Языки

  • Русский
  • Українська

Арианские споры. Ч. 4. Как принимали Символ Веры?

Содержимое

Как удалось, в конце концов, принять Никейский Символ Веры, чьё слово оказалось «последним» в дискуссиях вокруг Символа, и какую роль в арианских спорах сыграл этот Символ?

В.Суриков. Первый Вселенский Собор

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Арианские споры. Ч.1

Арианские споры. Ч.2. Богословие и политика

Арианские споры. Ч.3. Никейский Собор, или Как преодолеть раскол?

«Когда отцы собора выставляли взятую из Писания формулу, арианствующие охотно соглашались на нее, но вкладывали в нее свой смысл. Так, отцы собора первоначально остановились на формуле «Сын от Бога» и ариане заявили полное согласие на нее, прибавив только со своей стороны, что и все другое от Бога, потому что един Бог, из Него же вся (1 Кор. 8, 6). Тогда защитники Православия обратились к выражению Апостола, в котором Сын именуется силою Божией, и ариане опять с готовностью приняли его; и прузи (гусеница) — говорили они, — называются силою Божией. Не помогла отцам собора и более точная формула апостола, что Сын есть сияние славы и образ ипостаси Отца, так как оказалось, что и ο простых людях Писание употребляет те же самые выражения» (А.А. Спасский. «История догматического движения в эпоху вселенских соборов»).

Таким образом можно было «полемизировать» до бесконечности... Было очевидно, что если не предпринять радикальных мер, то новый большой раскол — вопрос времени.

Арий, политтехнолог

Ариане, конечно, не настаивали, чтобы их убеждения стали обязательными для всех православных; на словах ариане выступали за «свободу мнений». Профессор А.А. Спасский утверждает: «В сущности, едва ли ариане и на самом деле стремились когда-либо сделать свое учение общеобязательным в Церкви. Это были богословы-либералы, в догматических вопросах видевшие не предмет веры, а область научного исследования. Все, чего они хотели добиться, состояло в том, чтобы обеспечить свободу этого исследования от всяких внешних предписаний и предоставить его собственным усилиям и усмотрению каждого христианина».

Да, на словах ариане были весьма либеральными, ратовали за свободу мнений и другие приятно звучащие вещи. Однако на деле всё было иначе. В действительности ариане были упрямыми, умелыми, хитрыми, талантливыми политиками, которые гнули свою линию, не особо разбираясь в средствах. Профессор М.Э. Поснов приводит письмо Александра Александрийского, в котором святитель описывает арианские методы ведения «научной дискуссии»: «В посланиях епископа Александра есть указания на насилия, которым он подвергался. «Мы подвергаемся их (т.е. ариан) насмешкам, пишет он, ежедневно воздвигают против нас возмущения и гонения: то влекут нас в судилища, по жалобам беспорядочных женщин... то бесславят христианство» (Феодорит. Ц. История I, 4 (рус. пер. 18))».

Одновременно с политической борьбой, ариане боролись и за умы христиан, и тут проявляя изрядное коварство. Понимая, что простонародье не станет вдаваться в богословские тонкости, еретики излагали положения своего учения в «популярной форме». Тут опять уместно будет процитировать М.Э. Поснова: «Арий... написал «корабельные, мельничные и путевые песни» и другие подобные сочинения и придавал им напевы, «чтобы приятностью напева увлечь людей неопытных к своему нечестию»».

Кстати, обратите внимание, ведь очень «современные» методы борьбы — придумывание складных и легко запоминающихся кричалок и песенок для соратников, насмешки над оппонентами в СМИ, «чёрный пиар», организация «стихийных возмущений»... Живи Арий сегодня, он наверняка стал бы отличным политтехнологом и в этом качестве, несомненно, прославился бы.

Символ владыки Евсевия

Епископ Евсевий Кесарийский

Так что было ясно: Собору необходимо составить список положений, которые должен принимать человек, желающий называться христианином. Нужен был Символ Веры, с которым согласится большинство присутствующих на Соборе владык. Такой Символ представил епископ Евсевий Кесарийский, которого профессор А.П. Лебедев в своём сочинении «Вселенские соборы IV и V вв.» называет «открытым вождём партии так называемых полуариан». Это был тот самый Евсевий Кесарийский, который председательствовал на оправдавшем Ария соборе в Палестине.

Есть разные мнения по поводу того, был ли владыка Евсевий сторонником арианского учения или же он просто был нетвёрд в догматических понятиях. Так или иначе, символ, составленный владыкой Евсевием, был изложен максимально нейтрально, спорный пункт о Божестве Иисуса Христа в нём был выражен так: «веруем во единого Господа Иисуса Христа, Божие Слово, света от света, жизнь от жизни, Сына единородного, перворожденного всей твари, прежде век от Отца рожденного». Такая формула устраивала бы и сторонников, и противников Ария. Однако сформулированный таким образом Символ Веры в будущем мог стать причиной новых распрей и расколов, поскольку арианства он не устранял.

Ариане вполне могли соглашаться с этим Символом, они ведь не спорили с тем, что Сын был рожден Отцом «прежде всей твари», они только настаивали, что и Сам Сын — тварь. А вот это утверждение ариан в новом Символе Веры никак не опровергалось. Тем не менее, именно сочинение Евсевия Кесарийского стало основой Никейского Символа Веры. Правда, с некоторыми изменениями. Самым важным изменением стало добавление в пункт об Иисусе Христе слова «ὁμοούσιος», «единосущный» (то есть, сущность Сына такая же, как и сущность Отца). А с таким дополнением Символ превратился в чёткое и прямое опровержение измышлений Ария.

Почему так важен термин «единосущный»?

Идея дополнения принадлежала самому императору Константину.

Император Константин Великий

Видимо, император понял, что арианство — не просто следствие абстрактных умствований учёных богословов. Стало ясно, что если идеи Ария восторжествуют, то само христианство станет не религией, а скорее философией с религиозным оттенком, учением об этике и общей нравственности. Ведь если признать, что Арий был прав и Христос не является Богом, источником жизни, спасения, бессмертия, значит придётся признать, что и слова Христа — не Откровение, не Высший Закон, а просто, скажем так, рекомендации умного человека, которые можно выполнять, а можно и не выполнять. Профессор А.А. Спасский констатирует: «В непонятных нам и чуждых по форме бесконечных рассуждениях ο сущности и ипостаси решался радикальный вопрос не только ο будущем христианства, но и ο судьбе всякой верующей души. Поэтому-то и вопросы ο Божестве Сына Божия, затрагивавшие самую интимную сторону верующей души, обсуждались на площадях и рынках».

И Константин решил этот радикальный вопрос в пользу противников арианства, настояв на добавлении термина «единосущный» в Символ Веры. Несомненно, тут сыграли роль советы святителя Осия, епископа Кордовского, с которым император всегда совещался, когда речь заходила о вопросах веры и религии.

Святитель Осий

М.Э. Поснов пишет: «Что именно Осий Кордовский, стоявший за спиною императора, имел в данном деле решающее значение, – это видно из слов св. Афанасия, что «Осий изложил в Никее веру». Для ариан чрез внесение указанных терминов создавалось непреодолимое затруднение, но они должны были согласиться».

В конечном итоге, Собор принял следующий Символ Веры:

«Веруем во Единаго Бога Отца Вседержителя, видимым же и не видимым Творца.И во Единаго Господа нашего Исуса Христа, Сына Божия, рождена от Отца единочадна, сей же есть от существа Отча: Бога от Бога, Света от Света, Бога истинна от Бога истинна, рожденна, а не сотворенна, единосущна Отцу, имже вся быша, яже на небеси и яже на земли, нас ради человек, и за наше спасение сошедша и воплощшася и вочеловечьшася, и страдавша, и в третий день воскресша, и восшедша на небеса и паки грядуща судити живым и мертвым.

И в Духа Святаго.

Глаголющия же, бе время егда не бысть, и яко от несущих бысть, или от иного состава, или существа, или преложна, или пременна Сына Божия, таковыя проклинает Соборная и Апостольская Церковь. Аминь».

[Веруем во Единого Бога Отца, Вседержителя, Творца всего видимого и невидимого. И во Единого Господа Иисуса Христа, Сына Божия, Единородного, рожденного от Отца, то есть из сущности Отца, Бога от Бога, Свет от Света, Бога истинного от Бога истинного, рожденного, несотворенного, Отцу единосущного, чрез Которого все произошло как на небе, так и на земле. Ради нас человеков и ради нашего спасения нисшедшего, воплотившегося и вочеловечившегося, страдавшего и воскресшего в третий день, восшедшего на небеса и грядущего судить живых и мертвых. И в Духа Святого.

Говорящих же, что «было время, когда не было (Сына)», и «до рождения Он не существовал» и что Он произошел «из несущих», или утверждающих, что Сын Божий «из иной ипостаси» или «сущности», или что Он «создан», или «преложим», или «изменяем», таковых анафематствует кафолическая и апостольская Церковь. — перевод на русский.]

Как видим, в заключительной части Никейского Символа содержатся явные выпады против всех утверждающих, будто «было время, когда не было Сына, или что Он не был прежде рождения и произошёл из несущего, или утверждающих, что Сын Божий из иной ипостаси или сущности, или создан, или изменяем», то есть упорствующим в арианстве прямо пригрозили проклятием. Для ариан это, несомненно, был весьма неприятный «сюрприз». Они не ждали от Собора подобной «радикальности». А император был ещё «радикальнее». Он, по словам Э. Созомена, «объявил, что всякий, противящийся догматам веры, как нарушитель Божественных определений, будет наказан ссылкою». Так что государственная власть в вопросе об арианстве была солидарна с Церковью, это сделало положение ариан и вовсе «аховым».

Итоги Собора. Суровость Константина

Император Константин сжигает арианские книги

Арий от своих заблуждений отречься не пожелал. Для него, видимо, его учение стало делом всей жизни, отречение означало бы позор и полный отказ от любых амбиций на церковном поприще. А на это болезненно самолюбивый Арий пойти не мог. Мятежного пресвитера поддержали епископы Феона Мармарикский и Секунд Птолемаитский (которых профессор А.А. Спасский охарактеризовал следующими словами: «они были епископами отдаленнейшей провинции Египта, не пользовались никаким влиянием в Церкви»). Всего двое владык из 320-ти церковных иерархов, присутствовавших на Соборе. Это был настоящий разгром. Ещё трое епископов — Евсевий Никомидийский, Феогнис Никейский и Марий Халкидонский — приняли Никейский Символ Веры, но отказались подписаться под анафематизмами на «всякую безбожную ересь» и на арианство, учившее о тварности Сына. Евсевий Никомедийский, с самого начала арианских споров всячески поддерживавший и опекавший Ария, предпочёл отправиться в ссылку, но не сознался в собственных заблуждениях. Печальный пример того, как гордыня и тщеславие могут затуманить разум даже очень образованного и проницательного человека (а владыка Евсевий славился по всему Востоку своей образованностью и своим умом).

Эрмий Созомен пишет об итогах обсуждения арианства на Вселенском Соборе: «Собор отлучил Ария вместе с единомышленниками и положил не принимать его в Александрии. Мало этого, он запретил и те самые выражения, в каких высказывались его мнения, и книгу его об этом предмете... Царь назначил Арию ссылку и, как всем епископам, так и народу письменно повелел считать его и единомыслящих с ним за людей нечестивых и, если найдется какое-либо написанное ими сочинение, предавать его огню, так чтобы о нем и введенном от него учении, даже и помину не было. А кто будет замечен в утайке, кто тот час же не объявит и не сожжет, тот в наказание подвергнется смерти и уголовной казни. Разослал он по городам и другое послание против Ария и его единомышленников. Евсевию же и Феогнису повелел выехать из городов, в которых они епископствовали. А Церкви никомидийской написал, чтобы она держалась веры, переданной Собором, чтобы в епископы избирала православных и им повиновалась, упомянутых же предала забвению; и кто будет хвалить их или согласно с ними мыслить, тому угрожал наказанием... По силе этой царской грамоты, как Евсевий, так и Феогнис лишены церквей, которыми они управляли; никомидийскую Церковь принял в свое управление Амфион, а никейскую - Христ».

Казалось, арианство было окончательно повержено. Сам Константин в письме к Александрийской Церкви радуется: «Что ни злоумышлял против нас диавол, все теперь уничтожено в самом основании; двоедушие, расколы, смертельный яд несогласия — все это победила светлая истина; то, что единогласно признано тремястами святых епископов, есть ничто иное, как мысль Самого Сына Божия»... Однако, на самом деле, битва с арианской ересью только начиналась...

Продолжение следует...

Список использованной литературы:

Спасский А.А. «История догматического движения в эпоху вселенских соборов». Издание второе. — Сергиев Посад, 1914.

Эрмий Созомен «Церковная история». — СПб., 1851.

Православная энциклопедия под редакцией Патриарха Московского и всея Руси Кирилла. Электронная версия. http://www.pravenc.ru/

Бриллиантов А.И. К вопросу о философии Эригены к истории арианского спора. Происхождение монофизитства. Труды по истории древней Церкви. — Спб., 2006.

Поснов М.Э. «История христианской Церкви (до разделения церквей в 1054)». — София, 1937. (электронная версия)

 

 

Опубликовано: ср, 11/03/2015 - 09:27

Статистика

Всего просмотров 69

Реклама

Реклама:
Социальные комментарии Cackle