Мученики Адриан и Наталия, или Почему в чинопоследовании Таинства Брака поминаются святые мученики?

Содержимое

8 сентября Православная Церковь празднует день памяти святых супругов – мучеников Адриана и Наталии, которые пострадали за веру во Христа во время самых страшных гонений на христиан за всю историю античного мира – в начале IV века. Святые мученики Адриан и Наталия считаются покровителями семьи. В свете этого хотелось бы поговорить с Божьей помощью о семье…

С одной стороны, брак – это Божественное установление. Об этом прямо говорится в Священном Писании и в канонах Церкви. Что символизируют венцы в Таинстве Брака? Это, конечно же, полнота Божественной благодати, которую получают супруги для созидания своей малой церкви – семьи. Венцы здесь сродни архиерейской митре. Она также является символом полноты Божественной благодати, почивающей на определенном человеке, над которым совершилось Таинство Хиротонии во епископа – высшего священнического чина в Церкви.

Монашество и его жемчужина – епископство, с одной стороны, и Таинство Брака, с другой, – суть два равноправных пути развития для достижения спасения. Оба эти пути равно благословлены Богом.

Но у венцов этих есть и другое символическое значение. Они символ тернового венца, символ мученического венца так же, как и символ полноты благодати Божией. И, мало того, одно без другого не бывает. Многими скорбями нам надлежит войти в Царствие Небесное.

В Таинстве Брака на это есть прямое указание. Когда чинопоследование венчания уже почти завершено, происходит очень радостный, очень торжественный момент. Священник водит сочетавшуюся браком пару по храму три круга. И здесь круг – это, с одной стороны, символ жизни, по которой теперь Церковь и сам Господь наш Иисус Христос будет вести эту семью. С другой стороны, круг – также символ полноты, словно бы полной чаши благодати Божией, излитой на эту конкретную малую церковь. При этом поются на каждом круге три песнопения. Одно из них о святых мучениках. Оно звучит так: «Святии мученицы, добре страдальчествовавшии, и венчавшиися, молитеся ко Господу, помиловатися душам нашим».

Почему же на венчании поминаются мученики? Потому что брак – в некотором смысле и есть бескровное мученичество.

На мой взгляд,  вот по какой причине. Человек – существо грешное. Он есть образом и подобием Божиим, но вследствие грехопадения прародителей и личных грехов, совершенных за жизнь каждым человеком, эти образ и подобие Божии сильно повреждены, искажены. В жизни каждый из нас друг перед другом носит маски, желая показаться, опять же друг перед другом, с лучшей стороны не тем, кем я есть на самом деле, но тем, кем я хочу казаться для достижения тех или иных, часто корыстных целей. Это резонно позволило Шекспиру создать свою блестящую гениальную фразу: «Весь мир – театр, а люди в нем – актеры».

Но все время маску носить не будешь. Сам от нее устанешь. Она ведь не соответствует тебе настоящему. Поэтому должны быть места, где сбрасываешь ее. Таким местом, например, есть исповедальный аналой священника в храме или семья, где ты истинный, настоящий.

Никто не знает так хорошо мужа, как жена. И никто не знает так хорошо жену, как муж. Вместе на всю жизнь. Какие уж тут маски. Тут видна вся подноготная. Все потаенные подвалы и тайники души. И красота душевных добродетелей и безобразие порока. Все. Мало того, человек – существо развивающееся. Поэтому и добродетели, и грехи человека находятся в нем в непрерывном развитии как в сторону добра, так и в сторону зла. Зло и добро переплетается в человеке, приобретая фантасмагорические фантастические формы. Как писал Михаил Жванецкий в одном из своих опусов: «Избил жену, накричал на тещу и неожиданно погладил кота».

И вот это – действительно тяжкий крест супружества. Нести вместе и добродетели, и пороки друг друга. Нести фактически, реально, соединенно с Богом во едино, в идеале развивая добродетели и борясь с пороками. 

Как часто можно слышать от новобрачного или от новобрачной: «Женился (вышла замуж) на принцессе (за принца), а он (она) оказался (оказалась) чудовищем». Часто это становится причиной разводов, мол, не сошлись характерами. Но если быть точнее, не сошлись грехами. Со своими-то грехами я ужиться могу, мало, того я склонен их оправдывать, не замечать, но уж грехи то другого человека, хоть и жены (мужа), я не спущу.

Но брак – это жертва. Я приношу себя в жертву другому человеку и будущей семье. Вот что такое сущность брака. Я готов сражаться с чудовищами его грехов рука об руку. Я готов с ним взлетать и с ним падать, взлетать и падать, но идти трудной и непростой дорогой в рай. Жить с ним каждую секунду, каждую минуту, каждый день. Разделяя с ним мою и его жизнь. Не страсть, не похоть только животную и не мимолетную влюбленность. Но жизнь саму его (ее) и мою.

И еще одно… Нужно, мне кажется, всегда помнить, что в браке есть не только муж и жена. Есть и еще третья сторона. Бог. Он благословляет этот союз, эту малую церковь. Он изливает на нее полноту (не часть, но по бесконечной (!!!) любви полноту всю Своей благодати), претворяя воду в вино, претворяя двух грешных людей в святыню малой церкви, в тайну сочетания Христа с Церковью. И тайна сия велика есть.

На мой взгляд, брак – это дорога в небеса. И эта дорога – дорога жертвенной всепрощающей отдающейся любви. Не будем же падать с небес в грязь себялюбия и эгоизма. То, что сочетал Бог, человек да не разлучит. Начало премудрости – страх Господень. И начало любви – тоже.

Святии мученицы Адриан и Наталия, молите Бога о нас!

Иерей Андрей Чиженко

Опубликовано: чт, 07/09/2017 - 19:04

Статистика просмотров

За последний час: : 1
За последние 24 часа: 1
За последние 7 дней: 1
За последние 30 дней: 21
Всего просмотров: 2,841

Автор(ы) материала

Реклама

Реклама:
Социальные комментарии Cackle