Языки

  • Русский
  • Українська

О тех, кто тайно в нас влюблен

Содержимое

Признание в любви Артема Перлика.

Величайшая из писательских наград – это когда на улице к вам подходит незнакомый человек и сообщает, что ваша книга дала ему возможность пережить мир как красоту и свет и ещё раз понять, что на земле вправду стоит жить и делать то доброе, что он хотел.

Чудесный Рэй Брэдбери говорил, что одной из наибольших радостей его писательской жизни был случай, когда некий юноша после его выступления стал говорить мастеру, что книги Брэдбери дали ему новую надежду жить и видеть.

Люди часто удивляются, как можно смотреть на наш мир и ещё говорить о какой-то там красоте? Но в этом и состоит искусство писателя, чтобы омыть взгляд обращающихся к его книге – как моют грязное окно, чтобы дневной свет был ярче. Сердца людей тоже нуждаются в таком чистильщике окон, которым и выступает писатель.

И другое, что делает писатель в жизни читателей, лучше разъяснить древней притчей.

Жил принц и любил принцессу. Та ждала, что в день её рождения он сделает ей предложение руки и сердца. На праздник от принца действительно пришел долгожданный подарок – принцесса развернула упаковочную бумагу и увидела в коробке обыкновенный деревянный шар. Она возмутилась, разозлилась незначимостью подарка (ведь ожидала другое) и запустила шаром в стену комнаты. Тот распался на две половины, и из него выкатился меньшего размера шар – серебряный. Принцесса заинтересованно подняла его, стала крутить в руках, нечаянно на что-то нажала, шар раскрылся, а в нем был другой, ещё меньший – золотой. На этот раз она внимательнее его разглядывала, нашла место нажатия – и раскрылся золотой шар, а внутри оказалось обручальное кольцо и письмо со словами: «Из любви к тебе»…

Многое в нашем мире, да что там – почти всё! – похоже на такие шары – странные на первый взгляд подарки от Бога, где Он до времени прячет от нас нашу будущую радость в деревянных шарах, а мы кидаем их в стену и не знаем, что Жених нашей души на самом деле нам приготовил. И дело писателя – раскрыть, что нет на земле такой трудности, из которой тайно не лучилась бы наша будущая ошеломляющая радость. Люди не видят её только потому, что редко умеют быть благодарными, а ведь без благодарности невозможно воспринять происходящее как подарок неба. И тут снова помогает наш «чистильщик окон», писатель, который раскрывает сюжет таким образом, что на одну из многих ситуаций нашего мира (раскрытую в книге) у нас получается посмотреть с неба и увидеть, часто впервые, что хотя Господь ведёт нас к радости и не так, как мы себе представляем, это вовсе не значит, что Он не прав. Книга даёт доверие Его мудрости, даёт возможность посмотреть на всё вокруг как на Его странные подарки, подлинный смысл которых мы узнаем со временем, но обрадоваться им можем уже сейчас.

Высокая книга даёт нам в руки и ключ от деревянных шаров – когда мы что-то делаем для других.

Один человек не видел смысла в своей жизни и решил броситься с моста в реку. Когда он шёл к реке, по дороге отдал кошелёк со всеми деньгами встречному нищему. Как только отдал, почувствовал, что смысл жизни вернулся к нему, и пошел домой в радости.

Да и сама высокая книга никогда не создаётся, как пишет Брэдбери, ни ради денег, ни ради моды, ни ради того, чтобы обрести авторитет среди университетских окололитературных умников, которые думают, что знание само по себе, без сердца, может в этом мире сделать что-то подлинное.

Однажды в монастыре Оптина пустынь собирали гуманитарную помощь для детского дома, зашли к монаху Ферапонту. У него ничего не было, кроме одной банки со сгущёнкой, но он подал эту банку с такой жалостью и любовью к детям, что люди поразились и сказали: «Можно оказать гуманитарную помощь всему миру, но быть при этом чёрствым человеком, а можно подать одну банку, но с ней и всю свою любовь».

И умники похожи на тех, кто вываливает на голодного банку варенья вместо того, чтобы покормить его с ложечки. Много не надо – хватит и банки сгущёнки, чтоб накормить, так и всего лишь одного стиха Рильке или Уитмена, приправленного жалостью, хватило бы, чтоб утешить. Но умник предпочитает просто сообщить, что он читал что-нибудь из Хайдеггера…

От такого отстраненного от подлинности отношения и лечит книга. Впрочем, она лечит только тех, в ком есть хотя бы малое созвучие с ее красотой, или красотой неба.

Как пишет умник, претендующий на учёную степень? Он пересыпает речь осторожными «с одной стороны, можно подчеркнуть», «с другой стороны, стоит обратить внимание» и при этом страшно боится сказать что-то светлое и стоящее, так как его коллегам такие речи не кажутся модными. Следующий за Духом Святым поэт пишет не так. Он смело приводит в мир красоту, он указует на истину, а когда цитирует Шекспира и Данте, то все видят, что эти высокие слова гениев живут в его сердце, соприродны ему и продолжаются в нём – для чего и существует великое – чтобы каждый открытый красоте мог расти в ней и умножить её.

И третье, что делает книга для читателя, – позволяет ему прикасаться ко всей существовавшей ранее красоте, проявить таким образом эту всемирную отзывчивость к прекрасному и увидеть, что из всех высоких книг сияет всё тот же свет Господень.

Один далёкий от Церкви человек в течение многих лет претерпевал дома боль. Побои, издевательства, оскорбления. И так было каждый день. Но он говорил себе: «Пусть в моём доме не играют флейты, но есть ведь в мире места, где флейты играют». Флейты были для него образом красоты, несмотря на все существующее в мире. Он осознавал свою многолетнюю боль как дар, в том смысле, что именно он её терпит, а его друзья живут хорошо. Осознание боли как жертвы давало ему силы жить. А потом Господь привёл его в Церковь. Но и на своём долгом пути к храму он черпал силы в том сиянии, которое так много звучит в мудрых книгах о Господе. «Плохо» не бывает навечно, у Бога для всех приготовлена радость – вот один из светлых уроков книжной мудрости. Он дарит надежду добрым. И писатель – тот же чистильщик окон, который помогает опечаленным увидеть свет.

Люди созданы для единения и единства. Люди созданы для великого и светлого «Вместе». Но грех разделяет их, и они не ощущают этого изначального родства. Поэт же, писатель может благодаря данному ему дару ощутить, что люди – братья. Как говорил Осип Мандельштам: «Я в каждого тайно влюблён».

Поэт видит, что связь людей много глубже, чем это открывается при поверхностном взгляде. Мы все очень влияем друг на друга состоянием своей души и строем своей жизни. Мы участвуем и в радости, и в горе других. И в их спасении, и в их гибели. Об этом напишет святой Иустин Сербский: человек Церкви, становясь светлее, и другим облегчает путь к свету. Искажаясь же, он и других увлекает в падение.

И ещё одно. Как сказано в древнем англосаксонском стихотворении «Морестранник»:

Ибо нет под небом
Столь знатного человека…
Чтобы он никогда не думал
О дальней морской дороге…

Эта морская дорога – ещё и образ вечности, которая светом небесным вливается во времена нашей жизни и зовёт к высоте и красоте.

Нужно хоть в чём-то коснуться Духа, чтоб понять, как нам нужен Бог.

Но такое касание возможно лишь для тех, кто хоть немного похож на Бога, а мера этой похожести есть – мера нас для других.

Когда где-нибудь звучит истина, человек слышит в ней только то, до чего он возрос, а часто и не слышит вообще. Тот же, в ком живёт истина, может передать её даже молчанием, присутствием или несколькими словами. Например: «Детки, любите друг друга!»

А помочь расслышать голос истины, такой тихий на ветру скучных и серых помыслов, продувающих сердце, может «чистильщик окон», настоящий писатель, который умножает своим трудом красоту таким образом, чтобы все, кто тянутся к свету, сумели через его труды расслышать голос Господень, обращённый к каждой нашей кажущейся неудаче и ко всему, что случается с нами. И голос этот произносит всего три слова: «Из любви к тебе!»

Артем Перлик

Теги

Опубликовано: пт, 02/03/2018 - 11:50

Статистика

Всего просмотров 27

Автор(ы) материала

Реклама

Реклама:
Социальные комментарии Cackle