Руки врача и священника, или Может ли священник быть врачом?

Содержимое

Что общего между врачом телесным и священником? Может ли священник заниматься врачебной практикой, если он компетентен во врачевстве, или врач иметь священный сан? Нет ли здесь противоречия или коллизий? Попытался разобраться священник Андрей Ухтомский, преподаватель Киевской духовной академии.

Евангелие нам повествует о Христе, Который лечил телесные и душевные недуги и говорил, что первые – следствие душевных болезней. Иисус исцелил расслабленного и сказал ему: «Вот, ты выздоровел; не греши больше, чтобы не случилось с тобой чего хуже» (Ин. 5:14).

Человек – душевно-телесное существо, поэтому равновесие этих двух составляющих – залог его общего состояния: все, что происходит в душе, отражается на теле.

Иисус Христос исцелял больных душой и телом, молясь о них и возлагая на них руки. «Он, взяв слепого за руку, вывел его вон из селения и, плюнув ему на глаза, возложил на него руки и спросил его: видит ли что? Он, взглянув, сказал: вижу…» (Мк. 8:23–24). «И возложил на нее руки, и она тотчас выпрямилась и стала славить Бога» (Лк. 13:13). «При захождении же солнца все, имевшие больных различными болезнями, приводили их к Нему и Он, возлагая на каждого из них руки, исцелял их» (Лк. 4:40).

Апостолы исцеляли, так же как это делал Иисус Христос. «Созвав же двенадцать, дал силу и власть над всеми бесами и врачевать от болезней. И послал их проповедовать Царствие Божие и исцелять больных… Они пошли и проходили по селениям, благовествуя и исцеляя повсюду» (Лк. 9:1–2, 6).

Апостолы были последователями Иисуса Христа, получив от Него «силу и власть над всеми бесами и врачевать от болезней» именно через возложение рук: «возложат руки на больных, и они будут здоровы» (Мк. 16:18). Через возложение рук, через этот целительный жест, апостол Павел возвратил Анании зрение: «И видел в видении мужа, именем Ананию, пришедшего к нему и возложившего на него руку, чтобы он прозрел» (Деян. 9:12). Через возложение рук апостол Павел возвращает зрение отцу правителя острова Мальты: «Отец Публия лежал, страдая горячкою и болью в животе; Павел вошел к нему, помолился и, возложив на него руки свои, исцелил его» (Деян. 28:8). Дар Святого Духа апостолы также передавали через возложение рук: «Тогда возложили руки на них, и они приняли Духа Святаго» (Деян. 8:17), «и, когда Павел возложил на них руки, нисшел на них Дух Святый» (Деян. 13:6).

Этот Божий дар посредством руковозложения апостолы передавали своим последователям – епископам и пресвитерам. Апостол Павел передает дар Святого Духа своему ученику Тимофею: «Не неради о пребывающем в тебе даровании, которое дано тебе по пророчеству с возложением рук священства» (1 Тим. 4:14), «Напоминаю тебе возгревать дар Божий, который в тебе через мое рукоположение» (2 Тим. 1:6). Сам Тимофей возлагает руки на того, кто избран на церковное служение: «Рук ни на кого не возлагай поспешно и не делайся участником в чужих грехах» (1 Тим. 5:22).

Апостол и евангелист Лука, спутник апостола Павла, был врачом: «Приветствует вас Лука, врач возлюбленный» (Кол. 4:14).

Священномученик Игнатий Богоносец указывает на устоявшуюся ассоциацию: епископы олицетворяют собой Иисуса Христа, а пресвитеры – апостолов: «Епископ председательствует на место Бога, пресвитеры занимают место собора апостолов… Посему, как Господь без Отца, по Своему единению с Ним, ничего не делал ни Сам Собой, ни чрез апостолов, так и вы ничего не делайте без епископа и пресвитеров… Итак, старайтесь утвердиться в учении Господа и апостолов… с достойнейшим епископом вашим из прекрасно – сплетенном венцом пресвитерства вашего» (Магнез. 6, 7, 13).

Согласно вышеупомянутым свидетельствам из Священного Писания, апостолы и их последователи, священнослужители совершали дело Христа (исцеление души тела), которое восполнялось Святым Духом. Преемство и передача даров Святого Духа, апостольское преемство, происходит посредством возложения рук епископа на рукополагаемого священнослужителя. В этом можно видеть и передачу дара исцеления, осуществляемого Святым Духом при видимых действиях священнослужителя. То есть через видимые действия священника невидимо действует Иисус Христос, восстанавливая, исцеляя человеческую душу.

Медицинский работник на основе полученных знаний и благодаря преемству искусства врачебного опыта помогает больным избавиться от телесных недугов.
Таким образом, и медицинский работник, и священник стремятся восстановить человека: первый – его тело, обращаясь к врачебному опыту прошлого и достижениям настоящего; второй – его душу, обращаясь преимущественно в молитвах к Богу и опираясь на пастырский опыт.

Возможно ли совмещение двух профессий, двух служений – священнослужителя и врача-медика – в одном лице? Не будет ли здесь подражания Христу, Который сказал расслабленному: «Вот, ты выздоровел…» (действие, направленное на восстановление тела, что в компетенции медработника); «…Не греши больше…» (Ин. 5:14) (священническое напутствие, напоминающее о прямой зависимости болезней тела от болезней души)? Иными словами, может священник быть врачом или врач священником?

Иисус Христос, его ученики, апостолы, и последователи апостолов, священники – врачевали людей. В Церковной истории встречаем примеры врачей священнослужителей. Вот некоторые из них:

1) Священномученик Власий, епископ Севастии Армянской (умер ок. 316 г.). В акафисте о нем говорится, что он имел «во благочестии процветшее кроткое и безпорочное житие»(1), за что «людие севастийстии потщашася, да будет во епископа им поставлен»(2). Он был «скотов земных кормитель и целитель»(3) и «не точию человеком, но и скотом врачевание подававый»(4). «Земная вся презревый и небесная селения унаследовавый… на небесех от Ангел и святых проставляемый… на земли от чтущих святую память твою хвалимый и воспеваемый»(5).
2) Священномученик Ермолай, пресвитер Никомидийский (умер в 305 г.), учитель великомученика и целителя Пантелеимона.
3) Преподобный Дамиан Целебник, пресвитер Киево-Печерский (умер в 1071 г.). Сотворив молитву над болящим, он исцелял его.
4) Священномученик Серафим (Чичагов), митрополит Ленинградский (умер в 1937 г.), занимался народной медициной. На III Всероссийском съезде православных врачей, состоявшемся в Твери в 2011 г, имя Серафима (Чичагова) было внесено в Золотую книгу Санкт-Петербурга.
5) Исповедник, святитель Лука (Войно-Ясенецкий), архиепископ Крымский (умер в 1961 г). Не оставлял врачебную практику будучи священнослужителем, достигнув известного совершенства в обоих видах служения, исцеляя и душу и тело.

Это далеко не полный список, однако и он показывает, что люди, совмещавшие оба служения, имели место в истории Церкви и были уважаемы за свое служение.
Почитание святых священнослужителей-врачей свидетельствует об их действенной прижизненной помощи человеческому телу и душе, которую надеются получить обращающиеся к ним в молитвах. Народная молва не будет прославлять «недоброкачественность услуг».

Как служение священника сопряжено с большим риском для души пасомого, так и служение врача имеет риски для телесного здоровья пациента. Оба служения могут отразиться на его носителе – священнике или враче – и не всегда в его пользу ввиду общей поврежденности человеческой природы, за что и священники, и врачи несут ту или иную ответственность. Однако люди становятся и врачами, и священнослужителями.

Некоторые церковные каноны запрещают совмещать оба служения. Это нонсенс. Неужели священник не может лечить всего человека, его душу и тело, если он способен на то и другое?

В Книге Премудрости Иисуса, сына Сирахова, мы читаем, что врача и врачевство создал Бог для блага человека, однако обращение к земному врачу следует сопрягать с обращением по преимуществу к Небесному врачу. «Почитай врача честью по надобности в нем, ибо Господь создал его, и от Вышнего – врачевание… Знание врача возвысит его голову, и между вельможами он будет в почете. Господь создал из земли врачевства, и благоразумный человек не будет пренебрегать ими. Не от дерева ли вода сделалась сладкою, чтобы познана была сила Его? Для того Он и дал людям знание, чтобы прославляли Его в чудных делах Его: ими он врачует человека и уничтожает болезнь его» (Сир. 38:1–7). Само врачевство восходит к Богу, к нему нужно обращаться в молитвах для обретения здоровья, земной же врач лечит по мере возможности тело.

Хотя совмещение обоих видов служения – священника и врача – практиковалось в истории Церкви (вышеуказанные примеры почитания врачей являются этому подтверждением), но имели место коллизии, которые и повлекли запрет священнослужителю быть врачом. Вот постановление Константинопольского Патриарха Луки Хризоверга (XII в.): «Клирик не может быть ни корыстолюбцем, ни врачом». Это правило запрещает клирику быть врачом. Попутно заметим, что слова «корыстолюбец» и «врач» употреблены как синонимы. Это говорит о том, что врач также может наживаться на желании пациента выздороветь и тем самым, возможно, ввергнуть врача (или врача-священника) в грех и нарекание. Конечно же, наживаться можно на любом виде деятельности. Итак, правило повествует: «Каноны постановили, что священнослужители не могут искать себе пропитание посредством безнравственных и ничтожных действий. Некоторые уклоняются от своего дела и занимаются сводничеством, содержат притоны и занимаются плутовством, чтобы получить первые места и тому подобное. Поэтому, Его Святейшество, господин Лука постановил: не должна иметь место производство и торговля мазями, заведывание банями и иные безнравственности, чтобы обман не был причиной существования. Священникам и диаконам не позволено быть врачами; недопустимо, чтобы снимались символы святости и священные ризы, и надевалась светские одежды, и с мирянами, мужчинами, конечно, шествовали врачи»(6). Матфей Властарь в «Алфавитной Синтагме» так описывает это правило: «Святейший же патриарх Лука воспретил клирикам заведовать и мироваренными заведениями или банями, потому что они служат средством для постыдной корысти и подают повод к обманам». Далее пересказывает правило Константинопольского Патриарха: «Он не дозволял и диаконам, занимающимся врачеством, быть руководителями врачей, говоря, что не прилично в стихарях совершающим святые таинства облекаться в мирския одежды и с мирскими людьми, т. е. с врачами, совершать процессии. Было также определение того же патриарха, подвергающее извержению тех клириков, которые занимаются мирскими и общенародными делами»(7).

В этом правиле мы видим не запрет священнослужителю заниматься врачебной практикой как таковой (это противоречит Священному Писанию и церковному опыту), а указывает на то, что служение врача, как и священника, также носит на себе печать «человеческого фактора» (так эвфемически, гуманно именуют греховность человеческой природы, которая проявляется во всех видах человеческой  деятельности; в данном случае как на священнике, так и на враче).

Научная медицина Средневековья хотя и восходит к античности, однако тогда была развита слабо. Медицинский опыт часто соединялся с магией. Согласно правилу, священникам запрещалось изготавливать мази и продавать их, потому что их создание часто сопровождалось заговорами. Священник-врач мог и не использовать заговор, но молиться, однако стереотип врача-заговорщика-знахаря уже сложился, что могло бросить тень на священнослужителя-врача. В Книге Премудрости Иисуса, сына Сирахова, читаем: «Приготовляющий лекарства делает из них смесь, и занятия его не оканчиваются, и чрез него бывает благо на лице земли» (Сир. 38:8). Впоследствии «человеческий фактор» – поврежденность грехом человеческой природы – привел к тому, что в приготовлении тех или иных лечебных средств стали использовать заговоры, и это было не во благо, да и сами лечебные средства употребляли со злым умыслом, например, ради истребления плода. Поэтому Церковь издала правила, налагающие наказание на женщин, которые с помощью приготовленных трав способствовали выкидышу, прерыванию беременности. Эти правила выпускались неоднократно, что свидетельствует об устойчивости данной «врачебной практики».

1) Анкирский собор (314 г.) 21-м правилом предписывает: «Женам, от прелюбодеяния зачавшим, и истребившим плод, и занимающимся составлением детогубительных отрав, прежним определением, возбранено было причащение Святых Тайн до кончины: и по сему и поступают. Изыскивая же нечто же более снисходительное, мы определили таковым проходити десятилетнее время покаяния, по степеням установленным»(8).

2) Святитель Василий Великий (IV в.) 2-м правилом увещевает: «…Еще же, аще кто напоит кого-либо тайным составом (хотя бы то было для иныя некия причины), и умертвит таковаго признаем вольным убийцею. Сие часто делают жены, покушаяся некими обаяниями и чарованиями, привлекати неких в любовь к себе, и дающия им врачебныя составы, производящия помрачения разума. Хотя таковыя, причинив смерть, соделали не то, что имели в намерении, однако, за волшебство и занятие возбраненное, причисляются к вольным убийцам. Посему и дающия врачевство для извержения зачатаго в утробе, суть убийцы, равно и приемлющия детоубийственныя отравы. О сем доселе»(9).

3) Трулльский собор (691 г.) 91-м правилом предписывает: «Жен, дающих врачевства, производящыя недоношения плода во чреве, и приемлющих отравы плод умерщвляющыя, подвергаем епитимий человекоубийцы»(10).

4) Матфей Властарь в «Алфавитной Синтагме» (1335 г.), повторяя вышеуказанные церковные каноны, добавляет гражданский закон: «Давший питье, способствующее извержению плода, если он низкого состояния, осуждается на работу в рудниках; а если знатный, ссылается с временным лишением имущества, а крайнему наказанию (смертной казни) подвергается в том случае, если кто-либо умрет от сего извержению содействующего средства, хотя бы он дал и без злого умысла»(11).

5) «Номоканон при Большом требнике» (XV в.) повторяет древние правила: «Аще кая жена снесть былие, или иное что сотворит, и убиет отроча во чреве своем, убиица есть, по второму правилу Великаго Василия, 10 лет, запрещение да приимет. Такожде сотворшая, и давшая сицевое былие, по святому Иоанну Постнику»(12).

Запрет женщине давать некое зелье, истребляющее плод в утробе, – это один из примеров, взятых из врачебной практики, однако эти правила не налагают запрет на эту практику как таковую.

В Средневековье значительная роль в медицине отводилась магии, символическим жестам, которыми воздействовали на болезнь, особыми словами, «шептаниями», магическими предметами. Церковь отвергала такую медицину. В лекарствах Церковь видела средства, которые лечат органы так, как обращение к Богу лечит душу.

Предметы христианского культа стали появляться в целительных и магических ритуалах в XI–XII вв.; в это время перелагаются на христианский лад языческая символика и заклинания. Поэтому Церковь настороженно относится к священнослужителям, имеющим дело с медициной, чтобы не было нареканий и укоров в занятиях магических и языческих, хотя последние и отсутствовали в практике лечения врачами-христианами.

В Церковных канонах врачеванием названо как телесное, так и духовное, и оба допустимы, однако без примеси магии. В 102-м каноне Трулльского собора избавление от греха именуется «духовным врачебным искусством», образ применения которого подобен телесному врачебному искусству: «…У Бога и у приявшего пастырское водительство, все попечение о том, дабы овцу заблуждшую возвратити, и уязвленную змием уврачевати. Не должно ниже гнати по стремнинам отчаяния, ниже отпускати бразды к разслаблению жизни и к небрежению: но должно непременно, которым-либо образом, или посредством суровых и вяжущих, или посредством более мягких и легких врачебных средств, противодействавати недугу, и к заживлению раны подвизатися: и плоды покаяния испытывати, и мудро управляти человеком, призываемым к горнему просвещению»(13).

Истинное врачевание есть удаление от греха, как говорит святитель Василий Великий в 3-м правиле: «Вообще же истиннейшее врачевание есть удаление от греха, так что отвергший благодать, ради удовольствия плоти, подает нам совершенное доказательство своего исцеления, аще с сокрушением сердца, и со всяким порабощением плоти воздержанию, отступит от удовольствий, которыми совращен был»(14).

Святитель Григорий Нисский (IV в.) в 1-м правиле сравнивает образы врачевания телесного и душевного: «…Как в телесном врачевании цель врачебнаго искусства есть едина, возвращение здравия болящему, а образ врачевания различен, ибо по различию недугов в каждой болезни прилагается приличный способ лечения, так и в душевных болезнях, по множеству и разнообразию страстей, необходимым делается многообразное целебное попечение, которое соответственно недугу производит врачевание… хотящий приложити приличное врачевство к недугующей части души, должен во первых разсмотрети, в которой части произошла болезнь потом к страждущей, по приличию, прилагати врачевство так, чтобы не было, по незнанию врачевательнаго способа, подаваемо врачевство единой части, когда болезнь находится в другой: подобно, как действительно видим многих врачей, которые не узнав начально болезнующей части тела, врачевством своим усиливают болезнь»(15).

Врачевание телесное не может быть одним из «мирских попечений», которым запрещено заниматься священнослужителям в ряде канонов. 32-я глава «Алфавитной Синтагмы» Матфея Властаря дает свод канонических правил относительно того, какие коллизии могут постигать священника, пекущегося о мирском. Приведем обширную ссылку. «6-е правило святых Апостолов повелевает епископу, пресвитеру и диакону не принимать на себя мирских попечений, а в противном случае извергать; ибо правило хочет, чтобы исчисленные (клирики) берегли себя от замешательства и народного волнения и беспрепятственно проходили божественное служение [См. пр. Ап. 81-е и толкование Зонары на 6-е пр. Ап.]. А 81-е (Апостольское правило), искусно объясняя сие (6-пр.), говорит: если не послушаются отстать от мирских попечений, тогда должны подвергнуться извержению; а если отстанут, так что больше не будут вмешиваться в народные управления, то за прежнее должны получить прощение [Перифраз толкования Зонары.]. А 83-е (Апост. прав.) епископа, или пресвитера, или диакона, облеченного священническою одеждою и упражняющегося в воинском деле, т.е. в распоряжении воинским имуществом (ибо правило здесь разумеет не действие оружием) [Из Зонары.], подвергает извержению, ибо никтоже может двема господинома работати, по слову Божию (Мф. 6:24). А IV Собора 7-е (правило) повелевает, чтобы однажды причисленные к клиру или монахи не вступали ни в воинскую службу, ни в мирский чин, сняв в себя священное одеяние и переодевшись по обычаю тех; иначе дерзнувших на сие и не раскаивающихся и не принимающих опять свойственной священному житию одежды, которую прежде избрали ради Бога, повелевает предавать анафеме: ибо дерзнувший на что-либо таковое уже не подвергается извержению, так как к сему он сам себя приговорил прежде осуждения, сложив с себя священническую одежду и сделавшись мирянином [Объяснение правила по Зонаре и Вальсамону.]. А глаголемого двукратного собора правило одиннадцатое, подтверждая сказанные правила и упоминая содержащееся в них, прибавляет, что если кто из священников, или диаконов, или вообще из причисленных к клиру вступит в мирские начальственные должности и попечения или примет звание управителя, такового изгонять из своего клира, ибо невозможно, как сказали, служить двум господам. А 16-е (19-е) правило соб. Карфагенского заповедует, чтобы епископы, пресвитеры и диаконы не были откупателями чужих имений ни заведующими, т.е. попечителями и управителями, ни приобретали пропитания постыдным и бесчестным занятием: ибо никто же, (говорит), воин бывая, обязуется куплями житейскими (2 Тим. 2:4) и далее. Так, постыдным занятием было бы содержание блудниц, а бесчестным занятием – заведовать корчемницею»(16).

Является ли врачевание тем «мирским делом», о котором говорится в канонах? Под мирскими делами подразумевается занятия, напрямую не связанные со спасением человека. Если под мирским делом иметь в виду врачевание человека (его души и тела), то в этом, согласно канонам Церкви, может быть осужден и сам Христос, Ее Глава. Не станут же каноны Церкви наказывать учеников Христа за то, что они спасали людей, так как это делал Иисус. Мирские дела – все остальное, что непосредственно не относится к спасению человека, который состоит не только из души, но и из тела. Тело –  это не человек, а его тело; душа – не человек, а его душа. Соединение души и тела будет наименоваться человеком. Толкуя 6-е апостольское правило, Зонара пишет: «Исчисленным в правиле лицам запрещено вдаваться в мирские дела; ибо правило хочет, чтобы они свободно занимались божественным служением, и не дозволяли себе вмешательства в мирския дела и народныя смятения; а если не исполнют сего, повелевает извергать их»(17).

Преимущественная обязанность священника – служить у престола и совершать священнодействия. Если в храме протечет крыша, то правила не запрещают священнослужителю самостоятельно устранить течь, тем более если он обладает профессиональным навыком в этой сфере, хотя, возможно, и обычно так и происходит, что такие и подобные работы возлагаются на ктиторов храма и экономов. Однако Церковные правила не запрещают такого рода занятий, ведь это не постоянная работа. Починка крыши (пусть и священнослужителем, умеющим это сделать) – не ущерб, а благо для храма и его бюджета.

Если священник до рукоположения был врачом, стоит ли ему препятствовать заниматься врачебной практикой, приносящей добрые плоды? Человек, тело которого вылечил священник, придет к нему и за исцелением души, чтобы не грешить больше и не случилось с ним чего хуже (Ин. 5:14).

Конечно, врач-священник не может заниматься такой врачебной практикой, которая противоречит Церковным канонам и званию христианина, например, производить аборты. Врач-священник в отличие от средневековых врачей не шепчет, а молится перед тем или иным врачебным действием, и его священническая молитва бывает услышана Богом и пациентом.

Запрет Луки Хрисоверга снимать священническую одежду и надевать одежду медика касается больше Средневековья, когда в таком переодевании могли видеть определенное лицемерие, перевоплощение. Кроме того, он говорит о врачебных шествиях, которые не всегда носили характер христианской святости и тем самым порочили имя священника. Сейчас можно совершать медицинскую практику, не снимая подрясника и креста, и оперировать, надевая поверх халат (как это делал архиепископ-хирург Лука Войно-Ясенецкий); нет необходимости шествовать и следовать языческим ритуалам.

Издавая такие правила, Церковь свидетельствовала о том, какие безобразные формы может принимать медицинское искусство. Подобные формы способствовали возникновению стереотипов, согласно которым люди видят больше негатива, чем исцеления. Это может привести к нареканиям на священнослужителей. Однако стереотип стереотипу рознь и образ врача все же более окутан благородством, чем низостью. А выбор пути добра или зла – всегда за человеком!

Протоиерей Андрей Ухтомский,
кандидат богословия,
магистр журналистики,
преподаватель КДА

Примечания:

1. Икос 1.
2. Икос 1.
3. Икос 3.
4. Икос 4.
5. Икос 9.
6. Λουκᾶς Χρυσοβέργης // PG 119. Col. 788A.
7. Матфей Властарь. Алфавитная Синтагма. Начало буквы К, глава 32 // https://azbyka.ru/otechnik/Matfej_Vlastar/Alfavitnaia_Sintagma/3_28
8. 21 правило Анкирского Собора // Правила Православной Церкви с толкованиями Никодима, епископа Далматино-Истрийского. Т. 2. Сергиев Посад. 1996. С. 22–23.
9. 8 правило святителя Василия Великого // Правила Православной Церкви с толкованиями Никодима, епископа Далматино-Истрийского. Т. 2. Сергиев Посад. 1996. С. 385–386.
10. 91 правило Трулльского Собора // Правила Православной Церкви с толкованиями Никодима, епископа Далматино-Истрийского. Т. 1. Сергиев Посад, 1996. С. 583.
11. Матфей Властарь. Алфавитная Синтагма. Начало буквы Г, глава 28 // https://azbyka.ru/otechnik/Matfej_Vlastar/Alfavitnaia_Sintagma/3_28
12. 71 правило Номоканона при Большом требнике // https://azbyka.ru/otechnik/pravila/nomokanon-pri-bolshom-trebnike/
13. 102 правило Трулльского Собора // Правила Православной Церкви с толкованиями Никодима, епископа Далматино-Истрийского. Т. 1. Сергиев Посад, 1996. С. 598.
14. 3 правило святителя Василия Великого // Правила Православной Церкви с толкованиями Никодима, епископа Далматино-Истрийского. Т. 2. Сергиев Посад, 1996. С. 378.
15. 1 правило святителя Григория Нисского // Правила Православной Церкви с толкованиями Никодима, епископа Далматино-Истрийского. Т. 2. Сергиев Посад. 1996. С. 495–496.
16. Матфей Властарь. Алфавитная Синтагма. Начало буквы Г, глава 28 // https://azbyka.ru/otechnik/Matfej_Vlastar/Alfavitnaia_Sintagma/3_28
17. Правила Святых Апостолов и Святых Отцов с толкованиями Аристина, Зонары и Вальсамона. М., 2000. С. 22.

Опубликовано: ср, 19/04/2017 - 14:17

Статистика просмотров

За последний час: : 0
За последние 24 часа: 0
За последние 7 дней: 2
За последние 30 дней: 17
Всего просмотров: 445

Автор(ы) материала

Реклама

Реклама:
Социальные комментарии Cackle