Разговор о смерти: как воспринимать случаи массовой гибели людей во время катастроф и аварий

Содержимое

Какая смерть является непостыдной для христианина и как не бояться смерти, рассказывает епископ Вениамин (Погребной).

Епископ Вениамин (Погребной) Фото: fotolitopys.in.ua   

– Владыко, давайте поговорим о том, что интересует каждого человека  о смерти. Какая смерть является непостыдной для христианина, а какая зазорной?

– Неожиданное начало с конца! По словам Гете, нужно говорить о том, «в чем сам уверен – сомнений у меня хватает». Я еще не пережил земной смерти и могу говорить о ней, лишь передавая опыт Церкви и философские гипотезы. Алексей Федорович Лосев писал, что вопрос содержит в себе уже 30 % ответа. Итак, непостыдная смерть та, за которую тебе не будет стыдно в ином мире. Она также не приведет в смущение знавших тебя людей в мире этом. Проще сказать, умереть достойно – значит оставить добрую память о себе.  Мы все помним (евангельский парафраз мученика Иустина Философа) фразу: «В чем застану, в том и сужу».

Наша жизнь действительно состоит из полос падений и восстаний. Кому-то, сражающемуся с собой «земным», удается с помощью Божией и своей воли сократить темные полосы до минимума, кто-то, как святые, стирает их, сам того не замечая, для многих же умеренно сражающихся со страстями они равны. И данное прошение ектений-молитв понуждает человека минимизировать периоды греховных падений.

В эти моменты взор души помрачен и человек не может абсолютно трезво оценивать, что с ним происходит, реакция на угрозу жизни становится неверной в контексте ожидающей его вечности. Это могут быть минуты или секунды, но, взглянув сквозь призму вечности, человек может принять правильное решение, допустим, пожертвовать собой ради спасения находящегося рядом ближнего. К этому прошению не стоит относиться как к «игре в кости»: попадет момент земной смерти на белую полосу, период покаяния и восстания от греха – повезло; попадет на темную – неудача! Значение этих слов скорее педагогическое – сегодня, сейчас постарайся сокращать периоды активного бездушия, равнодушия. 

– Как не бояться смерти? И насколько для человека важна память смертная?

– Смерть – это Таинство. Эти слова часто звучат в богословских статьях и трактатах, посвященных данной теме. А Таинство – это некая философская модель, которую можно упрощенно представить как область, куда одновременно входит Бог и человек. Она окутана мраком недоступности познания нашим умом, потому и называется Таинством – хранящим тайну. Ведь мы не можем объяснить, что происходит при Таинствах Причащения, Покаяния, Крещения? Мы получаем их плоды, не редко четко ощущаем их действия, но прикоснуться к ним можем, только войдя в эту область.

Вот и о смерти популярно можно говорить только путем сравнений. И каждый православный христианин будет прав, если скажет, что такого Таинства в нашей литургической традиции нет. Мы познаем, что такое смерть, только войдя в мир более совершенный во всех смыслах, а из мира более совершенного в менее совершенный по всем законам логики возвращения нет, разве в случае крайней необходимости.

Вы наверняка слышали мнение, что и рай, и ад будут одним местом – местом, где изобилует любовь Божья, но для кого-то, кто привык любить и миловать, это перманентное благо станет блаженством, а для того, кто жил эгоистично, – мучительнейшим состоянием.

С биологической точки зрения, смерть – это самое безболезненное, что может произойти с нами. Боль может доставить только предшествующая болезнь, трагедия. Конкретные же советы, как не бояться смерти, можно разделить на адресованные светским людям и верующим.

У гармонически развивающегося светского человека смерть вызывает минимальный страх. Помните афоризм: «Бессмысленность смерти тем очевидней, чем большим смыслом наполнена жизнь»? Это первый совет для человека маловерующего. И если он последует ему, то душа человека, которая, согласно выражению Тертуллиана, «по природе христианка», создаст благоприятные условия для ощущения своей душевно-духовной части природы. Ведь душа имеет свою физиологию, если хотите – свою «мускулатуру». Именно ее болезнь мы ощущаем, когда у нас все хорошо на работе, дома, да и здоровье не подводит.

Душой нужно заниматься, наблюдать ее, лечить. По мере заботы душа утончается, и ей не хватает единственного первозвена, о котором говорил еще Чарльз Дарвин, – Того, Кто даровал такое многогранное и свободное бытие – Бога. А верующему один совет – каждый поступок совершать так, чтобы впоследствии не было стыдно смотреть Господу в глаза. И, конечно, хочется успокоить каждого христианина, переживающего страх смерти. Волнения не до отчаяния естественны для верующего и свидетельствуют о том, что душа не атрофировалась, не умерла внутри еще живого тела, способна чувствовать свое несовершенство и в то же время стремиться выздороветь.

– Кого нельзя отпевать после смерти?

– Церковное право в этом случае однозначно говорит – самоубийц и некрещеных (неверующих) людей. Однако наше право не помещено в многотомные издания и свободно от окаменелых границ, в отличие от, допустим, римско-католического. Как можно ограничить милость Божью? Ведь мы только на нее и надеемся, когда в тишине анализируем все грехи, совершенные за земную жизнь, а после самооценки видим минимум сотворенного блага. Именно поэтому есть вполне логичные исключения, такие как суицид в состоянии психических отклонений, тем более хронических.

Церковь в каждом отдельном случае, если есть свидетели психического расстройства и медицинская справка, рассматривает вопрос возможности церковного погребения. Чаще он решается в сторону положительную – благословляется заочное отпевание. О некрещеных умерших допускается домашняя молитва.

Православное право – это право икономии и любви. Господь видит всю жизнь человека, в отличие от ограниченного людского взора, и, допустим, я всегда рад ошибаться в своей негативной оценке, только бы человек был спасен. В наш толерантный век, не имеющий ничего общего со свободой, скорее, исполненный вседозволенности, нас упрекают и часто задают вопросы казуистические, приводя как образец нехристиан, совершивших подвиги во имя человечества, к примеру, польского педагога Януша Корчака. Он, как наш Антон Макаренко, всецело посвятил себя воспитанию сирот и с ними же в 1942 году пошел в газовую камеру. Корчаку предлагали несколько раз бежать, его уважали фашисты, среди воспитанников педагога было немало детей-христиан, но сам он был иудей. Все подобные случаи мы отдаем на милость Господа и не философствуем, только надеемся.

Я думаю, что христиан в нашем мире стало бы раз в 100 меньше, если бы у Христа отняли свойства самопожертвования, милосердия и любви. Настоящий Бог может быть только Любовью.           

– Церковь говорит, что Господь забирает человека в тот момент, когда он наиболее готов к встрече с Богом. Так ли это? И как тогда воспринимать случаи массовой гибели людей во время катастроф и аварий?

– Этот вопрос еще чаще звучал после нескольких автокатастроф в Бразилии, Аргентине, Польше, России, когда автобусы с паломниками срывались в пропасти, самолеты попадали в аварии: «Как Ваш Бог допустил это? Они ведь собрались во имя Его?»

В одном из апокрифических «евангелий» есть притча о войне. По мере изучения Священного Писания со студентами мне приходится обращаться к неканоническим, а иногда и апокрифическим книгам, из коих мы в древности черпали часть Предания. Так вот краткое содержание притчи сводилось к тому, что человек, решивший идти на войну, должен сначала вонзить меч в стену – вот его проверка, готов ли он. Внешне странная притча, но с психологической точки зрения верная.

Мы все герои, пока не попадаем в действительно тяжелые условия, невыносимые. И свою готовность струсить, поддаться панике или в последние секунды прийти в себя, сказать «Господи, помилуй!» нужно испытывать уже сейчас, пока наши автобусы, машины, дома стоят. Именно с этой целью Господь так и не уточнил конкретной даты Своего Второго пришествия – нужно быть готовым всегда!

Вопрос массовых гибелей людей тоже не новый. Он уже был направлен Господу: смерть революционеров-галилеян от мечей солдат Пилата, падение Силоамской башни на нескольких иудеев. И Христос четко сказал, что это вопрос не этический, а именно педагогический. Иудеи спорили, как возродится душа иудея, если его кровь, в которой, по древним представлениям, и была душа, смешалась с кровью (душой) животного? Здесь не было печали и переживания, скорее – схоластика. Каждый из этих случаев – назидание живым и доверие милостивому Богу. Повторюсь, мир бы давно рухнул, если бы его принципы мироздания базировались не на закономерности и осмысленности, а на случайности и хаосе. Задумайтесь.

И еще не менее важный аспект. После малых или больших катастроф мы, как правило, задаем один вопрос: «Боже, зачем ты его/ее забрал у меня?» – и он вводит нас в уныние и отчаяние. Но сама постановка вопроса неверна. Следует спрашивать Христа: «Зачем ты его/ее мне давал?», «Как изменилась моя жизнь, когда этот человек появился в ней?», «Чему он меня научил?» Тогда вы поблагодарите Бога, что он/она были c вами хотя бы малое время и так преобразили ваше бытие. Вы будете скучать и знать, что на Небесах вас ждет кто-то земной, значимый, там уже есть ваши друзья и любимые.

Этот краткий по отношению к вечности период земной жизни нужно мужественно пройти, оставить след, соединить добрыми делами и любовью два мира.

А кратко… Да, Бог забирает человека в наиболее благоприятный момент для его спасения, потому что Он любящий.

Беседовала Наталья Горошкова

Опубликовано: чт, 29/12/2016 - 10:22

Всего просмотров: 1652

Автор(ы) материала

Социальные комментарии Cackle
Реклама: