Церковь в годы Великой Отечественной войны. Ч.2

Продолжение.
Читайте также: Церковь в годы Великой Отечественной войны. Ч.1

Гитлеровцы провозглашали: «Германия превыше всего!». Где нация «превыше всего» - превыше христианства с его этическими законами и антропологическим универсализмом, превыше постулатов морали и норм человеческого общежития, «выше всего, называемого Богом или святынею» (2Фесс. 2:7), выше ВЕРЫ, НАДЕЖДЫ, ЛЮБВИ. Там национализм превращается в нацизм, а патриотизм – в шовинизм и фашизм.  

Шла в Бабий Яр колонна измученных, избитых людей. Были в этой колонне и священники

Угрюмый осенний день. Скорбной дорогой смерти под конвоем немцев и полицаев шла в Бабий Яр колонна измученных, избитых и голодных людей. Были в этой колонне и православные священники, приговоренные к смерти. Среди смертников был и архимандрит Александр (Вишняков).
Рассказ о его трагической смерти записан по свидетельству очевидцев, чудом избежавших смерти: «Колонну разделили. Священников отвели вперед к краю обрыва. Архимандрита Александра вытолкали из общей группы и отвели метров за 30. Несколько автоматчиков бесстрастно и четко расстреляли группу священников. Затем украинские полицаи в вышитых сорочках и повязках на рукавах подошли к о.Александру и заставили раздеться его донага. В это время он спрятал в рот свой нательный крестик. Полицаи выломали два дерева и сделали из них крест. Пытались распять батюшку на этом кресте, но у них ничего не получалось. Тогда вывернули ему ноги и колючей проволокой за руки и ноги все же распяли на кресте. Затем облили бензином и подожгли. Так, горящим на кресте, его сбросили в обрыв. Немцы же в это время расстреливали евреев и военнопленных».
Правду о гибели своего отца Гавриил Вишняков узнал от владыки Пантелеимона (Рудыка) в декабре 1941г. 

Сущность идеологии расового превосходства и гипертрофированного национализма гениально показал режиссер Михаил Ромм в киноэпопее «Обыкновенный фашизм». В этих распахнутых ужасом детских глазах – укор всему человечеству. Перефразируя Ф.М. Достоевского, сказавшего о непомерной цене слезы одного ребенка, как тут не вспомнить один из приказов Гитлера, где говорилось: «Принимая во внимание жестокие бои, происходящие на фронте, приказываю: позаботиться о донорах для офицерского корпуса армии. В качестве доноров можно использовать детей как наиболее здоровый элемент населения. Чтобы не вызывать особых эксцессов, использовать беспризорных детей и воспитанников детских домов».

Автокефальное раскольническое движение: кому и зачем это было выгодно?

Между тем немецкая власть своим прямым вмешательством в дела Церкви сознательно обостряла и без того непростую ситуацию в украинском Православии. Она зарегистрировала как равноправные две конфессии: Автономную Православную Церковь, которая основывала свое каноническое положение на решениях Поместного Собора 1917-1918 гг., а также автокефальную, базировавшуюся на движении раскольников-самосвятов Липковского В. Главой Автономной Церкви в каноническом окормлении РПЦ стал архиепископ Алексий (Громадский), которого Архиерейский Собор в Почаевской Лавре утвердил в сане митрополита-экзарха Украины 25 ноября 1941 г.

В Украине утвердилось церковное двоевластие, поскольку по благословению Блаженнейшего Митрополита Сергия (Страгородского) послушание экзарха исполнял митрополит Киевский и Галицкий Николай (Ярушевич). В 1943 г. Владыка Сергий был избран Святейшим Патриархом Московским и всея Руси.

Рейхскомиссариат «Украина» во главе с палачом украинского народа Эрихом Кохом, следуя указаниям А.Розенберга о поощрении антирусских настроений среди населения, поддержал автокефальное раскольническое движение. Розенберг отправил в Украину директивное письмо от 13 мая 1942 г. с прямым указанием на то, что украинцы должны иметь свою церковную структуру, антагонистическую РПЦ.
Однако многие епископы автокефальной раскольнической церкви чувствовали «неполноценность» своего канонического статуса. Сводки немецкой службы безопасности СД сообщали, что 8 октября 1942 г. в Почаевской Лавре произошла встреча митрополита Алексия (Громадского) с двумя епископами-автокефалистами, во время которой состоялась договоренность об объединении. Но подавляющее большинство иерархов Автономной Украинской Церкви отвергли этот план, полагая, что в этом случае автокефалия получит контроль над Автономной УПЦ.

Архиепископ Львовский и Галицкий Августин (Маркевич) пишет в Вестнике пресс-службы УПЦ №44, 2005 г.: «Влияние автокефалистов и автономистов в различных областях Украины распределялось неравномерно. Подавляющее большинство православных в Украине оставалось в лоне Автономной Церкви. На Волыни, где находились оба церковных центра, Автономная Церковь имела безусловное преобладание в районах, расположенных вблизи Почаевской Лавры. Опорой автокефалии были северо-западные районы. На Левобережной Украине всюду, за исключением Харьковской епархии, преобладали сторонники Автономной Церкви».

В Киеве автокефалию прихожане не приняли. Киевляне всегда отличались высокой канонической дисциплиной. Когда советская власть всячески поддерживала липковцев-самосвятов, обновленцев, «живоцерковников», представляющих собою, по сути, неопротестантизм «восточного обряда», киевляне просто не ходили в их храмы. Так радикально «проголосовали ногами» против их неправды.

18 декабря 1941 г. митрополит Алексий (Громадский) назначил в Киев архиепископа Пантелеймона (Рудыка). Однако представители коллаборационистов  в Городском управлении  и создали т.н. «украинский церковный совет», начали угрожать архиепископу Пантелеймону и требовать перехода в их раскольнический лагерь. Они выделили автокефалам-раскольникам три храма.

Это все, что можно было на то время сделать, поскольку киевляне негативно воспринимали идею автокефалии. Владыка Пантелеймон имел под своим омофором 28 храмов, в том числе Софийский Собор, и у него служили известные пастыри, такие как священник Алексий Глаголев и священник Георгий Едлинский – сыновья священномучеников, высокоавторитетные пастыри и духовники. Таким образом, паства не повиновалась «чуждому гласу» (Ин.10:5), предпочитая настоящих священников, а не восхитившим дерзостно такое себе право.

Вопиющим нарушением церковных норм и традиций стало насаждение оккупационным режимом григорианского календаря. В качестве одного из свидетельств приводим бюллетень полиции безопасности и СД от 21 сентября 1942 г.: «В середине декабря 1941 г. некоторые коменданты местностей (в Струге и в Острове), ссылаясь на предписание вышестоящей инстанции, потребовали от православных совершать все церковные праздники, а также Рождество, по григорианскому стилю. Это требование вызвало среди верующих бурю негодования: «Такое насилие над Церковью не совершали даже большевики…Мы не покоримся…». Священник, не желая ни нарушать церковного порядка, ни вступать в конфликт с немецкими властями, должен был покинуть Струги. После этого местный комендант распорядился привести священника из соседнего селения и заставил его проводить рождественское богослужение по григорианскому календарю… В тот день не было прихожан, а те немногие, кто из боязни перед комендантом присутствовали на богослужении, были очень расстроены и сконфужены».

 

Опубликовано: чт, 07/05/2015 - 14:43

Статистика

Всего просмотров 46

Автор(ы) материала

Реклама

Реклама:
Социальные комментарии Cackle