей его во чреве, но отдельно и сам по себе»[23].

Священноисповедник Никодим (Милаш) в толковании этого правила дополняет: «В пользу этого правила выставляет то, что родильница, как личность, нравственно не имеет ничего общего с ребенком и при своем крещении она крестится только сама, дитя же, носимое ею в утробе, через это не крестится, потому что каждое лице само за себя должно прежде крещения исповедовать веру, и это исповедание веры должно проистекать от личной свободы воли»[24].

110 пр. Карфагенского собора, направлен против тех, кто отрицает нужду в крещении младенцев, следовательно, оно имело место: «Определено такожде: кто отвергает нужду крещения малых и новорожденных от матерной утробы детей, или говорит, что хотя они и крещаются во отпущение грехов, но от прародительского Адамова греха не заимствуют ничего, что надлежало бы омыти банею пакибытия (из чего следовало бы, что образ крещения во отпущение грехов употребляется над ними не в истинном, но в ложном значении), тот да будет анафема. Ибо реченное апостолом: единем человеком грех в мир вниде, и грехом смерть: и тако (смерть) во вся человеки вниде, в нем же вси согрешиша (Рим. 5:12), подобает разумети не инако, разве как всегда разумела кафолическая церковь, повсюду разлиянная и распространенная. Ибо посему правилу веры и младенцы, никаких грехов сами собою содевати еще не могущие, крещаются истинно во отпущение грехов, да чрез пакирождение очистится в них то, что они заняли от ветхого рождения»[25]. Правило направлено против пелагиан, отрицавших присутствие Адамова греха в человечестве, и утверждавших, что грех передается лишь через подражание. Православное учение таково: грех Адама, это нарушение послушание, отклонение от здравого рассудка, причина и корень неведения ума и склонности воли к худшему, передающееся всем адамовым потомкам, через действительную и подлинную причастность Адаму.

Еще два правила, свидетельствуют об устоявшейся практике крещения детей и санкциям в случае промедления.

1) Святитель Иоанн IV Постник, Константинопольский патриарх (VI в.) 37 правилом устанавливает сроки епитимии родителям, по чьей вине их ребенок умер некрещеным: «Если, вследствие небрежения родителей, умрет младенец без крещения, то они отлучаются от причастия на три года, довольствуясь за это время сухоядением и умилостивляя Бога коленопреклонениями, плачем и посильною милостынею. Если младенец семи дней от рождения умрет без крещения, тогда родители лишаются причастия до сорока дней, причем должны ограничиться, в течение этого времени, сухоядением и творить ежедневно сорок поклонов»[26]. Никодим (Милаш) замечает: «Это предписание оправдывается, между прочим, еще и тем, что и гражданское законодательство, как древнее, так и новое, карает лиц, допустивших ребенка умереть некрещеным»[27]. Как видим крещение детей, как было указано выше, широко распространилось к VI в. и было охраняемо как Церковью, так и государством.

2) Святитель Никифор Исповедник (758–828), Константинопольский патриарх 38 правилом указывает на необходимость крещения новорожденного младенца в случае опасности: «Когда жена родит, и младенцу, спустя три или пять дней, угрожает опасность, то его надлежит (тотчас) крестить и отдать на кормление другой женщине, крещенной и чистой; мать же его да не входит в помещение, где он находится, и не прикасается к нему, пока не исполнится сорок дней, пока совершенно не очистится и не примет от священника молитвы»[28].

Таким образом, Православная Церковь крестит детей и младенцев, руководствуясь здравым смыслом, подавая им духовную пищу и духовное рождение наподобие телесного рождения и телесной пищи. Также крещение человека, смывает с него первородный грех и возрождает для вечной жизни. Согласие на крещение детей выражают восприемники крещаемого. Отсутствие в Священном Писании прямых указаний на крещение детей и младенцев, при наличии косвенных свидетельств не дает права утверждать отсутствие этой практики. Ранние святоотеческие и канонические свидетельства указывают на существование практики крещения детей и младенцев, ставшей повсеместной к VI в. Литургические памятники (служебники), включают действия, относящиеся к крещению младенцев и детей. Наказания родителям по чьей вине дети умерли некрещеными, накладываемые Церковью и Византийским государством, свидетельствуют о крещении детей и младенцев, как об устоявшейся норме.

Примечания:

1. Из этого видно, что крещение младенцев было в обычае древней Церкви. Слова «возраждаются в Бога» указывают на крещение, как ясно открывается из следующего отрывка.
2. Ириней Лионский, сщмч. Обличение и опровержение лжеименного знания (Против ересей). Спб., 1900. Сс. 174, 284.
3. Ипполит Римский, сщмч. Апостольское предание. // https://azbyka.ru/otechnik/Ippolit_Rimskij/Apostolskoe_predanie/
4. Ориген. Комментарии на послание к римлянам // Библейские комментарии отцов Церкви и других авторов I–VIII в. Новый Завет VI. Послание к Римлянам. Тверь. 2003. С. 203.
5. Киприан Карфагенский, сщмч. Таинства единства Церкви. Сборник писем. М., 2008. Сс. 186, 187, 189
6. Григорий Богослов, свт. Слово 40, 28. На Святое Крещение // Григорий Богослов, свт. Творения. Т. 1. М., 2010. Сс. 475–476.
7. Августин Иппонский, еп. Исповедь. Кн. 1. Гл. 11. 18.
8. Иванов М.С. Грех первородный // Православная энциклопедия. М. 2006. Т. XII. — С. 349.
9. Августин Иппонский, еп. Проповедь. 323. 3.
10. Гаврилюк П. История катехизации в Древней Церкви. М., 2001. С. 260.
11. Кирилл Иерусалимский, свт. Поучения огласительные. 3. 2.
12. Олимпиодор Александрийский. Толкование на книг Иова, 41,9 // PG 93, 441B. Цит. по: Никодим Святогорец, прп. Пидалион: Правила Православной Церкви с толкованиями: в 4 т.: пер. с греч.  T. 3: Правила Поместных соборов. Екатеринбург, 2019.  С. 337.
13. Khs-Burmester O.H.E. The Baptismal Rite of the Coptic Church // Bulletin de la Société d’archaeologie copte. 11 (1945): 27–86. P. 45.
14. Иоанн Диакон. Послание к Сенарию, 7
15. Арранц М. Исторические заметки о чинопоследованиях таинств по рукописям греческого Евхология. Л. 1979. С. 36.
16. Правила Православной Церкви с толкованиями Никодима, епископа Далматинско-Истрийского. Т. 2. М.: СТСЛ. 1996. С. 224.
17. Правила Православной Церкви с толкованиями Никодима, епископа Далматинско-Истрийского. Т. 1. М.: СТСЛ. 1996. Сс. 575–576.
18. Никодим Святогорец, прп. Пидалион: Правила Православной Церкви с толкованиями: в 4 т.: пер. с греч.  T. 2: Правила Вселенских соборов. Екатеринбург, 2019.  Сс. 333–334.
19. Правила Православной Церкви с толкованиями Никодима, епископа Далматинско-Истрийского. Т. 2. М.: СТСЛ. 1996. С. 29.
20. Василики — свод византийского права (XI в.). Составлялся во времена императора Василия I Македонянина (811–886), от которого и получил свое наименование, и его сына Льва VI Мудрого, Философа (866–912). Василики содержали церковное и светское законодательство.
21. Никодим Святогорец, прп. Пидалион: Правила Православной Церкви с толкованиями: в 4 т.: пер. с греч.  T. 3: Правила Поместных соборов. Екатеринбург, 2019.  С. 90.
22. «В самом деле, из души и тела получается одна сложная ипостась, скажем, Петра или Павла, но при этом в ней сохраняются обе полные природы – природа души и природа тела, а равно не смешиваются и их видовые разности и не сливаются их свойства. В ней заключаются отличительные свойства каждой природы: свойства души, которыми она обособляется от прочих душ, и свойства тела, которые обособляют его от прочих тел. но которые нисколько не обособляют душу от тела, а. напротив, соединяют и связывают ее с ним. Вместе с тем, эти отличительные свойства обособляют единую составленную из них ипостась от остальных ипостасей одного и того же вида» (Иоанн Дамаскин, прп. Философские главы (Диалектика). Иоанн Дамаскин, прп. Источник знания. М., 2002. С. 120.)
23. Никодим Святогорец, прп. Пидалион: Правила Православной Церкви с толкованиями: в 4 т.: пер. с греч.  T. 3: Правила Поместных соборов. Екатеринбург, 2019.  С. 91.
24. Правила Православной Церкви с толкованиями Никодима, епископа Далматинско-Истрийского. Т. 2. М.: СТСЛ. 1996. С. 29.
25. Правила Православной Церкви с толкованиями Никодима, епископа Далматинско-Истрийского. Т. 2. М.: СТСЛ. 1996. С. 258.
26. Правила Православной Церкви с толкованиями Никодима, епископа Далматинско-Истрийского. Т. 2. М.: СТСЛ. 1996. Сс. 565–566.
27. Правила Православной Церкви с толкованиями Никодима, епископа Далматинско-Истрийского. Т. 2. М.: СТСЛ. 1996. Сс. 591–592.

Теги

Опубликовано: пн, 13/07/2020 - 18:22

Статистика

Всего просмотров 1,924

Автор(ы) материала

Реклама

Реклама:
Социальные комментарии Cackle