Иоанн Лествичник и «Исповедь бывшей послушницы»

Содержимое

Протоинфо

В интернет-пространстве бурно обсуждается книга Марии Кикоть «Исповедь бывшей послушницы», в которой автор описывает свой опыт проживания в монастыре. Опыт этот, как следует из книги, весьма плачевный: Мария Кикоть поведала о вещах, совершенно далеких от того, чему нас учит Евангелие – унижение человеческого достоинства, эксплуатация, доносительства… Те, кто обсуждают эту книгу, поделились на два враждующих лагеря – ярых сторонников Марии и ее ярых противников. Нет смысла упоминать, что враги Церкви разных мастей тут же взяли эту книгу на вооружения для информационной войны с Церковью.

Но означает ли это, что Мария Кикоть – обычная участница антицерковной пропаганды, как утверждают защитники Православия? Не знаю, не факт. У меня лично нет возможности проверить правдивость описанного ей – не наряжаться же мне в женское платье и не становиться послушницей этого монастыря. Может быть, Мария присочинила тут что-то от обиды, а может быть, написала чистую правду – мне лично она показалась искренней.

Могло ли быть?

Возможна ли такая ситуация в монастыре? – Чисто теоретически вполне возможна. Те, кто хотя бы немного знакомы с историей Церкви, с агиографией, могут припомнить и не такое. Вот навскидку из жития преп. Максима Грека, несправедливо осужденного на заточение в Иосифо-Волоколамский монастырь: «Преподобный Максим шесть лет прожил в заточении в Волоколамске в тесной, темной и сырой келье. Его страдания усугублялись тем, что келья не проветривалась, из-за чего в ней скапливался дым и запах гнили. Не обладая хорошим здоровьем, он не раз был близок к смерти: отвратительная пища, холод и постоянная изоляция делали свое дело. Больше всего его печалило отлучение от Святого Причастия».

Не имея никаких документальных доказательств правдивости или ложности описанного Марией Кикоть, я не буду становиться в ряды того или иного лагеря. Думаю, этим вопросом должна заняться компетентная комиссия из патриархии. Я же хочу здесь затронуть один вопрос, поднятый в книге Марии и упоминаемый в его интервью сайту «Ахилла».

Виновата ли «Лествица»?

Вопрос этот касается одного из наиболее почитаемых в нашей Церкви святых – преподобного Иоанна Лествичника. Именно он, по словам Марии Кикоть, оказался во многом виноватым в ее бедах. Чтобы было понятно, я процитирую отрывок из ее  интервью:

— В книге Вы упоминаете, что «проклятая» «Лествица» подтолкнула Вас к монашеству: в чем «вина» книги?

— Книга написана очень красивым поэтическим языком и действительно обладает большой силой внушения. Не зря она является настольной книгой во всех монастырях. Там нет, как ни странно, какого-то идеального образа монашества, в ней описано монашество, как оно было и есть, со всеми вытекающими. Описаны и трудности монашеского пути, и подвиги во имя покаяния и смирения, и издевательства начальства над братией во имя смирения, даже до смерти, и много чего еще. Но все это преподносится как «средство для обретения спасения», не иначе. Если человек уже готов принести свою жизнь в жертву «спасения» и получения загробного воздаяния, то все это воспринимается совершенно нормально.

Весьма привлекательно в этой книге рисуется образ монаха-подвижника, терпящего скорби Царствия ради Небесного. Много внимания уделяется также «богоизбранности» и «богоугодности» монашеского пути, это внушает сразу чувство собственной исключительности и избранничества, что весьма приятно для людей неискушенных и гордых. Отсюда и возникает желание этому пути следовать. И при этом все трудности и страдания монашеского поприща воспринимаются также как богоданные и спасительные, какими бы они ни были, даже совсем странными и нелепыми. Человек начинает думать, что чем больше страданий и лишений он претерпит Христа ради, тем скорее обрящет милость и спасение (это, кстати, чуть ли не основная мысль книги), хотя этот тезис является просто извращением самой сути Христианства. Христос нигде в Евангелии не призывал искать себе приключения и страдания намеренно— ни себе, ни другим.

— Если вина книги в том, что она рисует идеальный образ, а реальность резко отличается, то вина ли это книги или это ошибка читающего? Евангелие тоже говорит об идеале, о Царстве Божьем, зовет туда— является ли Евангелие тоже «проклятой» книгой?

— А реальность не очень-то отличается. Глупо думать, что раньше монашество было каким-то другим, нежели сейчас, достаточно немного изучить историю. Просто эта монашеская реальность в книге очень уж поэтично и привлекательно подана, даже смерть от побоев наставника преподносится как великое благо для послушника. За это обещается Царствие Небесное не только послушнику, но и наставнику по молитвам замученного послушника».

Случай в монастыре

Прошу читателя обратить внимание на последние слова      «обещается Царствие Небесное не только послушнику, но и наставнику по молитвам замученного послушника». Т.е. получатся, что награду от Бога получает как жертва, так и палач. По моему глубокому убеждению, Мария совершенно превратно истолковала преп. Иоанна Лествичника. Утверждение сие она выносит из жизнеописания преподобного Акакия, приведенного в «Лествице» преп. Иоанном Лествичником со слов другого Иоанна – Савваита.  Суть истории такова: в одной обители в Азии жил старец очень сурового нрава. У него был ученик по имени Акакий и он ежедневно переносил скорби  и побои от своего старца. После кончины юноши старец решил посетить его могилу и спросил:

— «Брат Акакий, умер ли ты?»

Сей же благоразумный послушник, оказывая послушание и после смерти, отвечал великому:

- «Отче, как можно умереть делателю послушания?»

Тогда старец, который был прежде наставником Акакия, пораженный страхом, пал со слезами на землю; и потом, испросив у игумена лавры  келлию близ гроба Акакиева, провел там остаток жизни уже добродетельно, говоря всегда прочим отцам: «Я сделал убийство».

Что же можно увидеть из этого отрывка? – Да, действительно, кротко претерпевший избиения Акакий достиг святости. А вот насчет старца изувера не так просто.

Во-первых, мы не видим в отрывке одобрения его издевательств. Описатель говорит о нем: «старец весьма нерадивой жизни и дерзкого нрава». Если бы его дело было благим, то за что ж его так честить. Старец, судя по всему, этот действительно спасся. Но это немного не так, как преподнесла нам Мария.

Его спасению способствовало именно его покаяние. Настоящее покаяние, а не просто сожаление о содеянном. Старец сей по-настоящему переродился. Он вовсе не оправдывал себя, утверждая, что он своими издевательствами способствовал святости Акакия, он называл себя убийцей, хотя вряд ли Акакий умер из-за побоев. И самое главное – он остаток жизни провел добродетельно.

Подведем итоги

Книга преподобного Иоанна Лествичника – действительно, классика святоотеческой литературы, однако те, кто, едва ознакомившись с православной верой, берутся за ее чтение, и главное, следует её наставлениям, поступают неразумно. Многие критики Марии вполне справедливо указывали, что начинать следует с трудов свв. Игнатия (Брянчанинова) и Феофана Затворника. Увы, их бы советы да в ту пору, когда это было нужно Марии.

Так вот я процитирую здесь мысль св. Игнатия: «Старайтесь читать книги святых Отцов, соответствующие Вашему образу жизни… Христианин, живущий посреди мира, должен читать сочинения великих святителей, писавших для народа, научающих добродетелям христианским, идущим для тех, которые проводят жизнь среди занятий вещественных». Иоанна же Лествичника святитель рекомендует читать тем, кто вступил на путь монашества. Впрочем, я давно это понял и без св. Игнатия. К большому сожалению, новоначальных православных христиан не всегда предупреждают о том, что следует потреблять ту духовную пищу, которая им подходит. «Лествица» действительно лежит чуть ли не в каждой лавке, а вот, к примеру, беседы св. Иоанна Златоуста на Евангелия от Матфея или Иоанна (гораздо более полезные для прихожан) я почему-то в открытой продаже не встречал. Может быть, в столицах с этим получше, но у нас, в глубинке, – не встречал.

В результате оказывается, что люди, едва знакомые с Евангелием, берутся за совершено несоответствующую их образу жизни аскетическую литературу и перетолковывают наставления Отцов. Мне приходилось в своей жизни встречать любителей «смирять» других. Не все были знатоками творений Отцов-аскетов, но все, как правило, находили какие-то благочестивые предлоги для оправдания своего неевангельского поведения, в отличие от старца-изувера, который покаялся и называл себя убийцей Акакия. Если бы почаще у нас люди читали Златоуста, может быть, такого безобразия было хоть чуточку поменьше. По крайней мере, у любителей «смирять» было бы меньше возможности для манипулирования.

Еще раз оговорюсь – я не становлюсь на сторону Марии или её противников. Я просто пытаюсь предостеречь тех читателей, кто мало искушен, от превратного истолкования поучений и наставлений Святых Отцов. Что же до Марии, то если все описанное ею – правда, то неправы те, кто говорят, что нечего выносить сор из избы.  Сор обязательно нужно выносить, этого требуют элементарные нормы гигиены. Ну, а если она лжет – то Бог ей судия. Нам не нужно бояться ни клеветы, ни, тем более, горькой правды. Очень надеюсь, что комиссия все же будет создана, и все будет беспристрастно расследовано.

Тимур (Сергий) Давлетшин

Протоинфо

Теги

Теги: 

Опубликовано: пт, 10/03/2017 - 07:54

Статистика просмотров

За последний час: : 0
За последние 24 часа: 0
За последние 7 дней: 0
За последние 30 дней: 5
Всего просмотров: 1,005

Автор(ы) материала

Реклама

Реклама:
Социальные комментарии Cackle