Беда Достопочтенный

Бе́да Достопочте́нный (лат. Beda Venerabilis) – православный святой и монах обители Ярроу (в некоторых вариантах – Джарроу) в англосаксонском королевстве Нортумбрия. Годы жизни: 672 – 26 мая 735. Прозвище Беды – Достопочтенный – известно из эпитафии IX века, по преданию, указанной Ангелом. Так Беду упоминает и Алкуин. 

В Средневековье этот учёный монах чтился вместе с Блаженным Августином и Григорием Великим. 

В 1978 году Беда был канонизирован митрополитом Антонием Сурожским, является местночтимым святым Сурожской епархии. 

Беда оставил после себя много трудов. Писал он в основном на латыни, оставив на этом языке около сорока произведений, причём не только по вопросам богословия и жизни Церкви, но и по таким наукам, как грамматика и риторика. Беда был не только не чужд научных знаний, но и всячески старался умножить их. 

Беда – ещё один пример удивительного святого, который говорил:  «Для меня было наслаждением учиться, или учить, или писать». 

При этом в отношении знания, пришедшего от язычников, он предостерегал людей, чтобы в их сознании античное красноречие постепенно не вытеснило Бога. Беда вовсе не запрещает чтение античных авторов и далее говорит, что человек просто должен иметь силу преодолеть соблазн поставить искусство выше Творца. То есть святой предупреждает об опасности сделать что-либо в своей жизни более важным, чем Бог. Идеал для Беды – это учёность, которая своим устремлением смотрит на Христа. 

Беда считал, что хотя читателю и важно избирательно относиться к чтению, но ему же и нужно извлекать пользу из сочинений мирских авторов. 

При этом святой много призывает к осторожности в чтении языческих авторов, чтобы читатель, усваивая добрые мысли, не постиг и мысли ложные, отличая одно от другого. 

Беда пишет трактаты о риторике и стихотворной метрике, разбирает ту метрику, которая в Средневековье пришла на смену античной и здесь выступает как литературовед. 

В трактате «Об искусстве метрики» он пишет о слогах, стопах, стихотворных размерах,  ритме и трех родах поэзии. 

Исследователь его жития Мария Ненарокова отмечает: «Круг чтения Беды был для того времени необыкновенно широк и включал в себя произведения не только западных, но и восточных отцов Церкви». Он постоянно читал Писание и труды отцов, а также составлял комментарии к Ветхому и Новому Завету, чтобы недавние язычники саксы могли по-настоящему понять смысл Библии, исходя из культурного контекста древности, когда создавалась Книга книг. 

По свидетельству Катберта, Беда и на смертном одре не оставлял ученых занятий, отвлёкшись от диктовки комментариев только за несколько минут до смерти. 

Святой интересовался всеми современными ему науками: физикой, астрономией, метеорологией, музыкой, хронологией, историей, математикой, риторикой, грамматикой, метрикой. Во всех этих областях он не только собирал знания, но и стремился дополнить изученное либо дать мудрое толкование прочитанному. 

Уже в старости, когда Беда плохо видел, несколько завидовавших его мудрости и дару слова людей, чтоб насмеяться над святым, привели его в каменоломню и сказали, что он в храме, где народ ждёт его слов. Простодушный святой заговорил, а насмешники хихикали и перемигивались, но когда он окончил проповедь, камни ответили ему: «Аминь, преподобный отче!». 

И так всегда бывает ещё со времён Сократа, который сказал своим судьям, что они напрасно думают, будто убивая добрых, удержат их от порицания совершаемого злодеями зла. Истина и красота могут подвергнуться осмеянию и поруганию, но и все злодеи, умники, люди формы и эгоисты мира не в силах скрыть даже от камней и животных, что они злы и что лишь добрый может по праву считаться человеком. 

Христианство, придя в Англию, не отменяло целиком старые порядки, но для желающих наполняло всё новым смыслом. Саксы и германцы чтили героя, вся культура германцев варваров связана с понятиями доблести и героизма. И теперь новым героем становится подвижник и святой. 

Все эти изменения в общественном и индивидуальном сознании отражала литература. Героизм нового типа выражает себя в житийной литературе, но не только. «Церковная история Англов» Беды Достопочтенного – труд историософский. Тут осмысливается место англов среди других народов земли, выражается идея, что хотя англичане и юный народ, но они смогли уже принести Христу своё приношение – святых своего народа. Эти святые и осмысливаются как новые герои. Они не сражаются с врагами мечом, однако ведут постоянное сражение с самими собой и со злом вообще. И эти победы более важны, чем победы в битвах, потому что состояние души в конечном итоге более важно, чем земные дела, хотя они и приводят к исходному состоянию души. Многих святых и подвижников описывает в своём труде Достопочтенный Беда. Саксы этого периода (во многом наставляемые в вере кельтскими миссионерами) не знали ещё феодально-рыцарских отношений в том виде, в котором они придут в Англию после 1066 года, то есть после завоевания Вильгельма. Тут (в новом, христианском восприятии англичан) героем может стать каждый, кто только имеет жертвенное расположение и хочет потрудиться ради умножения Неба. Благородное происхождение совсем не обязательная черта героя.

Беда Достопочтенный хотел, чтобы люди могли услышать голос Бога, и для этого перевёл Библию на древнеанглийский (на нём говорили англичане – это английский до завоевания Англии норманнами).

Беда создал одну из первых историй Англии – «Церковную историю народа англов», за что его прозвали «отцом английской истории». В Реформацию, когда людей волновали иные богословские вопросы, значение святого как богослова отошло на второй план, но и католики, и протестанты читали его как историка, причём и те и другие старались авторитетом Беды прикрыть и оправдать свои взгляды и ниспровергнуть противника. Для достижения такого эффекта история этого средневекового инока и теми и другими перетолковывалась в угоду различным интересам.

О своих родителях Беда нигде и никому не упоминает, и нам остаётся только гадать, вызвано ли это его молчание скромностью или детскими психологическими травмами, подобно как у другого православного западноевропейского святого – Гонората Арелатского, над которым в детстве и юности много издевался родной отец, не умея вынести непохожесть необычного сына на других жителей окрестности.

Некоторые учёные считают, что Беда был знатного происхождения, но другие, столь же авторитетные исследователи, указывают на его низкое (простой инок) положение в монастырской иерархии обители Ярроу, а в те времена люди знатного (особенно королевского) происхождения быстро достигали сана аббата или епископа. Такое распределение церковных должностей было свойственно Средневековью, где простолюдину было почти невозможно занять высокое положение в церковной иерархии, ведь Средние века существуют в иерархии сословий и представитель одного сословия крайне редко переходил в другое, хотя и такое примеры были. Допустим, любой рыцарь имел право посвятить в рыцари любого человека, заслужившего эту честь. По аналогии с тем, как всякий крещёный христианин может крестить другого человека. Рыцарство воспринималось тогда чем-то вроде таинства, и через посвящение всякий простолюдин мог стать аристократом – перейти из третьего сословия во второе. Конечно, англосаксонская Нортумбрия времён Беды не знала рыцарства, пришедшего в Англию лишь с норманнским завоеванием 1066 года. Я привел этот случай как пример перехода из одного сословия в другое, и такие примеры, (как пишут такие видные историки специалисты рыцарской культуры, как Доменик Бартелеми или Франко Кардини) случались, хотя и не часто, до самого конца рыцарской эпохи.

Можно, наверное, допустить, что Беда, придя в обитель, скрыл своё знатное происхождение, как это делали и некоторые подвижники Востока, но это всего лишь предположения, а точных данных о его юности и происхождении историки не имеют.

И всё же Беда перед нами, в своих трудах и писаниях. Он из тех великих людей, для кого нет противопоставления светской учёности и учёности веры, для него, как для Григория Богослова, красота и глубина любой науки есть свет красоты Господней. Потому он пишет не только о богословии, но и о грамматике, риторике, создаёт труд по истории Англии.

Все науки для него лежат в Боге, и он, вслед за святыми отцами каппадокийцами, усматривает во всей мировой красоте и мудрости славу Божью.

Возможно, потому Беда и выбрал для поселения Ярроу, что в этой обители была весьма большая (по мерке раннего Средневековья) библиотека, где хранился даже полный текст Библии. В Ярроу существовал и скрипторий, где грамотные иноки делали копии с библейских книг и некоторых сочинений отцов.

Беда знал древнеанглийский, латинский и греческий языки и, очевидно, владел и ирландским. В то время ирландское монашество было сосредоточием европейской учёности, и когда император Карл Великий задумает возродить образование и книжное знание, он пригласит ко двору именно ирландцев, чьи усилия (Каролингское возрождение) повлияют вскоре на появление первых в Европе университетов.

Беда читал труды блаж. Иеронима Стридонского, Блаж. Августина, св. Григория Великого, св. Амвросия Медиоланского, св. Киприана Карфагенского, из восточных: св. Василия Великого, св. Григория Богослова, св. Афанасия Великого. Известные Беде жития святых принадлежали перу св. Афанасия Великого, Павлина Ноланского, Сульпиция Севера, Поссидия. Упоминал он «Гомилии» Оригена и Григория Назианзина. Он читал исторические труды Иосифа Флавия, Григория Турского, Марцеллина Комита, Евтропия, Орозия, Евсевия Кесарийского.

Читал Беда и поэзию тогдашних христианских поэтов, а в молодости и Вергилия, которого вообще чтили христиане, так как Вергилий, будучи язычником, за несколько десятилетий до Рождества Христова написал своё знаменитое поэтическое пророчество-ощущение, что скоро старый век сменится новым и мир будет исправлен Богом.

Потому и в «Божественной комедии» Данте Вергилий является провожатым поэта по загробному миру.

Беда любил мир как творение Творца и не стремился выставить себя знатоком всего. К нему нередко обращались за советом, но он имел мудрость не решать те вопросы, в которых не был сведущ. А в своём комментарии к Книге Царств он писал о двух женах Саула: «Как может судить об этом тот, кто не был женат даже на одной?».

В конце жизни Беда заболел, но даже и тогда не оставил учёных трудов, диктуя перевод Евангелия от Иоанна на древнеанглийский язык.

Алкуин позднее рассказывал о Беде, что тот и в болезни не хотел пропускать храмовую службу и приходил петь на клирос. Его спросили, зачем он так мучает себя и теряет остатки здоровья, и он сказал: «Я знаю, что Ангелы посещают канонические часы и собрания братьев; что, если они среди братьев не найдут меня? Разве не станут они спрашивать, где же Беда? Почему же он не пришёл для положенного служения вместе со своими братьями?»

Беда болел 50 дней и умер 26 мая 735 года, в праздник Вознесения Господня. Кутберт пишет, что Беда перед смертью продиктовал свой последний стих –   «предсмертную песнь Беды» на древнеанглийском языке.

Приведём эти стихи, созданные в классической традиции древнеанглийской поэзии. 

Никто, в дорогу 

собирающийся поневоле, 

заиметь не может 

мудрость большую, 

когда он думает, 

уходящий отсюда, 

зло сулит 

или благо 

суд над его душою, 

что свершится по смерти.

Труд святых не оканчивается смертью: и на земле, и на Небе он имеет продолжение. Алкуин, привезя тексты Беды франкам, познакомит континентальную Европу с этим подвижником, мыслителем. 

Нечто особо важное есть в том, что за несколько минут до смерти святой Беда превращает молитву в стих, желая не просто сказать Христу всё своё, но воспеть, восславить, воздать, для чего и существует поэзия. 

И тут уместно будет вспомнить фрагмент из древних восточных патериков о том, что значит и почему совершается песня: «Один брат, посетив авву Евлогия, сперва поздравил его с тем, что тот соблюдал обет молчания уже в течение трех лет. Затем он обязал его говорить, и авва Евлогий произнес:  

– Мое молчание немногого стоит. Да, действительно, младенцы кричат, мирские люди болтают, монахи молчат, но святые – поют!»

Артём Перлик 

Опубликовано: Fri, 26/06/2020 - 18:53

Статистика

Всего просмотров 1,403

Автор(ы) материала

Реклама

Реклама:
Социальные комментарии Cackle