Уроки одной измены

Содержимое

Православие и мир

Я узнала об измене мужа 3 года назад. К тому моменту мы прожили в браке 17 лет. Живя внешне вполне благополучной жизнью, мы завели наши отношения в тупик, забетонировали свои проблемы молчанием. Возможность разобраться была только одна – шоковая терапия.

Фото: Лана Денисова / 2photo.ru

 

Есть машина, квартира, и тогда обнажается пустота

К тому моменту мы были в браке 17 лет. Начало было такое феерическое, в нем было столько новизны, что возможности остановиться и оценить наши проблемы просто не существовало. Влюбленность, свадьба, все новое – новые родственники, новые друзья, новая жизнь. Денег тогда у нас не было, и не надо было! Первые годы мы жили у родителей, потом – на съемных квартирах.

Затем у мужа карьера пошла вверх, он стал зарабатывать, и у нас наконец появилось собственное жилье – свой дом, свой очаг. Деньги позволяли путешествовать, и снова нас закружил вихрь новых впечатлений: заграница, горные лыжи, походы, большие шумные компании. Оказывается, к этому быстро привыкаешь… Все есть. А что дальше? К 40 годам мы оба подошли к тому, что называется кризисом среднего возраста…

Часто говорят, что деньги становятся проверкой отношений, и многие эту проверку не выдерживают. Это так: когда нет денег, кажется, что на горизонте – какая-то цель: купить машину, обзавестись своим жильем, наладить то, наладить это, куда-то съездить. Эти мнимые, внешние цели заслоняют от тебя главное: какие-то внутренние неразрешенности.

Заслоняют, но позволяют семье двигаться вперед, сосуществовать вместе, создают иллюзию развития, иллюзию наполненной жизни. И вот у вас есть машина, квартира, вы не думаете каждый день, как расплатиться с арендодателем: внешних целей больше нет, и… обнажается пустота, которая была за ними.

За всей этой мишурой поездок, развлечений, наполненной событиями жизни мы были двумя страусами, прячущими головы в песок от своих проблем.

 

Однажды я увидела, с кем и о чем он переписывается

Я почувствовала все с момента, как у мужа начался роман на стороне. Чувствовала, что что-то не так, но все отрицала! Несколько месяцев это продолжалось, но я закрывала себе все возможности узнать и признать правду. Уже наши общие друзья мне говорили: «Он с кем-то постоянно переписывается», я подходила к нему: «Саш, что они такое говорят, чушь какую-то, будто ты с кем-то переписываешься. Представляешь, какую ерунду они говорят!»

«Да, конечно, ерунду!» – и я, радостная, успокаивалась. Как-то даже я набралась смелости проверить его эсэмэски, но ничего там не нашла – и успокоилась. Видела, как он пишет что-то, читает и прячет. Спрашивала, получала ответ: «А, да это по работе!» – и снова успокаивалась.

Это была доверчивость – из страха: так страшно погрузиться в переживание измены, признать, что это случилось именно с тобой, с вашей семьей. Все внутри сопротивлялось правде.

Но, в конце концов, все тайное стало явным. Это случилось на отдыхе. Он сидел на палубе, переписывался, а я через стекло увидела – с кем и о чем. Мы как раз ехали к Киккской иконе Божьей Матери на Кипре – с тех самых пор эта икона меня сопровождает, весь этот путь она со мной.

Фото: Favim.com

Фото: Lukasz Wierzbowski

Если семейная жизнь началась с измены

Этот момент совпал у меня с кризисом веры. 10 лет назад я поняла, что Бог есть, крестилась, все у нас было на подъеме, мы даже венчались с мужем. И к чему я пришла? Каждое воскресенье – в храме, исповедуюсь, причащаюсь – а что дальше? Возникло какое-то непонимание, пустота, я словно бы уперлась в какую-то стенку. Я воспринимала Бога как судию, во мне все время жил страх наказания. И вот – казалось бы – наказание свершилось.

Дело в том, что мы с Сашей познакомились на работе, и в то время я была замужем первым браком. И 17 лет спустя Саша завел роман с коллегой – что посеешь, то и пожнешь! Я оправдывала себя тем, что с первым мужем ничего не сложилось бы: мы прожили вместе 6 лет, счастливым из них был только первый год, все остальные годы находились в предразводном состоянии. Но не расставались, потому что мне негде было жить.

Когда я уверовала, крестилась, я поняла, что это был грех, но раскаяния не было: не уйди я из первой семьи, не было бы сейчас такого счастья, ведь мы с Сашей так любим друг друга! Сейчас мне понятно: что сеешь, то и жнешь, в какой бы красивый фантик это ни было обернуто. Если ваша семейная жизнь началась с измены, чем она может закончиться? Кто сказал, что с тобой не могут поступить так же, как поступила ты с другим? Но я крестилась, мы венчались, и я предпочла считать, что это дела давно минувших дней, Господь все простил. Господь-то простил, но семечко посеянное росло.

И когда мы с Сашей венчались, мною во многом двигала не любовь к Богу, а страх. Страх, что мне воздастся за мой грех, за грех, на котором я сейчас строю свой дом.

Этот страх всегда был со мной. Может быть, поэтому я с долей понимания отнеслась к его измене. Даже вздохнула с облегчением: «Уф, наконец-то!» Ожидание наказания, мучившее столько лет, прошло – всё, наказание свершилось. И другое чувство: неверие. Какой ужас, это невозможно!

И дальше – полет в бездну….

Первая реакция: этого не может со мной произойти, с кем угодно, только не со мной!!! Мне было себя очень жалко. «Как ты мог?» – говорила я мужу, давила на чувство вины, постоянно плакала, постоянно давила на его совесть, всем своим видом говорила: «Посмотри, какая я, ты мне изменил, а я все прощаю». Здоровая женщина сказала бы: «Ну что ж, ты сделал свой выбор. До свидания!» А я не могла: ведь меня бросили!

 

Годы ушли на то, чтобы выстроить красивый фасад

Этот его служебный роман оказался скоротечным, но воссоединиться мы с мужем так и не сумели. Полгода по-прежнему жили под одной крышей, как в каком-то бреду, а потом он все же снял квартиру, и я выдохнула. Но мы по-прежнему женаты и общаемся каждый день по телефону: прошло 2,5 года, очевидно, что мы и вместе быть не можем, и расстаться не можем.

Основной вопрос был: в чем прокол? Такая вроде бы счастливая жизнь, такая крепкая привязанность, дружба! Мы почти никогда не ссорились, жили душа в душу. Когда приходили в гости в другие семьи, всегда уходили с чувством: а у нас лучше, а мы дружнее! Я думала, что у нас в семье принято разговаривать, но о плохом мы не говорили никогда.

Годы семейной жизни ушли на то, чтобы выстроить красивый фасад, красивую внешнюю жизнь. А на самом деле проблемы были, были сигналы, но мы жили, не обращая на них внимания. Так что единственной возможностью обнаружить эти проблемы была такая «шоковая терапия».

Все вопросы, которые встали передо мной после измены, жили во мне и до этого – неудовлетворенность своей женской сущностью, например. Они были подавлены, я не ставила их – какая я, как женщина? Лишь потом обратила внимание, что, например, всегда хожу в джинсах, в брюках, у меня всегда короткая – мужская – стрижка.

Последние 2 года мы жили как брат и сестра, а не как муж и жена – у нас не было сексуальных отношений. Проговаривали это на уровне:

– Что-то у нас тут проблема…

– Да мне нормально!

– Ну и мне нормально.

Сейчас, начав разбираться, я понимаю – ни у меня, ни у мужа никогда не было перед глазами примера нормальной семьи, примера нормальных отношений мужчины и женщины. У меня фактически не было ни мамы, ни папы: родители развелись, когда мне было 3 года, а после этого так вышло, что я все детство жила с бабушкой и дедушкой. На деле никто из нас не знал толком, что значит настоящая семья, что значат мужеско-женские отношения!

 

Он был для меня «усовершенствованной мамой»

Мы были лучшими друзьями, и дружба казалась в браке главным. Мы – как сиамские близнецы: все время вместе, все время друг до друга дотрагивались. Было ощущение, что мы дополняли друг друга, восполняли то, чего у нас обоих не было в детстве: у меня не было мамы, а Саша стал для меня такой «усовершенствованной мамой» – он все выслушивал, понимал, никогда не повышал на меня голос, не ругался, прикасался ко мне – а с мамой никогда физического контакта не было. Мы доросли до какого-то возраста. И стало непонятно: что дальше?

Говорят, главное – дружба между мужем и женой. А у нас дружба была чуть ли не единственным содержанием брака. Но когда у Саши появился роман на стороне, он объяснил это так: «Мне не хватает страсти»…

У нас в браке не было детей. Я лечилась, даже подумывали об ЭКО, потом отказались от этой идеи. Даже думали усыновить ребенка, но не потому, что хотели этого, а потому, что – надо. Мы оба боялись признаться друг другу и самим себе в том, что на самом деле детей мы не хотим… Почему? Потому что и за себя не могли нести ответственность, и так страшно было еще за кого-то ее на себя взять. Рождение детей – это общепринятая норма, это норма в христианской семье, а на самом деле мы были внутренне не готовы к этому.

Очень тяжело честно сказать себе: «Я сейчас не хочу ребенка. У меня это так», и не чувствовать себя после этого каким-то уродом, плохим человеком. И уже отталкиваться от этого, разбираться: почему не хочешь, что не так? Ведь легче делать вид, что все в порядке, держать марку.

person-409127_960_720

Оказалось, что ни готовить, ни убираться для себя я не умею

После измены начался путь к себе настоящей. И этот путь – про честность. Если нет честности с самим собой, то ее нет и с другими, ее нет и с Богом. Я ходила в храм по воскресеньям, венчалась, участвовала в Таинствах и считала, что этим – застрахована. Мои отношения с Богом – тоже были на страхе.

Только после измены я начала потихоньку понимать, что вера – это не про вину и наказание, а про любовь и доверие. Потихоньку я выбиралась из своего размазанного состояния саможаления: ну как мне жить? ну что мне делать? – появлялись смыслы, зацепки, появился Институт христианской психологии, раз в неделю я стала посещать психолога, разбираться в себе. Слушала лекции священника Владимира Головина, и только после них пришло понимание, что Бог есть любовь…

Я поняла, что ни один человек не пройдет жизнь без того, чтобы обратиться внутрь себя, внутрь своих каких-то травм, повернуться лицом к себе настоящему. У всех разные испытания – у кого-то возникают финансовые проблемы, у кого-то болезни, проблемы в отношениях, проблемы с детьми. Господь каждого приведет к себе настоящим, к осознанной жизни: к пониманию, что я по-настоящему чувствую, что мною движет.

Вся жизнь, я так сейчас понимаю, у нас про это узнавание себя, про честность с собой! Потому что Господь нас создал для радости, и Он нам дает подсказки. Тело – это наша подсказка: заболело тут, значит, я, возможно, что-то не так делаю, пропустила что-то, какое-то переживание, какую-то эмоцию. Мы так устроены, это не мистика, не волшебство. Мы просто невнимательны. Как обычно бывает? В мыслях – неразбериха, в словах – что попало. Вот так мы живем, прячемся сами от себя, не понимаем себя.

Когда я осталась одна, вылезло все то, что я от себя тщательно скрывала. Оказалось, что ни готовить, ни убираться для себя я не умею – все для мужа. Я ничего для себя не просила и гордилась тем, что я такая непритязательная жена: «Посмотри, какая я хорошая. Люби меня за это». Я думала, что это и есть христианство. Но ведь если бы моя любовь и жертвенность были настоящими, действительно ради мужа, я бы легко отпустила его. А так же не получилось, получилось: «мое!», «отдайте!», «а как же я?!».

 

Все вокруг – для того, чтобы ты себя узнал

Как ни странно, я очень рада, что случилось то, что случилось. И с ужасом думаю о том, как бы мы жили сейчас, не произойди этой измены? К тому моменту я была настолько непробиваемой, железобетонно убедившей себя в том, что у меня все в порядке, что никакие слова не помогли бы.

Пройдя через это, я поняла, как важно не бояться разговаривать! Как важно озвучивать свои проблемы, ведь они не разрешатся сами по себе.

Мы с мужем никогда не говорили про детей, никогда не озвучивали своих страхов, не рискнули разбираться, почему у нас нет интимных отношений. Начали бы честно с этой темы, и она бы повела дальше, каждый посмотрел бы вглубь себя, признался бы себе в своих проблемах. Стали разбираться, увидели бы, что на самом деле мы не одни такие, у многих в браке проблемы – и повзрослели бы! Это бы дало возможность без таких потрясений все поправить.

Когда начинаешь честно смотреть на себя, начинается настоящая жизнь, а не игра в жизнь. Оказывается, что ты внутри – такой интересный!

Оказывается, что весь мир вокруг – из зеркал. Вся действительность показывает тебе себя саму. Дело не в мужьях, не в женах, не в друзьях: все вокруг – для того, чтобы ты себя узнал. И только для того, чтобы ты радовался. С тобой постоянно говорит Господь – обстоятельствами, людьми, надо просто быть внимательным, открытым, честным.

9ad8d926106f81dd25c4db30607517a0

Приходит принятие того, что мы можем быть и не вместе

Вначале у меня была только одна цель: вернуть мужа! Любой ценой! Скажите, что надо делать для того, чтобы муж вернулся в семью? Перечислите по пунктам – я все сделаю! Буду молиться, из кожи вон вылезу! Моего желания – достаточно!

Но постепенно я стала понимать, что он-то может воссоединения и не хотеть. Это его право. Я стала больше думать о принятии воли другого. Желание, чтобы мы были вместе, у меня осталось. Но также приходит принятие того, что мы можем быть и не вместе. Потому что это должно быть желанием обоих.

И еще появилось уверенность, если оба хотят разобраться со своими семейными проблемами, нет ничего невозможного! Господь слышит эти чистые намерения, дает людям силы: «Если чего попросите во имя Мое, Я то сделаю». Поэтому и разбитое можно склеить.

У митрополита Сурожского Антония есть такое выражение: любовь – это когда ты смотришь на человека и ничего от него для себя не хочешь. И мне охота так полюбить Сашу. Пока этого нет, но это то, к чему стоит стремиться. Так полюбить, что, даже если он захочет быть с кем-то другим, мне будет больно, но я смогла бы сказать: «Я рада, что ты счастлив. Иди с Богом».

Записала Валерия Михайлова

Православие и мир

Теги

Опубликовано: ср, 15/03/2017 - 07:17

Статистика просмотров

За последний час: : 1
За последние 24 часа: 5
За последние 7 дней: 32
За последние 30 дней: 102
Всего просмотров: 880

Автор(ы) материала

Реклама

Реклама:
Социальные комментарии Cackle