Святая Гора Афон, или В чем смысл настоящего паломничества?

Содержимое

Размышления иерея Андрея Чиженко.

Паломничество с Божьей помощью изменяет нас.

Вот что хотелось бы сказать в день памяти преподобного Паисия Святогорца, который празднуется 12 июля по новому стилю, когда Церковью установлена также память святых первоверховных апостолов Петра и Павла.
Хочется вспомнить известный фильм Андрея Тарковского «Сталкер». Четыре человека, каждый со своими вопросами, отправляются в некое место силы – в зону. И каждому она отвечает. Каждый находит ответ на свой сокровенный сердечный вопрос. И каждого персонажа киноленты зона изменяет.

Мне кажется, что этот образ мест силы применим и к святым местам. Ведь, в сущности, по догматике Православной Церкви главной задачей человека является обожение (вечное движение-устремление его духа, его естества к Богу и соединение с Ним), и не только его личное обожение, но и обожение тварного мира через него. Поэтому место духовного аскетического подвига часто становится святым, т. е. получает особенную Божью благодать. Это как нельзя лучше чувствуется в Святой земле, где протекала земная жизнь Спасителя, и на Святой Горе Афон, ставшей земным уделом Пресвятой Богородицы, местом духовного аскетического делания и непрерывной молитвы за мир сотен поколений подвижников.

Поэтому, если меня спросят, что такое Афон, я отвечу:

– Святая Гора – это тайна. Это священный мрак, который окутывает ее, как облако на скалистой вершине. Это алогичное, не поддающееся осознанию человеческим рассудком, мыслящим земными категориями, живое, РЕАЛЬНО осязаемое приближение к Богу…

И еще одно. Здесь особенно чувствуется присутствие Пресвятой Богородицы. Нигде так остро я его не ощущал, как там. Казалось, что Она – Панагия – идет по этим скалистым уступам вместе с тобой. Казалось, что Она – Всесвятая – распростерла над тобой Свой дивный омофор, защищая тебя от всякого зла. И ты ощущаешь себя как младенец на руках у Матери.
Поэтому хотелось сказать много прозаических слов, но почему-то из сердца льется стих, который сродни молитве, он в корне своем имеет молитву, как всякое талантливое качественное стихотворение.

Афонский крестик
Посвящается преподобному Паисию Святогорцу

Зимней ночью сияют звезды.
Так ярко, так близко!
Сквозь черные узоры деревьев
Рельефные.
Набрать в ладони первого чистого снега
И умыть лицо.
И вдохнуть свежего морозного воздуха.

***
Мы слишком спешим жить –
Так спешим настроить этих
Бесполезных вавилонских башен.
Но теряем драгоценное время.
Упускаем такие важные небесные секунды,
В которые так много можно успеть
Сказать Создателю.
И приблизиться к Нему.

***
Остановись, человече!
Посмотри на этот храм,
На эту красоту земли.
Посмотри, как сквозь нее проступает
Небесное,
Неведомое,
Но такое родное…

***
Мы строим небоскребы,
Скоростные авиалайнеры,
Создаем виртуальные реальности,
В которых можно утонуть.
А на Афоне связали две палочки
Веревочкой – и получился Крест
Животворящий.
Одно простое движение,
Перевешивающее небоскребы
И лайнеры,
И виртуальные реальности.
Может, и тебе попробовать?
Остановиться, помолчать,
Снять обувь,
Умыться от пыли нервной
И войти в храм своей души
Неразгаданной.

***
Первый снег так холодит лицо.
Звезды сияют так близко!
Попробуй!
Это так легко:
Две палочки и веревочка.
Свяжи свой первый крестик.

И вот ты вырываешься из мира, который тебя внутренне, сердечно так настигает, проникая под кожу, проникая в самую твою душу. И на Афоне остаешься один на один не с ворохом материальных проблем, вонзающихся, как колючки, в твое нежное и, в общем-то, детское существо, но единственно с Богом Живым и с Его Пречистой Матерью.

И потому, конечно, Святая Гора – это реальное доказательство преображения человеческой души. Не зря, наверное, вершину Афона венчает храм Преображения Господня. Здесь ты чувствуешь, что рай от человека очень-очень близко, что нужно только начать трудное, но такое спасительное восхождение, оторвавшись внутренне от всех вавилонских башен, настроенных тобой, и от греховно-страстных материальных капканов, лязгающих у тебя под ногами.

Оглянись, человече, рай очень-очень близко. Нужно только войти в свою собственную Пасху, пройти мимо некоторых ловушек и избавиться от сатанинских пропастей. Душа невесома, и ты тоже невесом. Рай, мир и гармония начинаются там, где заканчиваются страсть, амбиция и тщеславие.

Нищета духовная – это детство, которое так нуждается в Отце и Пресвятой Богородице как Матери.

Современный человек живет почти в постоянном состоянии паники, тревоги за будущее свое, и этот почти животный страх съедает его, доводя до инсультов, инфарктов, онкологии и нервных срывов.

Но как полезно бросить все и посидеть на камне, посмотреть на море, на колышущиеся верхушки сосен, или потянуть четки, произнося Иисусову молитву, или даже подремать в стасидии на утрене какого-нибудь афонского монастыря, чувствуя, как оживает и расправляет крылья твоя израненная, прибитая к земле, душа.

Когда-то Блаженнейший Митрополит Онуфрий сказал, что очень полезно иметь внутреннюю сердечную пустыньку и время от времени входить туда, отдыхая там, молясь там, созерцая там Бога.

Мне кажется, что мы должны понять, что наш Афон, наши высокие горы, чистые моря и созерцательная молитва всегда с нами. Нужно только научиться останавливаться в этом быстром, мятущемся мире и уходить от него в свою исихию, в свое безмолвие, в свою тишину, на дне которой Бог. И Он всегда общается с нами. Рай очень близко от нас. Следует только остановиться и услышать в тишине голос Бога, звучащий лично для тебя.
Вот, пожалуй, главный урок Агион Орос.

Иерей Андрей Чиженко

Опубликовано: ср, 12/07/2017 - 20:47

Статистика просмотров

За последний час: : 0
За последние 24 часа: 2
За последние 7 дней: 15
За последние 30 дней: 463
Всего просмотров: 463

Автор(ы) материала

Популярное за 7 дней

Реклама

Реклама:
Социальные комментарии Cackle